Чтение онлайн

Турки, дъйствительно, при самомъ началъ войны, намъревались овладъть Кннбурномъ, какъ слабымъ укръпленiемъ; потомъ надъялись ворваться въ Херсонь и Крымъ; располагали сжечь корабли наши. Предводимые Французскими офицерами, они приплыли, 30 Сентября къ Косъ и начали укръпляться. Войска Суворова состояли только изъ 1000 человъкъ, къ которымъ подоспъли 4 козачьихъ полка и еще 1000 человъкъ конницы. Число Турокъ, вступившихъ на берегъ, 1-го Октября, простиралось до 6 тысячь. Главный предводитель ихъ, Юсъ-Паша, знавшiй соворшенно Кинбурнъ, ръшился побъдить или умереть, велълъ своимъ перевознымъ судамъ удалиться. Турки начали бомбардировать; но имъ не отвъчали ни однимъ выстръломъ изъ кръпости; копали ложементы, безъ всякаго препятствiя съ нашей стороны. Суворовъ далъ приказанiе дъйствовать, когда непрiятель подойдетъ на двъсти шаговъ; назначилъ сигналомъ залпъ со всъхъ кръпостныхъ полигоновъ, находившихся на той сторонъ; между тъмъ молился въ церкви, велълъ, когда кончилась литургiя, пъть молебенъ. Въ часъ по полудни Турецкiй авангардъ подошелъ къ назначенному разстоянiю; сигналъ былъ данъ: Полковникъ Иловайскiй, съ двумя козачьими полками и двумя эскадронами легкой конницы, объъхавъ кръпость съ лъвой стороны по берегу Чернаго моря, напалъ на непрiятельскiя войска, которыя состояли изъ нъсколькихъ сотъ человъкъ, несшихъ лестницы, изрубилъ ихъ, въ томъ числъ Юсъ-Пашу, не хотъвшаго сдаться. Между тъмъ Орловскiй пъхотный полкъ, предводимый Генералъ-Маiоромъ Рекомъ, сдълалъ вылазку изъ кръпости и устремился на непрiятеля съ правой стороны, проложилъ себъ штыками дорогу въ ложементы, очистилъ половину оныхъ, подъ громомъ шести сотъ орудiй съ Турецкихъ кораблей. Въ это время храбрый Рекъ, опасно раненый, былъ вынесенъ за фрунтъ. Суворовъ подкръпилъ сражавшихся батальономъ Козловскаго полка, но со всъмъ тъмъ, Рускiе отступили; герой остался впереди съ горстiю людей. Мушкатеры бросились выручать своего Генерала; подъ нимъ убита тогда лошадь; уже одинъ Турка готовился поразить его, какъ былъ поверженъ на землю унтеръ-офицеромъ Новиковымъ. Наши сражались еще нъкоторое время, но, подавляемые силою, принуждены были отступить. Суворовъ, не смотря на полученную имъ рану картечью въ бокъ, вывелъ свъжiя войска. Отчаянная битва возобновилась въ третiй разъ. Побъда казалась на сторонъ Турокъ, какъ вдругъ подоспъли къ нашимъ десять эскадроновъ легкой конницы, стоявшихъ въ тридцати верстахъ за Кинбурномъ. День склонился уже къ вечеру. Пъхота, получивъ подкръпленiе, ударила на непрiятеля съ большимъ ожесточенiемъ; козаки устремились во фланги. Турки, ободряемые дервишами, продолжали нападенiе, бросались съ отчаянiемъ въ ряды наши. Суворовъ былъ, снова, раненъ пулею въ лъвую руку, но не оставилъ поля сраженiя. Вскоръ сдълалось совершенно темно: въ девятомъ часу присоединились еще триста человъкъ Муромскаго полка, лишь только прибывшiе изъ Херсона и ръшили побъду. Турки отступили къ морю, оборонялись съ полчаса и, потомъ, принуждены были искать спасенiя въ волнахъ, гдъ погибло ихъ множество. Въ десять часовъ все утихло.

