Чтение онлайн

В начале XX века слова «пропаганда» и «война» стали синонимами. Так произошло не случайно. Ответственными за это семантическое сходство были Уолтер Липпман (один из самых влиятельных политических комментаторов и первый переводчик книг Зигмунда Фрейда на английский, который, помимо этого, во время Первой мировой войны был сотрудником бюро военно-политической пропаганды Великобритании) и Эдвард Бернейз, племянник Фрейда и один из создателей технологий манипулирования общественным мнением. Бернейз написал в «Пропаганде» следующее: «Без сомнения, именно поразительный успех пропаганды во время [Первой мировой] войны открыл глаза некоторым умным людям на возможности, которые предполагало манипулирование общественным сознанием… Нами управляют, наше сознание целенаправленно формируют, наши вкусы унифицированы, наши идеи навязываются нам людьми, о которых мы никогда не слышали. Как бы мы к этому ни относились, факт остается фактом: почти в каждом акте нашей жизни (в сфере политики, бизнеса, общественного поведения, этического мышления ит.д.) над нами господствует относительно малое число лиц, составляющих крошечную долю от наших десятков миллионов [количество американцев в те годы], но понимающих процессы массового сознания и социальные модели поведения масс. Именно они держат в руках поводья, управляют общественным сознанием и сдерживают социальные силы, а также изобретают новые способы установления контроля над миром».

На самом деле Эдвард Бернейз и Уолтер Липпман совместно принимали участие в секретном исследовании, проводимом Королевским институтом международных отношений (штаб-квартира Чатем-Хаус, связанная со СМО в США), по манипулированию военной информацией с целью вызвать массовую поддержку войны. Лавина пропаганды, обрушивающаяся через газету, которой владела семья лорда Ротмера, чудесным образом подействовала особенно на рабочих, в среде которых практически не возникало противодействия тому, что позже обернулось кровавой бойней на полях Фландрии. Во время Первой мировой войны Бернейз, который на тот момент был еще очень юн, работал в Комитете по общественной информации США, созданном в 1917 году и направленном на пропаганду подготовки и представления войны как важнейшего акта демократизации мира. Во всех войнах, которые произошли с тех пор, включая сегодняшнюю «войну против терроризма», использовались те же методы пропаганды.

Давайте вспомним, что Бильдербергский клуб, СМО и Римский клуб зарабатывают деньги на крупных и мелких войнах, а также на продаже оружия и продуктов питания обеим враждующим сторонам. Неважно, каков масштаб конфликта: в мире, контролируемом Бильдербергским клубом, всегда есть на чем заработать. «Несмотря на смерть сотен тысяч британских юношей на полях сражений во Франции, противодействия кровавой войне фактически не было. Записи того времени показывают, что к 1917 году, как раз перед вступлением Соединенных Штатов в войну, 94 процента британских рабочих, которые несли главные тяготы войны, не имели никакого, даже самого смутного понятия о том, за что они сражаются, кроме созданного манипуляторами представления, что немцы – ужасная раса, вознамерившаяся уничтожить их монарха и страну, поэтому их нужно стереть с лица земли», – пишет Джон Колеман.

В действительности исследователи обнаружили (через шесть месяцев, в течение которых длился эксперимент), что лишь 10 процентов населения способно логически рассуждать и осознать проблему, а не просто высказывать мнения о ней. С тех пор все, кто занимается промыванием мозгов, считают этот принцип верным по отношению к войне и к любой проблеме в обществе в целом. Возьмем, к примеру, сегодняшние кампании против курения, национальное движение в Каталонии, европейскую конституцию, проблему эмиграции в Европе, войны в Афганистане и Ираке, импульсивную попытку отделения Квебека, скудные остатки нефти в Азии и прямые последствия этого в благополучной Европе. В 1991 году была такая же ситуация, как во время последней войны в Ираке, когда более 87 процентов американцев первоначально поддержали это незаконное нападение, приводящее к геноциду и противоречащее конституции. Это не только локальное явление. К примеру, такой же высокий процент граждан Испании проголосовал в пользу европейской конституции, несмотря на то что опросы постоянно показывали, что лишь незначительная часть населения прочитала текст, за который потом голосовала.

Джон Колеман в своей книге «Иерархия заговорщиков: История Комитета 300» пишет: «Таким образом, иррациональность была возведена до уровня общественного сознания. Манипуляторы стали играть на этом, чтобы ослабить и перенаправить присутствующее у людей чувство реальности, определяющее их действия в любой ситуации. Чем более сложными становились проблемы современного индустриального общества, тем легче было отвлекать и изменять общественное сознание, в результате чего мы оказались в такой ситуации, когда абсолютно немотивированные мнения масс, созданные изощренными манипуляторами, начинали восприниматься как объективные научные факты».

