Чтение онлайн

К началу операции с немецкой стороны в полосе 1-го Белорусского фронта действовали соединения 6-го воздушного флота, а также воздушные силы системы ПВО Берлина, включавшие лучшие истребительные части – резерв немецкого главного командования. Общая численность авиации противника достигала 1700 самолетов.

16-я воздушная армия к началу операции состояла из 3-го и 6-го бомбардировочных корпусов; 221-й и 188-й бомбардировочных дивизий; 9-й гв. и 242-й ночных бомбардировочных дивизий; 6-го и 9-го штурмовых корпусов; 2-й и 11-й гвардейских штурмовых дивизий; 1-го и 3-го гвардейских, 6-го и 13-го истребительных корпусов; 1-й гвардейской, 240-й, 282-й и 286-й истребительных дивизий; 4-й польской смешанной авиационной дивизии.

Расположение авиации 16-й воздушной армии к началу операции было приближено к линии фронта. Так, среднее удаление аэродромов от линии фронта составляло для истребителей 10–40 км (от Берлина 70-110 км), для штурмовиков 30–70 км (от Берлина 90-130 км) и для бомбардировщиков 100–160 км (от Берлина 160–220 км).

К началу операции армия располагала 165 аэродромами, что вполне обеспечивало размещение всех сил армии и кроме того, позволяло иметь достаточное количество запасных аэродромов на случай маневра авиацией по фронту и в глубину. Тыловые органы армии к началу операции имели десятидневный запас горючего и боеприпасов из расчета на проведение 41 300 самолето-вылетов. Действующие аэродромы были обеспечены боеприпасами и горючим на 5 дней боевых действий.

Соотношение сил в воздухе к началу операции показано в таблице 19.

Таблица 19

Соотношение воздушных сил в полосе наступления 1-го Белорусского фронта

Следовательно, наша авиация превосходила авиацию противника по численности почти в два раза. Если же учесть то обстоятельство, что войскам 1-го Белорусского фронта периодически содействовала авиация дальнего действия (18-я воздушная армия), которая использовала на этом направлении до 800 самолетов, то превосходство в силах над противником было более чем двукратное. Кроме того, в первый день операции войскам 1-го Белорусского фронта содействовала часть сил 4-й воздушной армии 2-го Белорусского фронта.

В соответствии с общей обстановкой и замыслом Берлинской операции основные усилия 16-й воздушной армии направлялись: 1) на содействие войскам 3-й и 5-й ударных и 8-й гвардейской армий при прорыве ими обороны, а также на обеспечение ввода в прорыв 1-й и 2-й гвардейских танковых армий; 2) на обеспечение действий армий главной ударной группировки в глубине неприятельской обороны путем нанесения ударов по опорным пунктам, артиллерийским и минометным огневым позициям, скоплениям войск и техники противника, по узлам шоссейных и железных дорог; 3) на прикрытие наступавших войск с воздуха и воспрещение подхода резервов противника к полю боя.

Авиация 16-й и 18-й воздушных армий при прорыве Одерского оборонительного рубежа войсками 1-го Белорусского фронта должна была использоваться непосредственно на поле боя. Для бомбардировщиков 18-й воздушной армии, действовавших ночью, были выделены в качестве целей наиболее сильные опорные пункты и узлы сопротивления (Лечин, Вербиг, Зеелов, Дольгелин, Буков, Мюнхеберг, Ханнерсдорф, Фюрстенвальде, Штраусберг, Альт-Ландсберг, Петерсхаген, Калькберге), для подавления и разрушения которых требовались бомбы средних и крупных калибров, сбрасываемые бомбардировщиками Ил-4. Мелкие цели как на главной полосе обороны противника, так и в глубине разрушались и подавлялись авиацией 16-й воздушной армии.

Для наиболее эффективного содействия наземным войскам удары бомбардировщиков должны были наноситься с максимальным приближением к линии фронта. Метод действия бомбардировочной и штурмовой авиации – нанесение массированных бомбардировочно-штурмовых ударов по наиболее важным целям, с обеспечением непрерывности воздействия на противника в течение круглых суток. Метод действия истребительной авиации должен был заключаться в активных поисках неприятельской авиации и уничтожении ее в воздушных боях.

Основное требование к организации управления и взаимодействия авиации с наземными войсками состояло в том, чтобы непосредственным сопровождением обеспечить общевойсковые соединения при прорыве глубоко эшелонированной обороны противника. Исходя из этого требования, взаимодействие было построено таким образом, что авиационные соединения заранее распределялись по определенным направлениям, где действовали общевойсковые и танковые армии.

В связи с таким распределением авиации командиры авиационных корпусов и дивизий заранее устанавливали связь с наземными войсками и отрабатывали планы взаимодействия на весь период операции. Бомбардировочная авиация, составлявшая резерв командующего воздушной армией, использовалась по его указаниям на тех направлениях, где была особенно необходима ее помощь.

Чтобы знать запросы наземных войск и своевременно получать от них задачи, командиры авиационных соединений должны были находиться на командных пунктах командующих общевойсковыми или танковыми армиями, имея при себе оперативные группы и средства связи. Заявки на действия авиации должны были передаваться командующими общевойсковыми армиями командирам авиационных корпусов и дивизий, а последние высылали авиацию непосредственно с аэродромов. В передовых отрядах подвижных войск должны были находиться авианаводчики – для наводки на цель групп самолетов, прибывающих по заявкам командиров наземных войск.

Для получения данных от воздушной разведки на командные пункты общевойсковых и танковых армий были выделены приемники, которые предназначались только для приема донесений от возвращавшихся с разведки самолетов-разведчиков.

Планом операции предусматривалось следующее взаимодействие между авиацией и наземными войсками.

2-я гвардейская штурмовая авиационная дивизия должна была взаимодействовать с 47-й и 3-й ударной армиями и 7-м гвардейским кавалерийским корпусом; 6-й штурмовой авиационный корпус – с 5-й ударной и 2-й гвардейской танковой армиями; 9-й штурмовой авиационный корпус-с 8-й гвардейской и 1-й гвардейской танковой армиями; 11-я штурмовая авиационная дивизия – с 69-й армией и 2-м гвардейским кавалерийским корпусом. 3-й истребительный авиационный корпус имел задачу прикрывать войска правого крыла фронта, а одна дивизия 13-го истребительно-авиационного корпуса – войска левого крыла.

3-й истребительный корпус, одна дивизия 13-го истребительного корпуса и 240-я истребительная дивизия предназначались специально для свободной охоты, а также, как указывалось выше, должны были прикрывать наземные войска.

Штурмовые соединения на период прорыва обороны немцев оперативно подчинялись командующим соответствующими общевойсковыми армиями, с вводом же в прорыв подвижных войск они автоматически переподчинялись командующим подвижными соединениями.

Бомбардировочная авиация (6-й и 3-й корпуса) находилась в распоряжении командующего фронтом и использование ее предусматривалось на направлении главного удара и по наиболее важным целям.

В соответствии с планом операции все командиры авиасоединений совместно с командующими и штабами наземных армий составили планы взаимодействия на первый и второй дни наступления. При прорыве Одерского оборонительного рубежа планировался следующий порядок использования авиации.

• После артиллерийской подготовки ночные бомбардировщики (По-2 16-й воздушной армии и Ил-4 18-й воздушной армии) до рассвета должны были наносить непрерывные удары по огневым позициям артиллерии, опорным пунктам, штабам и узлам связи на направлении главного удара на глубину до 4–6 км от линии фронта.