Потеря наша убитыми простиралась до двухъ сотъ человъкъ, въ томъ числъ десять Штабъ и Оберъ-офицеровъ; ранено восемьсотъ. Изъ шести тысячь Турокъ, высадившихъ на берегъ, едва десятая часть спаслась отъ пораженiя. Императрица, получивъ донесенiе Князя Потемкина объ одержанной побъдъ Суворовымъ, принесла (17 Окт.) благодаренiе Всевышнему съ пушечною пальбой и сказала, потомъ, приближеннымъ: "Александръ Васильевичъ поставилъ насъ на колъни; но жаль, что старика ранили."{356}Она собственноручнымъ рескриптомъ блародарила его, на другой день, за оказанные имъ и ввъреннымъ ему войскомъ мужественные подвиги; изъявила искреннее соболъзнованiе о полученныхъ Суворовымъ ранахъ; желала скораго выздоровленiя и, вслъдъ за тъмъ, наградила его (9 Ноября) орденомъ Св. Апостола Андрея Первозваннаго, который онъ - по выраженiю Екатерины - заслужилъ върою и върностiю{357}; препроводида къ нему шесть Георгiевскихъ крестовъ, длп раздачи, по собственному его выбору, отличившимся офицерамъ.
– Суворовъ писалъ (20 Декабря), изъ Кинбурна, къ своей дочери, которая еще воспитывалась вь Смольномъ монастыръ: " У насъ были драки сильнъе, нежели вы деретесь за волосы; а какъ въ правду потанцовали, въ боку пушечная картечь, въ лъвой рукъ отъ пули дырочка, да подо мной лошади мордочку отстрълили: насилу часовъ чрезъ восемь отпустили съ театра въ камеру. Я теперь только, что возвратился; выъздилъ близь пятисотъ верстъ верхомъ, въ шесть дней и не ночью. Какъ же весело на Черномъ моръ, на Лиманъ! вездъ поютъ лебеди, утки, кулики; по полямъ жаворонки, синички, лисички, а въ водъ стерледи, осетры: пропасть! Прости, мой другъ Наташа и проч."

Въ 1788 году, Потемкинъ повелъ ввъренную ему армiю къ Очакову. Еще въ Апрълъ мъсяцъ Суворовъ вызывался овладъть этою кръпостью, но получилъ отказъ: 28 Августа, преслъдуя Турокъ, сдълавшихъ вылазку, онъ, въ жару сраженiя, съ нъсколькими гренадерскими батальонами ворвался въ непрiятельскiй ретраншаментъ, почти овладълъ онымъ, но былъ раненъ пулею, которая попала на два пальца отъ горла и остановилась въ затылкъ. Тогда нъсколько сотъ человъкъ погибли, во время безпорядочнаго отступленiя.

Герой находился у вратъ смерти: пуля вынута; онъ велълъ везти себя въ Кинбурнъ; занемогъ горячкою; сдълалось воспаленiе; прибъгнули къ новой операцiи: выръзали изъ раны нъсколько кусковъ сукна и подкладки отъ мундира, которыхъ не примътили при первой перевязкъ. Ожидали кончины страдальца; но благодътельный сонъ возвратилъ ему силы и опасность миновалась. Во все время лъченiя, которое продолжалось три недъли, Суворовъ не лежалъ въ постелъ; уже начиналъ выздоравливать, какъ одна бомба, изъ числа взорванныхъ отъ загоръвшагося пороховаго магазина, разбила часть стъны той комнаты, въ которой онъ находился: Суворовъ еще слабый на ногахъ, хотълъ выдти и былъ засыпанъ множествомъ щепъ, раненъ ими въ лицо, въ грудь и въ колъно.

