Чтение онлайн

К другим источникам популяризации приема наркотиков среди образованных слоев населения в России можно отнести некоторые произведения иностранных и отечественных писателей. (Вспомним, как «стимулировал» себя наркотиками даже такой всемирно известнейший литературный персонаж, как Шерлок Холмс, к примеру).

В начале ХХ века на Европейскую часть Российской империи, после прокладки железнодорожных путей, которые соединили Санкт-Петербург и Москву с Туркестанским краем, а затем и Персией, стали интенсивно поступать азиатские наркотики.

Уже тогда возникли схемы эффективных транснациональных перебросок наркотиков по железнодорожным линиям Российской империи для переброски гашиша и опиума по направлениям «Азия-Россия-Западная Европа».

В годы Первой мировой войны эти каналы были переориентированы на линию «Персия — Россия — Манчжурия (КВЖД)».

Глава 9

О паровых экскаваторах

Первые экскаваторы в дореволюционной России и СССР или Паровая лопата для диктатуры пролетариата

Без них эти стройки затянулись бы на десятилетия, и далеко не факт, что на них хватило бы рабочей силы. История сталинской индустриализации началась в 1882 году, в городке Бьюсайрус штата Огайо, где на местном заводе Bucyrus Foundry Manufacturing Company запустили в серийное производство рельсовый паровой экскаватор под названием Thompson’s Iron Steam Shovel — «Железная паровая лопата Томпсона».

Этот агрегат стал прообразом для первого и единственного российского дореволюционного парового экскаватора «Путиловец», выпуск которого начался в 1903 году на Путиловском машиностроительном заводе. В отличие от современных экскаваторов, работающих на гидравлике, у «Бьюсайруса» все рабочие механизмы приводились в действие цепными лебедками. Объем ковша составлял 1,4 кубических ярда, а команда экскаватора состояла из четырех человек: машиниста, он же «командир экипажа», кочегара, слесаря-смазчика и оператора ковша. Кроме того, каждому экскаватору придавалась бригада путейцев из семи человек, которые вручную укладывали перед ним рельсы. Масса машины составляла 75 тонн. Чуть позже появилась более мощная 85-тонная модификация с ковшом на два кубических ярда. Экскаватор Томпсона на момент его создания считался самым производительным в мире. За сутки он мог вынуть и переместить в вагонетки до 4000 кубометров грунта. Для сравнения, суточная норма выработки на одного землекопа составляла в зависимости от сложности грунта от 2,5 до 4 кубометров. Таким образом, одна паровая лопата заменяла до тысячи обычных. При этом она была относительно несложной в производстве и могла выпускаться на любом паровозном заводе.

Неудивительно, что, когда в России в связи с большими масштабами железнодорожного строительства возникла необходимость в экскаваторах, за образец взяли машину фирмы «Бьюсайрус», хотя к 1903 году она считалась уже не новой. С 1903 по 1917 год в Петербурге было построено 37 «Путиловцев», которые работали по всей стране, от Восточной Сибири до Кольского полуострова. В 1929 году программа индустриализации потребовала возобновления производства экскаваторов. Разработкой новой машины решили не заморачиваться, а просто стряхнули пыль с чертежей «Путиловца» и передали их на Ковровский механический завод, которому предстояло стать флагманом советского экскаваторостроения. Там освоение производства землеройной машины поначалу шло ни шатко, ни валко. Первый прототип сделали только весной 1931 года, второй собрали еще через несколько месяцев. Такие темпы работ, разумеется, начальство не радовали, и их решили резко ускорить, передав завод в ведение ОГПУ. Не знаю (хотя, догадываюсь), какими методами действовали чекисты, но под их чутким руководством предприятие моментально заработало с пулеметной скоростью, выдав в 1932–34 годах, аж 177 экскаваторов. То есть, за три года их сделали почти в пять раз больше, чем дореволюционный Путиловский завод выпустил за 14 лет!

В связи с изменением места производства название машины сменили с «Путиловца» на «Ковровца». «Ковровцы» использовались на многих стройках, но большинство из них отправили на строительство канала Москва-Волга, где появление этих мощных агрегатов, позволило резко интенсифицировать земельные работы. К примеру, на так называемой Глубокой выемке в районе Химок десятки тысяч землекопов за первые два года вынули два миллиона кубометров грунта, а за последующие два года 32 экскаватора извлекли из русла будущего канала восемь миллионов кубометров, прокопав гигантскую траншею глубиной 24 метра, шириной — 140 метров и длиной шесть километров. С уверенностью можно сказать, что без «паровых лопат» эта, и многие другие стройки не успели бы завершиться до войны. Самое удивительное, что некоторые экземпляры «Ковровцев» проработали до конца 1980-х годов. К сожалению, до наших дней ни один из них не сохранился, в «смутные времена» 90-х все эти эпохальные машины были разобраны на металлолом.

