Чтение онлайн

То же любопытство, что в конечном итоге и породило «Следование тренду», подвигло меня лично познакомиться и взять интервью у еще большего количества трейдеров. И на протяжении первых пяти месяцев 2005 г. я беседовал, у них дома или в офисе, со многими величайшими в мире трейдерами, имевшими в доверительном управлении более $10 млрд.

Немного времени спустя после знакомства с Биллом Миллером мне представилась возможность побывать дома у Ларри Хайта в Манхэттене и в его офисе на Парк-авеню. При содействии Ларри насчитывающая 200-летнюю историю лондонская компания ED & F Man, торговавшая сахаром, в 1990-е гг. превратилась в The Man Group, крупнейший на сегодняшний день хедж-фонд в мире, под управлением которого находится $42 млрд. Главным фактором роста Manстало применение концепции риск-менеджмента, разработанной Ларри и названной им «Асимметричный рычаг» («Asimmetrical Leverage»), или ASL.Для The Man GroupХайт основал «гарантийный фонд», предлагающий инвесторам норму прибыли выше среднерыночной, при этом часть клиентских денег вкладывается в бескупонные облигации, чтобы защитить капитал клиентов.

Беседовать с Ларри в его гостиной, есть суши в одном из его любимых ресторанов и обсуждать с ним радости делового мира было настоящим удовольствием. Однако лишь позднее в его офисе, когда Ларри, стоя у доски, объяснял мне ряд базовых принципов «Асимметричного рычага», я по-настоящему понял его.

Он объяснил, что попытки предсказать точные пределы роста или падения рынка бесполезны. Затем он спросил у меня: «В чем ценность совершенного знания? Что, если бы мы знали цены, которые к концу года установятся на всех рынках, с которыми мы работаем?» И он рассказал мне о проведенном им эксперименте: «В попытке ответить на этот вопрос мы обратились к нашим базам данных и посмотрели, какие цены наблюдались 31 декабря такого-то года. Мы спросили себя: зная это заранее, какой уровень кредитного рычага в начале этого года, т. е. 1 января, мы бы использовали, чтобы получить максимальную прибыль? Мы поняли, что, даже будучи совершенно уверенны в конечных ценах, мы бы не установили длину “рычага” больше, чем 3 к 1, поскольку мы не могли бы предвидеть заранее динамику цен в течение года».

К счастью, я знал, к чему ведет Ларри, но я был уверен, что большинство людей он заставляет задуматься при помощи именно этой истории. Однако главный урок, который можно извлечь из общения с Ларри, касается проблемы выбора. Ларри ознакомил меня с выдержкой из одного из своих выступлений, где сказанное действительно задевает за живое:

«Жизнь состоит из ситуаций выбора, а выбор – это не более чем вопрос и ответ на него. На самом деле нет никакой разницы между вопросами: сделать ли мне еще одну ставку в блэкджек или стоит ли мне садиться в этот несущийся на полной скорости автобус, который к тому же сильно кренится набок? В каждом выборе присутствуют две универсальные категории: совокупность возможных исходов и единственный исход, который фактически имел место. Ежедневно мы проходим через сотни, если не тысячи, ситуаций выбора, важных и не очень, одни из них мы тщательно обдумываем, а в других действуем по первому побуждению. Подавляющее большинство этих последних ситуаций, маленьких жизненных авантюр, в которых решения принимаются без раздумий, обычно представляют собой тривиальные, повседневные дела. “Завязать ли мне шнурки на ботинках?” – этот вопрос, очевидно, не несет в себе ни большого риска, ни возможного большого вознаграждения. В то же время другие решения, такие как ранее упомянутая ситуация с автобусом, могут оказать гораздо более существенное влияние на нашу жизнь. Тем не менее, если вы однажды утром предпочтете не завязывать шнурки и упадете, переходя дорогу, когда наконец решите не садиться в этот накренившийся автобус, предоставив ему ехать своей дорогой, пожалуй, оглядываясь назад, тривиальное решение внезапно представится наиважнейшим».

По сей день я не могу понять, почему большинству людей так тяжело мыслить категориями вероятности. С другой стороны, немногие из них имели такого разумного учителя, как Ларри Хайт.

Как известно всем авторам, особенно начинающим и неизвестным, пишущим о довольно непонятных вещах, таких как следование тренду, нужно потратить немало времени на то, чтобы заинтересовать читателей своей книгой. Поскольку я в точности соответствую определению «начинающего неизвестного автора», это как раз то, чем я занялся, не представляя, будет ли продано 10 или 10 000 экземпляров «Следования тренду». К моей радости, книга разошлась тиражом в десятки тысяч экземпляров и была переведена на невероятное количество языков. Однако я вскоре обнаружил, что успех книги стал причиной заблуждений относительно стратегии и доходности торгующих по тренду. После каждого прогноза о крахе следования тренду, обычно в виде рецензии на книгу, статьи в прессе или интервью, я пытался внести ясность в ситуацию.

Я всегда начинал с предпосылки, создающей больше всего заблуждений, – с гипотезы об эффективности рынка. Суть этой гипотезы в том, что невозможно получить преимущество на рынке, лучший способ получить прибыль – это ориентироваться на какой-либо целевой показатель или индекс. Приверженцы гипотезы эффективности рынка утверждают, что, поскольку рынки эффективны, а цены полностью отражают всю информацию, трейдерам, последовательно получающим сверхприбыль, это удается благодаря удаче, а не умению. Разумеется, в реальном мире существуют эффективные и неэффективные рынки, при этом некоторые более эффективны, чем другие. В реальном мире есть трейдеры, которым удается получать высокую рыночную маржу, и многие из них торгуют по тренду.

