Чтение онлайн

Улита терпеливо ждала. Она ощущала, что это пока не конец. Горбун еще пойдет на прорыв, еще попытается ужалить ее сердце ледяной змейкой, смутить, не отдать Арея… И она оказалась права.

– Ах да… Мне тут пришло в голову… Я могу предложить тебе кое-что получше Арея… – вдруг словно невзначай уронил Лигул и замолчал, выдерживая изматывающую паузу.

– Что? – наконец, не выдержала ведьма.

– О чем я там говорил? А-а-а! Твой эйдос!

Сосущая пустота в груди Улиты – та самая незаполненная пустота, которая всегда ныла и болела в минуты сомнений или волнения – дрогнула надеждой. Эйдос. Ее давным-давно утраченная душа. Ее собственная маленькая вечность.

Карлик испытующе разглядывал ее. Его крохотные глазки липли к лицу Улиты, как язык к холодным качелям зимой. Улита закрыла глаза, не в силах вынести его взгляда.

– Другого случая не представится! Подумай сама: эйдос! А Арея, заметь, я ведь смогу сейчас выпустить, а через годик-другой снова заточить, когда он опять начнет досаждать мне! Ты же ничего не выиграешь от этой сделки, ведьма. Ну же, решайся! Эйдос! – искушал Лигул.

У Улиты закружилась голова. Сознание опустело и съежилось до единственной мысли. Все остальные мысли и сомнения она насильно выгребла прочь.

– А-Р-Е-Я… – выговорила она по буквам с закрытыми глазами.

– Что ж, Арея так Арея, – кивнул Лигул. – Лет так через несколько – если ты не поймаешь клинок или запук раньше – он возьмет себе новую секретаршу. Ты же спокойненько отправишься на кладбище. Без эйдоса и без вечности.

Лигул увлекся и перегнул палку. В результате, новая боль отрезвила Улиту вместо того, чтобы сломить ее.

– И еще одно условие. Я не закончила… – сказала она.

Улита открыла глаза. Ей стало вдруг все равно. Сосущая пустота в груди заполнилась чем-то неведомым, сладким. Возможно, удовольствием самопожертвования.

– Ты должен отозвать тех темных магов, которых послал за Камнем Пути. И плевать – как ты это сделаешь. Немедленно… – сказала она.

Глава Канцелярии мрака выронил скипетр.

– Ты и это знаешь, проклятая ведьма! – просипел он.

Сколь ни велика была его жажда сенсаций, Андрей Рихардович Моржуев не был приятно удивлен, когда прямо в его кабинете материализовался боевой склеп Магщества.

Пуфики, столики, трюмо, диван-сердечко и прочие аксессуары, больше приличествующие будуару стареющей дамы, чем мужскому кабинету, были безжалостно опрокинуты его гранитным боком. За прорезанной кулисой миров ворочался Глиняный Пес. Сглаздаматчики старательно выцеливали двери и окна. Из склепа выпрыгнули молодой щеголь-магфицер и боевой маг, высокий писклявый мужчина, страдающий от вечного насморка чародейского свойства.

– Господин Моржуев? – вежливо выговорил магфицер, стягивая с руки лайковую перчатку.

– Чем могу быть полезен? – испуганно начал Андрей Рихардович, наблюдая, как склеп грузно разворачивается.

– Ваше?

Тут на свет была извлечена уже знакомая читателю визитная карточка.

– Да, моя.

Офицер и боевой маг обменялись быстрыми взглядами.

– Вы видели ФЕЮ? – спросил офицер как бы невзначай.

– Да, конечно…

– И обещали деньги тому, кто вам ее приведет? – уточнил боевой маг.

– А что тут такого? Эту проклятую расписку потребовал у меня тот парень.

– Парень? Какой?

– Как его там… Хаврон… Эдуард Хаврон… Это он проболтался о картине, которая потом пропала. А он вам, собственно, зачем? – удивился Моржуев.

Боевой маг бросил на магфицера еще один стремительный взгляд. Тот переложил снятую перчатку в другую руку. На пальце у него тускло блеснуло большое кольцо. «Обручальное? Не похоже… странное какое-то…» – подумал Андрей Рихардович, сам, как известно, неравнодушный к побрякушкам.

– Вопросы здесь задаем мы, – веско и печально сказал магфицер. – Вам известно, где находятся фея и Эдуард Хаврон в данный момент?

– Он, наверное, дома, а где она – понятия не имею. Иначе зачем бы я просил привезти ее на программу? – нетерпеливо произнес Моржуев. Изумление мало-помалу сменялось привычным служебным хамством.

Боевой маг мельком заглянул в хрустальный шар и кивком подтвердил, что сказанному можно верить.

Сидевший в склепе пепелометчик чихнул от рассеянной в воздухе пудры. Пепеломет, к счастью, ни в кого не нацеленный, выпалил сам собой. Один из пуфиков бесшумно провалился в небытие вместе с частью внешней стены здания.

Андрей Рихардович томно охнул и срочно захотел оказаться далеко, очень далеко отсюда. Тем временем боевой маг, решивший не тратить времени на пустые расспросы, приблизился к нему и быстро коснулся хрустальным шаром его лба. Моржуев ощутил сильную, но мгновенную щекотку. Внутри шара северным сиянием заполыхали разноцветные извилистые огни.

Магфицер негромко сказал что-то боевому магу на неведомом Моржуеву языке. Маг пожал плечами и направился к склепу, который предусмотрительно снизился, чтобы дать ему возможность забраться внутрь. Магфицер последовал за ним. Прорезь ткани миров уже начинала затягиваться.

О Моржуеве оба совершенно забыли, и, возможно, не вспомнили бы, не накликай он сам неприятностей на свою голову. Вновь возжелав сенсаций, Андрей Рихардович спохватился, кинулся к склепу и, осмелев, принялся нести какую-то завлекающую околесицу, умоляя подождать немного, пока он пошлет за камерой, или хотя бы оставить телефон. Затем, совершенно сбившись, он стал сулить деньги за возможность эфира.

Щеголь вспыхнул.

– Вы предлагаете деньги мне? Магфицеру? – раздельно проговорил он.

Моржуев вздохнул и высказался в том духе, что как ни верти, а при несовершенстве этого мира деньги нужны всем. Магфицер, одна нога которого была уже в склепе, обернулся.

– А расписочки вам случайно не дать? Вы же любитель, кажется? – спросил он с холодком.

– Мне расписки ни к чему. Вежливо говоря, можете засунуть себе эту бумажку в задний карман брюк, – неосторожно пошутил Моржуев.

Он не учел, насколько щепетильны и обидчивы молодые магфицеры. Собственно, именно после этой фразы Андрей Рихардович и стал на веки вечные хряком. Хотя не исключено, что он был свиньей и раньше, и она просто дремала на самом дне его личности до поры до времени.

Красногубый церберенок, вбежавший в кабинет с бумажками минут десять спустя, обнаружил лишь дыру в стене, опрокинутую мебель и упитанного хряка, который без особой на то надобности, совсем не страдая от своего свинства, подрывал пятачком сейф.

К слову сказать, многие лопухоиды до сих пор не склонны верить, что этот интеллигентного вида кабан, который мелькает порой на экранах в передачах с зоотематикой, и есть настоящий Моржуев, и объясняют это мудреным словом «пиар». Причем некоторые в своих сетевых дневниках для большей выразительности пишут это слово через «е».