Чтение онлайн

— О, ты права, я училась очень много, зубрила и изучала все тонкости опыт в хирургии перенимала у самых лучших в Израиле.

— Но близким ты не смогла помочь! — а вот и камень которого я ждала от Ростислава.

Я перевела свой взгляд на брата. Улыбка сползла с моего лица.

— Ростик зачем ты так, прекрасно знаешь, есть то, что не в моих силах. Мне тоже больно от потери мамы. Я тоже человек.

Не в силах сдерживать слез и спорить я вышла из-за стола. Гормоны меня терзали изнутри, я как на лодке раскачивалась, то смеяться хотелось, то плакать. Такая буря бушевала во мне все это время. Я не плакала даже когда узнала о новости, что мама умерла, но видеть и чувствовать гнев брата. Он считает меня виноватой и я сама начинаю так думать.

Сижу на крыше, в мягком пледе и глубоко дыша, доча почувствовала мое волнение и начала пинаться больно в бок. Восстанавливаю дыхание.

— Прости, я не хотел обижать.

Брат появился рядом, присел на корточки.

— Ростислав, я сделала все, что могла, я не всесильна. Зачем ты так? Мне итак тяжело от потери, я не смогла попрощаться.

— Прости, прости меня дурака. Я и забыл, какая ты нежная и хрупкая, что ты пережила, прости, просто я не мог видеть, как ты спокойно приняла ту новость. Но я забыл, что ты уже знала о диагнозе и меня накрыло. Нам стоило поговорить раньше. Я не хочу терять тебя. Ты самая дорогая для меня.

— Давай постараемся быть друг с другом мягче. Я не вынесу твоего осуждения.

— Я не осуждаю тебя, я сам на себя злился, что все так сложилось. Стефа, ты не виновата, я знаю, никто не виноват. Просто я дурак повёл себя как мальчик, психанул. А ты вон какая сильная женщина, смогла со всем справиться.

Мы сидели на крыше и разговаривали ещё пол часа, плакались друг другу и говорили все что на душе. Видимо это было нам необходимо.

— Все, хватит сырость разводить, Вадим убьёт меня. Итак отчитал, как мальчика за тебя. Он так любит тебя.

— Да, идём к гостям, некрасиво тут отсиживаться.

Остаток вечера прошёл лучше. Мы сидели в гостиной, парни пили виски, Лера пила со мной сок. Вадим гладил животик.

Сегодня даже Ростислав почувствовал пинки нашей дочери. Был в восторге прослезился, вспомнил свою невесту.

Алекс на удивление был спокоен, видимо увидел, как брат относится к Лере и прислушался к моим словам.

Ждал дня родов круче чем прибытие президента. Машину всегда держал с полным баком. Сумки для родов в багажнике. Документы в прихожей. Срок подходил к дате родов, а Стефания чувствовала себя хорошо, я ждал, что она ляжет и начнёт рожать.

— Вадим, пойдём прогуляемся, надо бенгали корм купить.

— Поедем на машине.

— Да тут не далеко, пошли пешком.

— А если начнётся?

— Не начнется, я хорошо себя чувствую.

Вот так всегда, а потом она лежит к верху ногами, потому что устала. Тяжело вздыхаю иду на выход.

Конечно же мы купили не только корм, мы зашли ещё за фруктами и я тащил тяжёлые пакеты до дома, а в мыслях было, что она начнёт рожать, а у меня пакеты. Но счастье, она не родила по дороге.

Дома мы разобрали пакеты, покормили кота. Стефа сидела на диване разговаривала с отцом по видео.

Зашёл в кабинет, проверить почту, наткнулся на конверт. Не помню его раньше. Результаты какие-то, анализы, кардиограмма, я в этом ничего не понимаю. Наверное опять, что-то по работе Стефа брала. Она иногда помогает своему заму с документами.

— Вадим!

Слышу встревоженный вопль. Бросаю все дела бегу в гостиную.

— Стефа, что?!

— Вадим, забыли купить минеральную воду.

— Ты издеваешься?! Я чуть не убился пока бежал, думал ты рожаешь! — кажется мои нервы пошатнулись за последнее время ожидания. — Прости, что накричал, не хотел правда. Но это ожидание меня уже доводит. Боюсь за тебя безумно. — Подхожу и целую любимую. Крепко обнимаю и глажу животик. Мне отвечает Николь толчком.

— Прости, нуж… - не успела договорить, как я почувствовал, что что-то тёплое пролилось у моих ног. Опустил голову, мы стояли в луже. Это же не то, она же не описалась? Я же не так громко крикнул, что она от страха… видимо на моем лице было написано, как я сейчас напуган и шокирован. Стефания мягко коснулась моего плеча. — Кажется я рожаю.

— Так, то точно?

— Воды отошли, звони Кевину.

Я выстро достал телефон из кармана набрал Кевина, тот тут же уже долбился в двери. Стефу я боялся трогать и садить на стул. Она стояла держалась за стол и тяжело дышала.

— Кевин, у неё только что отошли воды, надо в больницу.

— Так, супер папа, не паникуй. Уложи ее на кровать, я проверю. Можем не успеть в больницу.

— Что?!

Я аккуратно уложил Стефу на кровать, она улыбалась и что-то спрашивала у Кевина. Я был как в тумане. Мне было страшно, я начитался форумов про роды, случай Ростика, мне не давало покоя, это страшно когда твоя любимая рожает, а ты не можешь ничего сделать.

— Так, заводи машину, успеваем. Раскрытие не полное, едем в клинику.

Мне не нужно было объяснять дважды, я подхватил Стефанию на руки и мы пошли в машину.

Гнал я как сумасшедший, всем сигналил и обгонял. Плевать на штрафы, я бы и быстрее ехал, если бы Стефу по салону не трясло. Кевин говорил как дышать, они там пыхтели вдвоём на заднем сидении и я с ними. Кто бы знал, что я так буду нервничать и переживать.

В род зал Стеф отправилась без меня, она хотела рожать без меня, я остался ждать в коридоре. Радовало одно, что Кевин с ней, она уверена в нем, даже не кричала ни разу и не плакала, значит все идёт хорошо. Я не знаю сколько я ждал, кажется уже была ночь. Вышла медсестра.

— Поздравляю, у вас прекрасная дочь. Идемьте со мной.

Мы прошли в палату, где меня переодели в специальную стерильную одежду. Вышел Кевин немного не чистый, перчатки в крови скинул в мусорное ведро.

— Идём, самое важное оставили тебе.

Мы прошли в родильное отделение. Стефания лежала на столе, бледная, улыбается, вся счастьем светится. Хотелось обнять ее сразу. На груди лежал младенец, прикрытые пеленкой. Детский крик наполнял помещение, душа радовалась этому моменту. Я услышал писк дочери. Мне протянули пуповину и ножницы.

— Режь. — Кевин с улыбкой подтолкнул меня.

Я перерезал пуповину где мне показали и у меня по телу расплылась волна мурашек. Волоски все торчком встали от этого нового неизведанного мне чувства.

Дочку забрали у Стефании на специальный стол для процедур. Потом завернули и протянули мне белый свёрток. Такая крошечка, такая маленькая сморщенная, щекастая, с чёрными глазками, как у мамы, смотрит на меня, а я тону. Тону от любви, что меня переполняет и чувствую, как по щеке течёт скупая мужская слеза. Взял на руки дочь. Я никогда не мечтал о таком счастье.