Однако успешная торговля по тренду не означает, что каждый год будет прибыльным. В 2004 и 2005 гг. наблюдались типичные для следования тренду уменьшение и восстановление капитала.

Что в глазах торгующих по тренду оправдывает терпение, дисциплину и оценку успеха в долгосрочном периоде? В конечном итоге это, вероятно, получение прибыли, но, кроме того, это также понимание и высокая оценка научного метода. Подобно тому как ученые начинают с гипотезы, торгующие по тренду начинают со взгляда на мир под определенным углом. Они, в отличие от многих, видят мир состоящим из трендов. Сталкиваясь со всевозможными рыночными ситуациями, строго двигаться намеченным курсом – вот философская основа следования тренду. И все же, если подход настолько прост (и выгоден), почему умные и разбирающиеся в рынке люди продолжают неправильно понимать эту стратегию?

Недавно я получил электронное письмо от одного скептика, который признается, что «…постоянная волатильность и периоды снижения величины капитала, характерные для следования тренду, делают эту стратегию неприемлемой, по крайней мере для меня».

Действительно, следование тренду неприемлемо для тех, кто не в силах смириться с убытками или волатильностью. Торгующие по тренду считают, что, если вы пытаетесь избежать волатильности и убытков, вы также избегаете крупных прибылей. Такие взгляды могут казаться опасными для тех, кто более надежным считает применение в трейдинге менее рискованных, в представлении большинства, методов. Я проводил интервью со многими выдающимися трейдерами, и мы недоумевали, почему следование тренду так много критикуют из-за периодического снижения величины капитала (который затем довольно быстро восстанавливается), явно игнорируя при этом спады на фондовом рынке в целом. Такому пристальному вниманию к периодам сокращения размера капитала следование тренду, возможно, обязано опубликованной в декабре 2004 г. в «Financial Times» весьма вольной рецензии Филипа Коггана на мою книгу:

«Возможно, что стратегии, основанные на сигналах, могут быть эффективны. Научные исследования допускают наличие их определенного успеха в краткосрочном периоде, хотя они и предполагают возвращение к прежнему состоянию в долгосрочном периоде».

«Возможно, что стратегии, основанные на сигналах, могут быть эффективны»? Неужели результаты Джона Генри, Дэвида Хардинга, Джерри Паркера, Ларри Хайта, Джорджа Грэппла, Кена Тропина, Салема Абрахама, Дайнеша Десаи, Поля Рабара, Луиса Бэкона, Брюса Ковнера и Билла Данна (я называю лишь немногих) ничего не значат? Я всегда буду доверять фактическим результатам этих людей больше, чем «научным исследованиям» и «допущениям». Нельзя спорить с достоверными данными – несмотря на то, что я знаю много людей, которые пытаются это делать. Данные в месячной динамике станут моментом истины для каждого. Вы говорите, что хотите больших денег? Готовы ли вы иметь дело с реальностью, которую нам открывает динамика доходности?

Рассмотрим, например, следующий комментарий из письма торгующего по тренду Салема Абрахама к своим инвесторам:

«Наши исследования позволяют нам выбрать торги, шансы в которых складываются в нашу пользу. Однако требуется время, чтобы доказать, что шансы действительно благоприятны для нас. Статистика, приведенная ниже, это подтверждает:

Доля прибыльных дней в нашей торговле: 54 %.

Доля прибыльных месяцев в нашей торговле: 56 %.

Доля прибыльных 3-месячных периодов в нашей торговле: 64 %.

Доля прибыльных полугодий в нашей торговле: 77 %.

Доля прибыльных лет в нашей торговле: 92 %.

Доля прибыльных 2-летних периодов в нашей торговле: 100 %.

У нас нет магического хрустального шара, поэтому мы не знаем, когда закончится текущий убыточный период. Однако, оглядываясь назад, мы видим, что раньше мы уже переживали подобные периоды и не только выжили, но и преуспели».

Вы можете сказать, что в конечном итоге весь трейдинг состоит из снижения и восстановления величины капитала. Эти жизненные явления регулярно возникают в практике выдающихся трейдеров, торгующих по тренду. Хотим ли мы, чтобы эти «американские горки» были более плавными? Возможно, но нам приходится иметь дело с реальным миром, а он характеризуется неопределенностью и волатильностью.

Мои интервью с великими трейдерами также подтвердили мою давнюю и не раз высказанную мысль о том, что является главной причиной заблуждений в отношении стратегии следования тренду. Они напрямую связаны с привычным и потому единственно удобным подходом к рынкам, принятым в трейдерской и инвестиционной среде, – фундаментальным анализом. Трейдеры и инвесторы, придерживающиеся этого подхода, считают, что единственный способ добиться успеха на рынке – это собрать максимально возможный объем информации. Им интересны новости, CNBC, Джим Крамер, отчеты об урожае, слухи об ОПЕК, размер обуви Гринспена – они верят, что вся эта посторонняя информация поможет им принять трейдерские решения, которые принесут им прибыль. Торгующие же по тренду, которые по натуре являются техническими трейдерами, говорят: «Довольно!». Рыночная цена – это лучший источник информации о направлении движения рынка, поскольку она представляет собой голоса всех участников рынка в совокупности. Подумайте об этом – чему еще по-настоящему можно верить, если не рыночной цене?