Чтение онлайн

Таким образом, Mull Of Kintyre стала еще одним удивительным триумфом Маккартни; но так же, как начало его сольной карьеры было неудачным, т. к. развивалось под неотступной тенью Битлз, так и теперь успех Mull Of Kintyre обескровил его творческий потенциал на ближайшую пару лет. К моменту выхода London Town группу покинули Маккалоч и Инглиш, что уменьшило Wings до состава времен записи Band On The Run. Однако на этот раз история не повторилась, и, по общему мнению, London Town — самый слабый альбом Wings со времени выхода Wild Life.

На Speed Of Sound Пол еще с успехом использовал софт–звучание, но подобное же отсутствие хард–роковых номеров на следующем альбоме не оправдалось. London Town оказался скучным и не убедительным (несколько песен были написаны с Денни Лэйном, но в дальнейшем такое сотрудничество не возобновлялось). Сорокапятка With A Little Luck еще добралась в Британии до пятого места, но две другие, выпущенные впоследствии (I've Had Enough и титульная вещь альбома), успеха не имели. Хотя Goodnight Tonight, появившаяся в продаже в начале 1979 года, вновь возвратила Полу благосклонность хит–парадов, он почувствовал, что для следующего альбома необходим более жесткий стиль, чтобы приблизиться к современным стандартам в музыке, чтобы вернуться к року. Достаточно наглядно эта перемена в стиле видна уже в названии альбома Back To The Egg («Назад к яйцу»). Нельзя не заметить и то, что впервые Пол призвал на помощь сопродюсера. На роль эту им был выбран Крис Томас, выбор удачный во всех отношениях, поскольку человек этот, благодаря своей работе с Sex Pistols и Pretenders, хорошо разбирался в музыке «новой волны», а многими годами раньше был ассистентом Джорджа Мартина во время записи Белого альбома. Кроме того Пол всегда работал над своими альбомами почти в полном одиночестве – то есть с группой или без нее, но никогда при посторонних. Это отличало его от Джорджа и Ринго, которые всегда работали со знаменитостями, и даже от Джона, который без особого энтузиазма приглашал известных студийных музыкантов, но все же порой не чурался записываться с такими звездами как Элтон Джон, например. На этот раз Пол не только пригласил артистов, некогда сотрудничавших с «Эппл» (среди них Black Dyke Mills Band), но и заручился согласием многих «посторонних» рок–звезд сыграть на паре номеров, а также участвовать в сборной команде, названной Rockestra. Среди тех, кто направил свои стопы в местечко Лимпн Кэстл (графство Кент) для записи этого альбома, были: Пит Тауншенд Кении Джонс из Who; Дэйв Гилмор (Pink Floyd); Джон Пол Джонс и ныне покойный Джон Бонэм (Led Zeppelin): Хэнк Марвин (The Shadows); Ронни Лэйн и Гари Брукер.

Была реанимирована группа Wings с привлечением двух малоизвестных музыкантов — Стива Холли (ударные) и Лоренса Джубера (гитара). В этом составе группа позировала для прекрасной обложки, ставшей чуть ли не сильнейшим местом альбома. И хотя в конце первой стороны были записаны роковая Old Siam, Sir и мелодичная Arrow Through Me, в целом музыке не удалось подняться до должного уровня. Иногда песни перемежались вставками посторонних звуков — шумом радио, например, или отрывками текста из The Sport Of Кings Яна Гэя и The Little Man Джона Голсуорти. Но если общая концепция работы хоть как–то ощущалась, в целом это был весьма сырой альбом.

«Роллинг Стоун» достаточно жестко отозвался о нем. «Это едва ли не самая невообразимая бессмыслица на моей памяти, — безжалостно утверждал обозреватель. — Здесь нет ни одного места, доведенного до логического завершения». Это была уже знакомая Маккартни проблема. Его манера работы не давала ему возможность сосредоточиться, без чего, пусть и прекрасные части альбома, никак не могли образовать цельное произведение. Слабость Back To The Egg усугублялась и текстами — большинство их словно пребывало в вакууме. Такой авторитет, как Джон Леннон, пытался осветить эту проблему: «Пол вполне одаренный поэт, хотя и не задумывается об этом. Hey Jude, написанная без моей помощи, черт побери, доказывает это. Пары строк этой песни достаточно, чтобы убедиться в его литературных способностях, вот только способности эти он редко использует.» (Playboy, январь 1981).

Back To The Egg разошелся очень плохо, музыкальные магазины долго еще распродавали его по сниженным ценам. Он потерпел неудачу и как «поставщик» хитового сингла (Old Siam Sir добрался лишь до 35 места в британском хит–параде). Это уже был второй случай, когда Маккартни, изменив стиль и сделав уступки своей аудитории, потерпел поражение.

Маккартни, должно быть, очень огорчился, поскольку усердно работал над этим альбомом, достаточно посмотреть, сколько времени готовился конверт. (У предыдущего, London Town, он был уж слишком дрянной). Однако все горести вскоре были забыты.

В конце октября издатели «Книги рекордов Гиннесса» вручили Маккартни родиевый диск (металл, в два раза дороже платины), как самому популярному композитору всех времен, обладателю наибольшего числа золотых дисков и просто как самому прославленному мировому музыканту.

