Чтение онлайн

Песок, песок и еще раз песок. Руины, практически полностью засыпанные треклятым песком, были единственным местом, где можно было укрыться от палящих лучей солнца. Обломки каменных зданий, колонны и статуи, выглядывающие из-под песка, создавали небольшой лабиринт посередине пустыни.

Парень никак не мог понять, к какому веку и местности могут относиться остатки незнакомой архитектуры. Будучи археологом, он твердо понимал, что данные руины никак не могут принадлежать к египетской архитектуре. Джам не знал, где в окрестностях дельты Нила мог бы находиться заброшенный храмовый комплекс, поэтому решил дождаться наступления ночи, чтобы хоть как-то сориентироваться по звездному небу.

Единственное, что хоть как-то успокаивало парня, был колодец устроенный прямо посередине руин. Скинув свою кожанку и бережно убрав ее в тень, парень накинул на себя белоснежную галабею, которая помимо того что отлично помещалась в сумке, так еще и хорошо защищала от зноя, песка, солнечных лучей и сильных ветров.

Сам колодец представлял собой рукотворный цилиндр, сделанный, судя по всему, из обломков соседних зданий. Но больше всего Джама заинтересовала искусно вырезанная каменная рука, торчащая из-под земли. Отчистив ладонь от песка, Джам обнаружил идеально ровную дыру прямо в центре ладони. Использовав специальную кисточку по назначению еще раз, парень задумчиво хмыкнул. В каменную скульптуру была каким-то образом встроена ржавая стальная труба.

«Фонтан!» – озарило археолога, - «Точно! Поэтому и колодец вырыли рядом, а может и прямо в фонтане. Интересно только, чем копали? Ведь тут одно из двух. Или вода была подведена технически из подземного источника, или где-то бил ключ, опять же, из подземного источника… А значит, что? Значит, тот, кто соорудил колодец, выкопал здоровенную яму, а потом выстроил сам колодец… Замерить, что ли, длину?»

Десятиметровой рулетки, которую Джам постоянно таскал с собой в сумке, не хватило, чтобы дотянуться до воды. А длину верёвки, к которой было привязано деревянное ведро, парень замерять поленился. Но то, что она была, как минимум, в два раза длиннее рулетки, сомнению не подлежало.

«Как они сделали такие гладкие стены?» - мысль весь день не давала парню покоя.
– «Реально ли испепелить гору песка, образовав идеально ровную, чуть ли не зеркальную окружность?»

Плюнув, в конце концов, на тайну происхождения колодца, Джам обратил внимание на местную живность. Змеи, ящерицы, кое-где даже попискивали крысы.

– Ничего, - вздохнул парень, - и без фруктов проживу!

Бронзовая ваза, которую Джам случайно обнаружил в расположенной по соседству с храмом башне, была тщательно отмыта и наполнена водой. Вдруг кто-нибудь придет к колодцу и займет круговую оборону? Свою кожанку днем парень использовал как доспех при ловле змей (ядовитые зубы безуспешно пытались прокусить толстую кожу), а ночью – как подушку.

Ночевать Джам решил в заброшенном храме слева от гробницы. Кусок потолка рухнул на пол, образовав небольшой каменный шалаш – здоровенная каменная плита одним краем покоилась на крыше гробницы, другим – упиралась в груду обломков на песчаном полу. В общем, хорошенько потрудившись в течение дня, парень закрыл свои базовые потребности, а именно – выживание.

– Хе-хе, - бормотал себе под нос археолог, укладываясь спать, - в лучших традициях пирамиды Маслоу! Следующий шаг у нас какой? Безопасность? Да уж, тут хочешь не хочешь, а научиться работать с клинком – необходимо!

Парень задумчиво посмотрел на постиранные носки, развешанные на протянутой бечёвке. Узнали бы местные жители, на что парень расходует драгоценную жидкость, прибили бы без раздумий!

«Ну что ж», - сколько не откладывал Джам эту мысль на потом, а думать ее все равно пришлось.
– «Остаюсь здесь или иду в пустыню?»

Всю свою первую ночь на новом месте парень проворочался без сна, так ничего и не решив.

«Сомнения погубили больше людей, чем сами походы. Будь то Суворовский бросок через Альпы или открытие Колумбом Америки. Если бы эти, в своем роде, первопроходцы позволили себе погрузиться в пучину раздумий, вряд ли бы мы имели возможность читать мемуары об их подвигах!», - думал парень.

