Чтение онлайн

– Ребята у меня жили - надо было помочь концерт устроить. И мы доказали, что они могут быть востребованы и за них будут деньги платить. До этого заработки «АукцЫона» были очень скромные. А тут им по тысяче долларов за день платили, что было совсем неплохо.

Успех концертов сложился из нескольких обстоятельств:

– Был гений Лени Федорова и низкая себестоимость в организации площадки. Какие-то деньги - в пределах нормы - мы потратили на рекламу: плакатики, радиореклама в метро. Была очень успешная пресс-конференция, около ста журналистов, на то время это было все, что можно собрать. При том что даже фуршета никакого не было. А потом - толпа на концертах.

Вот так, легко, совершались открытия, над какими бьются западные маркетологические умы. Едешь в метро - вдруг «АукцЫон» запел.

– То, во что верилось, получалось хорошо. То, что делали как чистый бизнес-хуже,- опять выворачивает он на идеологию.- Слоганом тогдашнего нашего движения было «Нормальная музыка для нормальных людей». А другим слоганом - «Настоящее».

«Настоящее» было девизом и некоммерческих проектов «ИЦ-Гаранта». Например - «Лотмановского сборника». Здесь стало ясно, что не все может быть бизнесом.

– Когда умер Юрий Михайлович Лотман, я не поехал на похороны. Как-то совершенно внутренне не поехал, поехал вместо этого в Армению. Были мемориальные конференции, и один человек сказал: «Издай брошюру по конференции, а потом продай». А меня это как-то вставило, я подумал: ни фига, надо делать настоящее, и придумал, как сделать. Договорились с Тарту и РГГУ (с Сергеем Юрьевичем Неклюдовым). Все были вкладчиками, и это был заметный проект.

«Все вкладчики» - бизнес-идея и его интернет-проектов, рожденных во глубине сквота в Калашном переулке.

– Многие думали, что это сквот, а это была моя квартира, с большим количеством комнат, там жили-работали, размножались .

В комнате с тарелкой и пятью-шестью компьютерами начался и «Журнал.ру» - одно из первых офлайн-изданий о Сети. Четкого бизнес-проекта опять не было, только идея, что авторы - тоже доноры проекта, как и Дмитрий. На опять же доноров со спонсорами был рассчитан и существующий до сих пор сайт «Полит.ру», изначально замышлявшийся еще и на бумаге (тут мне стало стыдно, что в 1999-м я попил донорских денег с сайта).

– Я попытался это продать. Было не воспринято, но вместо этого я получил какие-то PR-заказы и на них зарабатывал.

Проекты Ицковича размножались и исчезали. Уже в двухтысячных был остановлен из-за недофинансирования развлекательный комплекс «На Тульской», хотя, по мнению Дмитрия, спроектирован он был тоже правильно. Выживают сильнейшие. Как брэнд ОГИ.

В середине девяностых анахроническое название «ИЦ-Гарант» («Столько этих «Гарантов» появилось.») сменило «Объединенное гуманитарное издательство». Оно подарило много культурных книг читателям, аббревиатуру -клубу «Проект ОГИ», а тот в свою очередь породил сеть кафе «ПирОГИ».

– А сейчас что?

– Сейчас все это группа компаний. У них разные собственники с разными за дачами, но это нормально. Нормальное развитие.

– А вы, условно говоря, идеолог?

– Да, безусловно.

– Идея ваша - бензин чей?

– Идея, кстати, не всегда моя,- опять уходит он от разговора о бензине.- Между идеей и деятельностью очень большое расстояние. Проектная задача - идею превратить в идеологию, а идеологию превратить в деятельность.

Меня немного утомила его идейность, но с ней связаны и новые его проекты.

СТАРЫЕ ПЕСНИ О СЧАСТЬЕ

Ицкович меняет идеологию и в секторе, где располагаются кафе «ПирОГИ» с «Билингвой»:

– Расширяем концепцию присутствия в городе и по брэнду, и по типу деятельности. А из совсем уж ближайшего - опять же идеологический выпуск пластинки поэта Льва Рубинштейна, некогда прославившегося чтением концептуальных стихов на карточках. Дмитрий хочет заставить Льва Семеновича поверить, что тот еще и певец:

– Будет качественная профессиональная запись с хорошими музыкантами.

– Это некоммерческий проект?

– Почему?
– тут он чуть не обижается.- Дальше это надо продать. Буду искать партнера на выпуск. Когда найду, будет история с раскруткой.

– А что Лев Семенович будет петь?

– Старые советские песни. «Летят перелетные птицы». Сейчас всякая попса пытается их петь, но это же тотальный продукт на самом деле. И в этой пластинке будет некоторая общая национальная душевность. И то, что это споет поэт, который про интонирование, про слова знает больше, чем кто бы то ни было. Ну, посмотрим.

Действительно, посмотрим-послушаем. Может, опять, как когда-то с «АукцЫоном», сработает формула счастья от Ицковича:

– Когда настоящий качественный продукт вдруг становится востребованным, то понимаешь, что мир неплохо устроен. Что он оправдывает твои ожидания.

«БИЗНЕС», No36(55) от 02.03.05

Откуда вылетает «птичка»

Николай Канавин. Владелец компании «Реинвест-сервис»

ТЕКСТ: Анастасия Никитина

ФОТО: Наталья Медведева

Из тех, с кем Николай Канавин начинал когда-то работать, в живых остались далеко не все. Наверное, ему крупно повезло. Сегодня Канавин совместно с партнерами успешно управляет двумя из шести крупнейших в Москве фотолабораторий, а для души то спортивный магазин откроет, то займется производством индивидуальной мебели.

ПОД КРЫЛОМ «ФОТОНА»

В истории МИФИ только однажды бронь на службу в армии для его студентов отменялась государством. Это было в 1985 году: Николай Канавин отправился с факультета кибернетики прямиком в разведку. После армии он вернулся в институт и, хоть занятия посещал нечасто, окончил МИФИ с красным дипломом.

– МИФИ вообще всегда считался пьющим институтом. Перед входом обычно собиралась вся наша честная компания, и пройти мимо нее внутрь здания было просто нереально. Вместо занятий мы шли в пивные заведения - бар «г100», «ПНИ» - пивные напротив института, «КПЗ» - коломенский пивной зал. Но перед каждой сессией я умудрялся за шесть дней и шесть ночей выучить все предметы. У меня была своя формула поглощения информации - смешение йоги и чего-то еще.

На последних курсах МИФИ Николай стал серьезно задумываться над дальнейшей судьбой. Аспирантура, защита кандидатской, работа в институте в области системного программирования. Однако в стране уже начали происходить необратимые рыночные изменения. И стало понятно, что наука остается не у дел.