Чтение онлайн

– Думаешь, они проявят активность? – произнесла осторожно Инна.

– Нинка, они уже проявляют, – с печальной усмешкой ответил супруг. – Твоя бухгалтерша – она что, думаешь, просто так спонтанно уволилась и куда-то делась?

Инна перевела взгляд с дисплея мобильного на мужа.

– Думаешь, они ее похитили, Геныч? Но зачем? Что такого Мила Иосифовна может им сообщить? Что у «Всякой литературной всячины» отрицательный баланс? Оно им даром не нужно – да и даром они его не получат, им придется вкладывать в него кучу денег, не получая прибыли…

– Оно им не нужно, конечно, но ведь у тебя имеются объекты позанимательнее, – ответил супруг, и Инна медленно кивнула. Что же, все сходится. Мила Иосифовна ничего ценного сообщить этим братьям не могла, но им и не требовалось что-то у нее выпытывать: они хотели припугнуть вовсе не главбуха, а ее саму.

Потому что если могли похитить Милу Иосифовну, то смогут похитить и…

Инна испытала жгучее желание отправиться в школу, где учился Женечка.

– И вообще, кто тебе сказал, что твое издательство должно по-прежнему специализироваться на печатании все этой элитарной высокоумной литературы? Что, если будет штамповать развлекательные романчики? Или учебники? Или порножурналы. Шучу, шучу. В конце концов, и то и другое, и третье, и четвертое. Глядишь, и прибыль приносить станет…

Поежившись, Инна отрезала:

– Нет, без боя я им мою «Всякую литературную всячину» не отдам. И с боем, надо отметить, тоже.

Геннадий, опять вздохнув, ответил:

– Думаешь, ты сумеешь их напугать? То-то и оно, Нинка, не сможешь! Именно поэтому я и придумал гениальную комбинацию!

О своем плане Геннадий поведал ей в сомнительного вида харчевне, которую они отыскали среди супермаркетов, однако в этой харчевни на удивление хорошо кормили.

Похрустывая жареной картошкой, муж сказал:

– Они начали наступление, причем их целью являешься ты, Нинка. Вернее, твои активы. А завладев ими, например пакетами акций, Шуберты станут совладельцами фирм и предприятий моего холдинга. И, просунув в дверь носок ботинка, в итоге вышибут ее полностью, завладеют всем, что мне принадлежит.

– Нам, Геныч, не забывай, нам. И нашим детям, – поправила его, попивая томатный сок, Инна.

Впрочем, у супруга были дети и не наши.

– Ладно, Нинка, не заводись! Думаешь, если мы не живем вместе, то ты мне безразлична?

Инна не стала давать ответа на сей щекотливый вопрос. Но, если поразмыслить, то, наверное, да, думала.

– Вижу по выражению твоего лица, что да! Ну и зря. Ты мне дорога…

– Но активы холдинга, принадлежащие мне, еще дороже, не так ли? – усмехнулась Инна, замолкая, потому что появилась официантка, поставившая перед ней заказанный огуречный салат.

Геннадий, похвалив жареную картошку с домашними котлетами, парировал:

– Ну, не без этого, Нинка. Потому что дети могут быть у тебя, могут быть у меня, а холдинг – это наше совместное детище!

Инна не стала говорить, что дочки и сын Женечка, вообще-то, тоже их совместные детища.

– И, спасая тебя, я спасаю в итоге самого себя. Ну, и то, что планирую передать своим детям…

Интересно, о каких именно своих детях Геннадий вел речь? Детей у него было так много, что легко запутаться.

– И что это за идея с трастом в офшорах? – спросила Инна.

И Геннадий, дождавшись, пока уйдет официантка, принесшая ему кофе и солидный кусок «Наполеона», ответил:

– Все хоть и сложно, но на самом деле очень даже просто. Все активы переходят в траст. Траст официально зарегистрирован там, где платить налоги не надо, так что ничего не теряем. Да, на бумаге им будет распоряжаться кто-то другой, но этого зиц-председателя для того и нанимают, чтобы он минимизировал для нас риски. Шуберты потом все, что угодно, делать могут – до активов им уже не добраться. А тем временем я задействую свои связи и сделаю так, чтобы они от нас отстали. Когда все завершится, активы переводятся обратно – причем с процентами!

Инна, поблагодарив официантку, принесшую кофе и ей (правда, без сладостей), прищурившись, посмотрела на мужа.

– Мне нужны детали. Своего рода бизнес-план. Потому что пока не буду точно знать, что, где и как, ни на что не пойду.

Геннадий усмехнулся, вынимая из прихваченной из автомобиля папки несколько листов в непрозрачной обложке.

– Ну, я ведь тоже не пойду, Нинка! Поэтому вот бери, на досуге почитаешь, поразмыслишь, примешь решение. Но учти, особо долго размышлять нет времени – братцы-то уже напропалую действуют…

Инна, даже не заглядывая в бизнес-план, положила папку на свободный стул и произнесла:

– Ну, это мы уладим, не сомневаюсь. А скажи, твоя Инна снова беременна?

Геннадий, явно не ожидавший от нее подобного вопроса, дернулся.

– Нинка, ты чего…

– Понимаю, Геныч, это не тот вопрос, который жена обычно задает своему мужу, но мне все же любопытно…

Супруг стушевался, и Инна, испытывая непреодолимое желание затянуться сигаретой (хотя бросила уже давным-давно), и без слов поняла – да, беременна. «Доброжелатели» не подвели.

– И кто будет? – продолжила она, протянув руку с ложечкой к тарелке мужа, на которой лежала добрая половина «Наполеона». – Девочка? Или…

Она, не спрашивая разрешения, отломила приличный кусок и продолжила:

– Или мальчик?

Геннадию повезло – ожил его мобильный, и он, подскочив из-за стола, выбежал на крыльцо харчевни.

Инна, подцепив ложечкой небольшой кусочек от похищенного у супруга ломтя «Наполеона», отправила его в рот и запила обжигающим черным кофе.

– Счет, пожалуйста! – произнесла она, обращаясь к сновавшей среди заполненных столов официантке. – У вас и правда отлично кормят!

Когда супруг вернулся обратно к столу, Инна, держа в руке непрозрачную папку с бизнес-планом, поднялась.

– Мне пора. Прочитаю, размыслю и дам тебе знать…

– Надо по счету заплатить… – засуетился муж.

– Я уже заплатила, – ответила Инна. – Ты приглашен. По случаю счастливого события в твоей, Геныч, личной жизни…

И, послав супругу воздушный поцелуй, направилась к выходу.