«Даже элементарно, бежишь из студенческой общаги в магазин за булкой хлеба. На кухне только ты да твой верный друг, все соседи спят. Казалось бы, ничего не предвещает «рейдерского налета» на поздний ужин, и ты, расслабившись, допускаешь в круглосуточном магазине критическую ошибку. Ты начинаешь выбирать – батон купить или горбулку? Может быть, с отрубями или уральский? Нарезной взять или ржаной? И пока ты раздумываешь, случается непоправимое… В кармане куртки пиликает смска и ты, с удивлением, густо перемешанным с разочарованием, читаешь:

«Джам, спеши, у нас гости».

Дальше и вовсе происходит какая-то магия. Умом ты понимаешь, что бежать сломя голову нет смысла, что вечно голодные перваши уже выскребли кастрюлю с макарошками подчистую, даже мыть не придется! Но ты все равно бежишь, запыхаясь в родную общагу, тенью пролетаешь мимо спящего вахтера, на открывшемся втором дыхании молнией поднимаешься на четвёртый этаж, врываешься на кухню и попадаешь в радостные объятья соседей:

«О, пацаны! Хлебушек пришел!».

В итоге, по-братски поделив с Виталиком корочку горбулки, ложишься спать голодным, снова и снова проклиная свою медлительность и нерешительность… И сейчас я, по сути, в той же самой ситуации. Я только-только вышел из магазина и у меня два пути: бежать в общагу, в моем случае, в пустыню, надеясь добраться до людского поселения, пока не кончится вода и силы, или не спеша кушать горбулку, наслаждаясь каждым кусочком… В моем случае – сидеть на попе ровно и ждать, пока к колодцу не выйдет какой-нибудь караван».

Джам уже девятый день находился в каменном лабиринте. Приняв решение ждать караван, парень на корню пресекал панические мысли, которые день ото дня становились все изощреннее. Надо признать, идея рискнуть и отправиться в пустыню выглядела с каждым днем все более заманчивой.

Днем археолог спасался от зноя в каменных руинах, облюбовав себе гнездышко на одном из верхних этажей гарнизонной башни. Утром и вечером охотился на змей, ящерок и скорпионов, добывая себе какое-никакое, но пропитание. Иногда исследовал внутреннее убранство башни и заброшенного храма. На свои вылазки парень выделял по сорок – шестьдесят минут, опасаясь пропустить приход каравана. Джам свято верил, что рано или поздно караван придет. Во-первых, здравый смысл подсказывал, что вряд ли колодец в пустыне забросят, во-вторых, около колодца был заготовлен запас дров, которые явно привезли сюда из другого места, а около самого колодца, замотанное в кусок парусины, стояло искусно выделанное деревянное ведро, обитое тонкими железными обручами. Да и сама площадка, расчищенная от обломков камней и прочего мусора, выглядела ухоженной и часто используемой.

С огнем у парня проблем не было. Увеличительное стекло, замотанное в специальную тряпочку из микрофибры, покоилось в отведенном под него кармашке сумки. Около часа под палящим солнцем, и костер готов. А на нем уже весело шипит обед, добытый этим утром. Если бы месяц назад кто-нибудь сказал Джаму, что он будет использовать археологический инструмент в качестве шампура, парень бы рассмеялся шутнику в лицо.

«Да уж», - хмыкнул парень, снимая прожаренные куски змеиного мяса с ножа для колки льда, - «одно дело, с собой этот штырь заточенный таскать для отчистки исторических памятников, другое – чтобы на нем шашлык прожаривать! Чувствую себя героем из Фоллаута… Хе-хе, шашлык из игуаны! Эх, жаль, соли нет!»

Поначалу Джам планировал навялить мяса, но тут же отказался от этой идеи. Да, у него есть с собой всевозможные пакеты с пластиковыми вакуумными замками (мало ли что откопаешь в очередном разрезе?), но без соли и специй – это будет просто перевод мяса. Которого и так осталось не так уж много. Парню приходилось с каждым днем забираться все дальше и дальше в поисках пропитания.

«Если так продолжится и дальше», - с грустью подумал Джам, доедая полупрожаренное мясо, - «я или сдохну от голода, или сойду с ума!».