Къ тълеснымъ страданiямъ присоединились душевныя, которыя болъе первыхъ подавляютъ человъка: "Мнъ страшно - писалъ гордый Князь Тавриды къ безстрашному Полководцу - "что въ присутствiи моемъ дълается движенiе безъ моего приказанiя пъхотою и конницею..... Извольте меня увъдомлять, что у васъ происходить будетъ; а не такъ, что даже и не прислали мнъ сказать о движенiи впередъ." - Суворовъ заговорилъ: что желаетъ удалиться въ Москву для лучшаго излъченiя ранъ.
– "Невинность не терпитъ оправданiй - отвъчалъ онъ Потемкину.
– "Всякiй имъетъ свою систему, - такъ и по службъ я имъю мою.
– Мнъ не переродиться, - и поздо! Свътлъйшiй Князь! успокойте остатки моихъ дней!
– Шея моя не оцараплена, - чувствую сквозную рану, - тъло изломано.
– Коли вы не можете побъдить свою немилость, удалите меня отъ себя.
– Добродътель всегда гонима.
– Вы въчны, вы кратки!" - Такъ, стараясь смягчить оскорбленнаго вельможу, герой напоминалъ ему о смерти, которая прерываетъ навсегда земное значенiе.... Потемкинъ забылъ прошедшее, называлъ Суворова въ письмахъ сердечнымъ своимъ другомъ, призывалъ его, снова, къ Очакову - черта похвальная въ жизни Князя Таврическаго! Между тъмъ Суворовъ имълъ пребыванiе въ Малороссiи, возстановлялъ силы свои и не гонялся за славою, которая ожидала его на каждомъ шагу съ распростертыми объятiями. Въ началъ 1789 года отправился онъ въ С. Петербургъ для свиданiя съ дочерью; былъ отлично принятъ Императрицею; получилъ брилiантовое перо на каску съ литерою К (Кинбурнъ).

Новая блистательнъйшая кампанiя ожидала его. Суворовъ отправился въ армiю, которою предводительствовалъ одинъ только Потемкинъ: Задунайскiй вложилъ въ ножны мечь, испытывая разныя непрiятности по службъ со стороны Президента Военной Коллегiи{358}, жилъ тогда на одной мызъ въ окрестностяхъ Яссъ. Тамъ посътилъ Кагульскаго героя достойный ученикъ его, Суворовъ, который видълъ въ немъ бывшаго своего начальника, непобъдимаго вождя, и не смотрълъ на отношенiя къ нему Князя Таврическаго.

Принявъ въ Берладъ отъ Генералъ-Поручика Дерфельдена ввъренный ему корпусъ, Суворовъ, по приказанiю Князя Репнина, начальствовавшаго въ Молдавiи и въ Бессарабiи, вступилъ въ сношенiя съ Принцемъ Саксенъ-Кобургскимъ, который командовалъ вспомогательными Австрiйскими войсками. Онъ находился въ Валахiи, не зналъ еще лично Суворова, но уважалъ его: вскоръ тъсная дружба соединила ихъ.

Турецкая армiя, подъ предводительствомъ Сераскира, двинулась отъ Браилова къ Фокшанамъ и угрожала нападенiемъ на корпусъ Принца Кобургскаго: Суворовъ поспешилъ къ нему и, проходя ближайшею дорогой, горами и лъсомъ, сдълалъ восемьдесять верстъ въ 36 часовъ. Тогда оба корпуса переправились за ръку Стратушъ въ двухъ колоннахъ: авангардъ состоялъ изь однихъ Австрiйцевъ, чтобы Турки не знали о прибытiи союзниковъ.

21 Iюля произошло сраженiе при Фокшанахъ, на которомъ 18,000 Австрiйцевъ и 7000 Рускихъ совершенно разбили 40,000 Турокъ; обратили ихъ въ бъгство; преслъдовали по двумъ дорогамъ: Букарестской и Браиловской; положили на мъстъ до двухъ тысячь человъкъ; взяли въ плънъ около трехъсотъ; отняли 16 знаменъ, 12 пушекъ; овладъли богатымъ лагеремъ. Императоръ Iосифъ наградилъ Принца Кобургскаго большимъ крестомъ ордена Марiи Терезiи и прислалъ Суворову, при лестномъ рескриптъ, табакерку съ вензеловымъ именемъ, осыпанную брилiантами. Въ столицъ ожидали дальнъйшихъ извъстiй о его побъдахъ.