Саму по себе голую статистику можно оценивать по–разному (в конце концов, вся эта церемония была задумана ради рекламы последнего издания «Книги рекорде»), но главное бесспорно: несмотря на некоторую неровность, успех Маккартни в 70–е превзошел даже то, что было сделано в 60–х, и сравниться с ним не мог никто. Кроме того, он добился этого, в общем–то, малой кровью. Здоровье, дом, семья и репутация остались в целости и сохранности.

В ноябре–декабре новый состав Wings впервые отправился в дорогу, решив отыграть небольшую серию концертов в Англии. Они начались в Ливерпуле, превратившись в триумфальное возвращение Маккартни домой. Wings дали четыре концерта в театре Royal Court и два специальных выступления на «семейном сборище» («В округе проживает несколько кланов Маккартни. Они размножаются словно кролики», — пояснял Пол) и для учеников своей старой школы.

Сразу после Рождества Wings появились в зала Хаммерсмит Одеон на заключительном концерте в фонд Кампучии. Это была благотворительная акция, проводившаяся не без содействия Маккартни. Генеральный секретарь ООН Курт Вальдхайм попросил его сделать что–нибудь: может быть воссоединение Битлз? То была запретная зона даже для ООН, но что–то Маккартни обещал сделать. Битлз не будет, сказал он Вальдхайму, но Wings готовы появиться в списке приглашенных (или, лучше, во главе его).

Тем не менее, в день концерта, 29 декабря, публика пребывала в томительном ожидании чуда — возрождение Битлз (?!) — с обычной истерией в прессе (По правде, говоря, Маккартни сам спровоцировал фанов: «Всегда есть шанс», — говорил он 30 ноября Джону Блэйку из «Evening News»). Ради этого концерта Пол вновь собрал звездную команду Rockestra — весь прежний состав был в сборе, однако — ни Джона, ни Джорджа, ни Ринго не было. Возможность голодной смерти двух миллионов людей в Кампучии вызвала небывалый эмоциональный резонанс на Западе, и неудивительно, что и Маккартни не мог остаться в стороне. Но даже учитывая эти обстоятельства, решение участвовать в благотворительной акции для Маккартни было весьма необычным. Дело в том, что финансовая империя Битлз на протяжении всей карьеры группы находилась под пристальным вниманием благотворительных организаций. Обычно Битлз не давали впутывать себя в подобные мероприятия, что чувствуется по скептицизму Леннона в его интервью «Плэйбою»: «Я не желал иметь ничего общего с этими бенефисами. Я могу на корню загубить благотворительность. Эти организации только обдирают людей. Подобные шоу всегда многолюдны, и артист частенько остается в проигрыше. В целом Пол поддерживает его. «Любое благотворительное дело нечестно, — говорит он в «Роллинг Стоун» (21 февраля 1980), — но сейчас этому уделяется так много внимания, что не хочется сомневаться в его актуальности. Если вы не доверяете ЮНИСЕФ, кто же тогда будет доверять вам?»

И действительно, в кампучийской акции не обошлось без проблем (хотя в этом не вина ЮНИСЕФ). С самого начала было ясно, что основной фондовый сбор образуется не за счет концертов, а благодаря сопутствующим проектам — фильма и альбома. Однако, несмотря на значительный проявленный интерес, реализация их задерживалась, главным образом, из–за большого количества участников этого четырехдневного концертного марафона. Огромному числу менеджеров, агентов, юристов, бухгалтеров, представителей фирм грамзаписи, так же прибывших на концерты, предстояло уладить все правовые вопросы, связанные с выпуском этой совместной продукции. Особенно труднопробиваемые бюрократы засели в грампластиночном бизнесе. Если телевизионный фильм не появлялся на экранах до января 1981 года, то двойной альбом вышел лишь в апреле, когда битва с непосредственной угрозой массового голода в Кампучии давно была выиграна.

Маккартни, конечно, не имел никакого отношения ко всем этим неурядицам, но, тем не менее, это явилось для него еще одним доказательством, что благотворительные ангажементы не слишком хороши для рок–звезд. Сразу после этих концертов, в январе 1980 года, группа отправилась в Токио, где для Маккартни должны были состояться его первые выступления в Японии со времен всемирного турне Битлз 1966 года. Ему, однако, не удалось познакомиться ни со страной, ни с ее народом. Он был арестован в аэропорту Нэрита за провоз марихуаны.

Это был его первый подобный случай после 1972 года, и то, что он вез наркотики практически открыто (в пластиковом пакете, небрежно засунутом в чемодан) свидетельствовало о том, что он утратил всякое ощущение опасности. Японские законы в отношении наркотиков особенно суровы, и Маккартни грозило семилетнее тюремное заключение. Не удивительно, что история эта вызвала интерес во всем мире. Маккартни вновь появился на первых полосах всех газет.

В конце концов, японские власти проявили благоразумие, решив избавить себя от той волны негодования, что, несомненно обрушилась бы на них, посади они за решетку самого преуспевающего музыканта. Они посчитали десятидневное содержание под стражей и полную отмену концертов (убытки всем участникам возместил лично Пол) достаточным наказанием, и 26 января Маккартни был депортирован из страны.