Любопытно, что в Тавистоке Трист и Эмери создали теорию «социальной турбулентности», так называемой «психологической обработки для будущих потрясений», согласно которой население будет испытывать постоянный стресс вследствие глобальной нехватки энергии, экономического и финансового коллапса и атак террористов. «Если „потрясения“ происходят быстро и становятся все более интенсивными, можно привести все общество к состоянию массового психоза», – утверждают Трист и Эмери.

В 1954 году Хаксли опубликовал первый манифест культуры психотропных веществ под названием «Двери восприятия» («The Doors») – исследование изменения сознания под влиянием мескалина.

В 1958 году Хаксли собрал ряд очерков, которые написал для издания «Newsday», и опубликовал книгу под названием «Возвращение в прекрасный новый мир». В этой работе он описывал общество, в котором главной целью правителей было любой ценой избежать того, чтобы их подчиненные создавали проблемы. Он описал то, что, возможно, предвидел в будущем: «Полностью организованное общество […], отмена свободы выбора благодаря методичному навязыванию поведения, установленное рабство, которое принимается благодаря регулярным химическим инъекциям доз счастья…» Он предсказал, что демократия изменит свою суть: старые и странные традиции (выборы, парламенты, верховные суды) останутся, но базисом будет ненасильственный тоталитаризм. О демократии и свободе будут постоянно говорить по телевидению и писать в прессе. Но это будут не более чем слова, пустые по смыслу и формальные по содержанию. В это время правящая олигархия и ее хорошо натренированные элитные подразделения солдат, полицейских, фабрикантов мыслей и манипуляторов сознания будут править миром по собственному усмотрению. В действительности, эта характеристика Хаксли отлично подходит для описания сегодняшней ситуации.

В сентябре 1960 года Хаксли пригласили прочитать курс лекций в Массачусетсом технологическом институте. Он пробыл там только один семестр, после чего от его услуг отказались. Находясь в этом городе, Хаксли создал кружок в Гарварде, в который, кроме него, входили доктор Хамфри Осмонд (личный врач Хаксли, британский психиатр, руководитель британского проекта «МК-Ультра» и автор термина «психодельный»), Алан Уотс (вместе с Левисом Хиллом основал «Pacific Foundation»; был первым, кто стал распространять «музыку из Ливерпуля» среди неподготовленных американских подростков), Тимоти Лири (интеллектуал с Восточного побережья США и один из пионеров в использовании психотропных веществ как нового вида религиозного переживания) и доктор Ричард Алперт, получивший всемирную известность как Баба Рам Дас, интеллектуал со стэнфордским образованием, которому промыли и перепрограммировали мозги.

Официально темой этого кружка, или собрания Гарварда, была «религия и ее значение в современном мире». В действительности же заседания были направлены на планирование контркультуры кислотного рока [10] . Майкл Минничино в статье, опубликованной в журнале «The Campaigner» в апреле 1974 года под названием «Низкоинтенсивные операции: Ризианская теория войны», утверждает следующее: «За время своего пребывания в Гарварде Хаксли установил контакт с президентом фармацевтической компании „Sandoz“, который, в свою очередь, по поручению ЦРУ занимался производством ЛСД и псилоцибина (еще одного синтетического галлюциногенного вещества) для проекта „МК-Ультра“ – официального эксперимента ЦРУ, касающегося химической войны», где в качестве подопытных кроликов в экспериментах (часто с летальным исходом) выступали люди. Первые секретные испытания прошли в Сан-Франциско на проститутках и ничего не подозревающих клиентах. Наркотики, как правило, подмешивались в питье.

Контроль осуществляли команды агентов ЦРУ через двойные зеркала в отелях. Кроме того, Университет Макгилла в Монреале, связанный с Бильдербергским клубом, в 1960-е годы также проводил эксперименты в рамках проекта «МК-Ультра» под покровительством фашиста-дегенерата, директора Тавистокского института Джона Риза, используя в качестве подопытных образцов детей из местных интернатов, над которыми сначала издевались, а затем давали различные дозы ЛСД. Риз был первым, кто предложил использование управляемых форм невроза и психоза как способ социального контроля. Согласно недавно рассекреченным документам ЦРУ, Аллен Даллес (в то время он был главой ведомства) приобрел более ста миллионов доз ЛСД [11] , «многие из которых в конце 1960-х годов оказались на улицах США», – утверждает Минничино в ранее цитируемой статье.

Осмонд [12] в книге «Понимание» («Understanding Understanding») утверждает, что «внедрение основных психодельных наркотиков в 1960-е годы было прежде всего следствием проводимого ЦРУ исследования об их возможном военном применении. Эксперименты, которые под различными кодовыми именами были проведены в более чем восьмидесяти студенческих городках, невольно способствовали популяризации ЛСД. Подопытными кроликами послужили тысячи студентов университетов. Они [студенты] тут же начали сами изготавливать „кислоту“».