Вскоръ Всрховный Визирь съ шестидесятитысячнымъ войскомъ, переправясь отъ Браилова чрезъ ръку Бузео, сталъ лагеремъ при деревнъ Граденешти, въ близкомъ разстоянiи отъ Австрiйцевъ. Принцъ отправилъ нарочнаго къ Суворову, который находился въ Берладъ. Россiйскiй Полководецъ, сначала, не спъшилъ походомъ; но получивъ второе увъдомленiе, отвъчалъ двумя словами: Иду, Суворовъ; полетълъ на помощь союзникамъ и 9 Сентября, вечеромъ, соединился съ ними, въ виду непрiятельскаго стана. Принцъ, тотчасъ, пригласилъ къ себъ Генералъ-Аншефа; послъднiй велълъ ему доложить: Суворовъ Богу молится. Принцъ отправилъ другаго посланнаго: Суворовъ ужинаетъ - сказалъ герой. Явился третiй и услышалъ: Суворовъ спитъ. Между тъмъ, не помышляя о снъ, дъятельный Полководецъ обозръвалъ съ высокаго дерева мъстоположенiе непрiятельское и, на разсвътъ, явился къ Принцу Кобургскому, условился съ нимъ о нападенiи.
– "Еслибъ при самомъ началъ - произнесъ Суворовъ Генераламъ - "пошелъ я къ Принцу, мы провелибы всю ночь въ толкованiяхъ тактическихъ; мы спорили бы и упустили время. "

Союзныя войска, въ двухъ колоннахъ, перешли вечеромъ, 10 Сентября, Милковъ въ бродъ и по наведеннымъ мостамъ; приблизились, въ глубочайшей тишинъ, къ крутымъ берегамъ Рымника и совершили переправу черезъ эту ръку 11 числа на разсвътъ.

Рускiе двинулись впередъ вь трехъ линiяхъ: пъхота, находившаяся въ первой и второй, шла шестью кареями; конница подвигалась за ними въ третьей. Число войскъ простиралось, какъ и подъ Фокшанами, только до семи тысячь человъкъ, при двадцати орудiяхъ. Австрiйцы слъдовали также тремя линiями: девять кареевъ составляли двъ первыя, а конница третью. Всъхъ ихъ было до 18,000. Визирь, узнавъ, что долженъ будетъ сразиться съ Суворовымъ, сказалъ: "Это навърно другой Суворовъ, потому, что первый умеръ отъ ранъ въ Кинбурнъ."

Лишь только Русскiе подошли къ непрiятельскому лагерю на полторы версты, Турки открыли сильный огонь изъ своихъ орудiй; но солдаты не смотря на рытвины, затруднявшiя артиллерiю, быстро подвигались впередъ. Между тъмъ конница, бывшая на правомъ крылъ подъ командою Бригадира Бурнашева, начала атаку. Турки стоявшiе на возвышенiи, зашли лощиною нашимъ въ бокъ и ударили на каре Шастакова, который также находился на правомъ крылъ. Ихъ было до семи тысячь человъкъ: янычары сидъли на однъхъ лошадяхъ съ спагами и, приближась къ Русскимъ, тотчасъ соскочили, напали на противниковъ съ ожесточенiемъ; но число невърныхъ не устрашило храбрыхъ воиновъ, предводимыхъ Суворовымъ: они приняли Турокъ холоднымъ оружiемъ и отбросили назадъ; янычары спасались отъ смерти на лошадяхъ спаговъ и первые падали подъ саблею нашей конницы. Въ это время Османъ Паша, съ 5,000 охотниковъ изъ спаговъ, потерпълъ пораженiе на лъвомъ крылъ нашемъ. Въ непрiятельскомъ лагеръ не найдено ни одной пушки. Когда происходила битва при Тиргокули, Принць Кобургскiй, переправившiйся чрезъ Рымникъ, версть на семь ниже Суворова, не успълъ еще соединиться съ нимъ и находился верстахъ въ четырехъ. Османъ Паша съ 15,000 чел. конницы намъревался возобновить нападенiе на Рускихъ и неожиданно сошелся съ Австрiйцами, былъ во вторый разъ обращенъ въ бъгство.