Источник:Fishki.net

Глава 10

Забытый герой

Матрос Петр Кошка — забытый русский герой из Винницы (Западная Украина)

Начало жизни

Увы о жизни Петра Кошки до того как его призвали на службу известно не многое, Родился он в в селе Ометинцы что в Винницкой области в Украина, в семье крепостного крестьянина.В юности выделялся мужицкой сметкой, физической силой, острым языком и вольнолюбивым нравом. Надерзил помещице Докедухиной, и та отдала его в рекруты. Хотя есть версия, что Кошка участвовал в крестьянском волнении и попал в поле зрения полиции.

Служба на флоте

В 1849 году был призван на службу по рекрутской повинности и не имел права от нее отказаться. Попал в Севастополь в 30-й флотский экипаж Черноморского флота. Ходил на линейном корабле «Ягудиил».

В 1853—1856 годах принимал участие в Крымской войне, именно во время этих событий он заработал себе известность. В числе многих других матросов экипажа «Ягудиил» был направлен на берег, на подкрепление защитникам Севастополя. Участвовал в боях на 15-й батарее А. М. Перекомского. Здесь он сразу показал себя умелым и отважным воином, особенно во время ночных вылазок во вражеский стан.

Петр Кошка участвовал в восемнадцати вылазках, а также выходил в стан врага в одиночку. Во одной из вылазок, имея при себе только нож, взял в плен троих французов, в другой под вражеским огнем вырыл из земли кощунственно закопанное тело русского сапера и отнес его в 3-й бастион. При этом в тело сапера вошло пять пуль. Именно за этот подвиг матрос был приставлен к награде знаком отличия ордена Святого Георгия и получил повышение.

Также ходит легенда о том, что Петр ночью утащил из вражеского котла вареную говяжью ногу, а однажды средь бела дня увёл вражеского коня. В последствии на деньги полученные от продаже коня он поставил памятник погибшему другу — матросу Игнатию Шевченко, который в свое время спас жизнь лейтенанту Бирилёву Н. А., непосредственному командиру обоих.

В вылазке 17 января (по другим данным — в ночь на 20 января) 1855 года Петр получил ранение штыком в живот, но по показаниям хирурга Н. И. Пирогова удар на затронул внутренних органов, а как прошел под кожей. Петр получил второе ранение в августе 1855 года, на этот раз была задета рука, но не серьезно и он скоро пошел на выздоровление.

За оказанные подвиги приставлен к награде Знаком отличия Военного ордена.

В январе 1855 года произведен в звание матроса 1 статьи, а затем и в звание квартирмейстера.

Знаменитым Петр Кошка стал ещё в годы Крымской войны, и не только в Севастополе — по всей стране. В числе нижних чинов, награждённых Знаком отличия Военного ордена, был представлен командованием Великим князьям Николаю Николаевичу Романову и Михаилу Николаевичу Романову, прибывшим из Санкт-Петербурга на службу в Севастополь. Начальником Севастопольского гарнизона Кошке был вручен присланный Императрицей нательный крест «Высочайшего Благоволения» из золота на голубой ленте (который он как награду носил на выпуск). Художник Тимм В. Ф., прибывший с Великими Князьями, нарисовал портреты героев-севастопольцев, в том числе портрет Кошки. Литография по рисунку Тимма с портретом квартирмейстера Кошки была опубликована в печатном сборнике «Русский художественный листок» издававшемся в Санкт-Петербурге. Рассказы о подвигах кошки печатались в столичных газетах. О Кошке Петре Маковиче писали Лев Николаевич Толстой и Сергеев-Ценский.

Поскольку защитникам Севастополя один день выслуги в осаждённом городе — засчитывался за двенадцать, Петр Кошка дослужился до права уйти в запас, и отбыл на жительство в родное село в конце 1856 года. В запасе он пробыл ещё пятнадцать лет. За это время взял в жены местную крестьянку, а через год у них появился сын. Назначался в охрану сопровождение обозов в портовые города Николаев, Херсон, Одессу. А также Занимался крестьянским трудом.

9 августа 1863 года, ввиду обострения обстановки в связи с польским восстанием, Кошку Петра Маковича призвали на флот. Был зачислен в состав 8-го флотского экипажа Балтийского флота в Санкт-Петербурге, ежегодно принимал участие в парадах Георгиевских кавалеров, бывал в Зимнем дворце. В 1869 году отказался от увольнения в отставку и прослужил ещё четыре года.