Давъ огдохнуть войскамъ, Суворовъ, въ первомъ часу по полудни, выступилъ къ деревнъ Боксъ. Австрiйцы стояли отъ него верстахъ въ трехъ; Визирь расположился за Крингумеларскимъ лъсомъ на Рымникъ, въ десяти верстахъ отъ союзниковъ, Турки выкопали вдоль по опушкъ лъса шанцы, за которыми намъревались 12 числа оставить тяжелый обозъ передъ нападенiемъ на Принца Кобургскаго; но Суворовъ не любилъ откладывать и, между тъмъ, какъ Австрiйцы вступили въ бой съ Визиремъ, обошелъ непрiятельскiя батареи, поставиль свои шесть каре полукружiемъ и повелъ ихъ скорымъ шагомъ къ укръпленному лъсу. Сильная пальба не остановила безстрашныхъ: чтобы сберечь людей, Суворовъ приказалъ конницъ нападать на лъсъ чрезъ интервалы между кареями. Въ укръпленiяхъ находилось болъе 15,000 янычаръ; конница Турецкая стояла по бокамъ. Принцъ Кобургскiй, отразивъ шесть сильныхъ атакъ, также двинулъ свои полки къ лъсу. Конница наша быстро перенеслась чрезъ рвы и валы и врубилась въ толпы янычаръ: завязался рукопашный бой; Турки отчаянно защищались саблями и кинжалами; многiе изъ нихъ изрублены на пушкахъ, которыхъ не хотъли покинуть. Стародубскiе карабинеры, предводимые храбрымъ Миклашевскимъ и Венгерскiе гусары первые бросились на непрiятеля. Козаки, Австрiйскiе уланы и Арнауты ударили на Турецкую конницу, смяли ее и окружили лъсъ слъва и сзади. Устремилась пъхота и въ четыре часа соединенные корпусы совершенно овладъли лъсомъ. Турки были вездъ опрокинуты и искали спасенiя въ бъгствъ. Тщетно Визирь убъждалъ свое войско возвратиться на поле битвы, заклиная алкораномъ, который держалъ въ рукъ; наконецъ, обратилъ на малодушныхъ два орудiя: ничто не помогло. Суворовъ самъ преслъдовалъ бъжавшихъ по трупамъ убитыхъ, не давалъ никакой пощады непрiятелю, приказывалъ рубить всъхъ и запретилъ брать въ плънъ. Визирь, прогнанный въ Браиловъ, заперся въ кръпости. Турки лишились убитыми болъе десяти тысячь человъкъ. Потеря союзниковъ не превышала 600 человъкъ убитыми и 300 ранеными. Въ числъ трофеевъ было: восемьдесять пушекъ и сто знаменъ; весь лагерь, обозъ и множество рогатаго скота достались побъдителямъ. Взятiе Бълграда Лаудономъ и сдача Бендеръ и Акермана Князю Потемкину были слъдствiемъ Рымникской битвы.

И здъсь, какъ подъ Кинбурномъ, угрожало Суворову пораженiе: вечеромъ, 11 Сентября, Принцъ Кобургскiй получилъ, съ курьеромъ, выговоръ отъ Князя Таврическаго за то, что понтоны не были готовы и, будучи Имперскимъ Княземъ, находясь въ службъ Римскаго Императора, не считая себя подчиненнымъ Россiйскому Фельдмаршалу, чрезвычайно оскорбился; сказаль Суворову: "что еслибъ курьеръ прiъхалъ по утру, то онъ не вступилъ бы въ дъло съ Турками{359}."

Екатерина наградила Суворова брилiантовыми знаками ордена Св. Андрея Первозваннаго; шпагою, украшенной брилiантами и лавровыми вънками, съ надписыо: Побъдителю Верховнаго Визиря и, вслъдъ за тъмъ, препроводила къ нему дипломъ на Графское достоинство Россiйской Имперiи, съ наименованiемъ Рымникскимъ, также орденъ Св. Великомученника Георгiя перваго класса (18 Окт.). Послъдняя награда чрезвычайно обрадовала героя, Онъ писалъ тогда къ дочери своей: "Слышала ли, сестрица{360}, душа моя? Отъ моей щедрой Матушки{361}: Рескриптъ на полулистъ, будто Александру Македонскому; знаки Св. Андрея тысячь въ пятьдесять, да выше всего, голубошка, первый классъ Св. Георгiя. Вотъ каковъ твой папинька за доброе сердце. Чуть, право, отъ радости не умеръ. " - Iосифъ возвелъ Суворова въ Графское достоинство Римской Имперiи (19 Окт.); пожаловалъ Принца Кобургскаго Генералъ-Фельдмаршаломъ. Онъ получилъ отъ Екатерины одинакую шпагу съ Суворовымъ. Послъ одержанной ими побъды, Принцъ пришелъ въ палатку нашего Полководца, сопровождаемый своимъ Штабомъ, и оба вождя бросились въ объятiя другъ друга.