Чтение онлайн

– Вот и я о том. Интерес у компании и администрации общий. Для вас ее значение очевидно. Но и мы осознаем, на чьей земле существуем. И ваши усилия по улучшению жизни в области для нас не чужды. Масштаб задач такой, что одним официальным бюджетом не обойдешься, – Коломнин сам поразился той штамповщине, что полилась с его языка, едва начал он лицемерить. – Другие, чуть какие проблемы на местах, разом в Москве перерегистрируются, и – налогов как не бывало. А Фархадов патриот. На возрождение Сибири нацелен. Поэтому готовы всемерно поучаствовать.

– То есть?

– Мы тут прикинули размеры финансовых потоков от конденсата. Конечно, каждый рубль на счету. Но кое-что для нужд области выкроить сумеем. Если, конечно, рьяные налоговики мешать не будут. Примерно это выглядит так…

Но прежде, чем Коломнин назвал цифру, Баландин кинул ему салфетку и сам же припечатал ее паркеровским пером. Увиденная цифра расстроила его чрезвычайно.

– Это просто явное недопонимание масштабов задач, стоящих перед администрацией, – упрекнул он Коломнина. Потянулся к ручке. – Как минимум…

Теперь уже голова закружилась у Коломнина.

– Побойся Бога, Юрий Павлович, – стараясь выдержать шутливый тон, взмолился он. – А имя Фархадова чего-то стоит?

– А это как раз с учетом заслуг Салман Курбадовича.

Собеседники склонились над столом, то и дело перехватывая друг у друга ручку.

– А учет политического фактора? А экономическая составляющая? – доносилось до восхищенных официанток, – даже на отдыхе вице-губернатор радел о пользе вверенного его заботам населения.

Через полчаса собеседники распрощались у выхода из подвальчика.

– Не журись, Серега, никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь, – подтолкнул Коломнина разыгравшийся, изрядно нагрузившийся Баландин, – прежняя крепость незаменимого тамады дала утечку. – С этой минуты считай, что переходите под полное покровительство властей. И тут уж можете на меня положиться, – всегда и во всем! И на меня. И на тех, кого подпираю.

Коломнин сдержанно пожал протянутую руку, – матерый переговорщик Баландин затащил-таки его на запредельную цену.

Усаживаясь в джип, припомнил Коломнин про корни, что не успел дорубить Роговой. «Удачи тебе, милый», – искренне пожелал он.

При виде входящего Коломнина Лариса вскинула сияющие глаза. – Сереженька! У меня новость.

– У меня тоже, – крайне удрученный, он молча положил перед ней заляпанную бумажную салфетку.

– Итак вижу, что из ресторана, – Лариса двумя пальчиками недоуменно приподняла ее.

Коломнин, спохватившись, перевернул салфетку другой стороной, ткнув в выведенную посредине цифру.

– Что это?

– Цена вопроса. Завтра с утра «железка» будет разблокирована.

– То есть это?..

– И причем налом.

– Они что, совсем охренели?! – Лариса подскочила.

– И много больше, чем ты думаешь. Речь идет о ежеквартальных платежах, – он приобнял ее за плечи, пытаясь слегка остудить неизбежный всплеск эмоций. Но всплеска не последовало. Поджав губы, Лариса осела на прежнее место.

– И ты согласился?

– Согласился, – ненавидя себя, подтвердил Коломнин. – И ты согласишься, когда пересчитаешь убытки от войны с налоговиками. Да и некогда нам разборками заниматься. Не забывай – через два месяца срок по кредиту.

– Вот ведь суки, – с некоторого времени, к огорчению Коломнина, Лариса перестала ограничивать себя нормативной лексикой.

– Ничего не поделаешь. Привыкай к извивам российской рыночной экономики. Тебе как будущему генеральному директору крупнейшей нефтяной компании без этого нельзя.

Хотя Коломнин вроде бы пошутил, Лариса зарделась, словно уличенная в потайных мыслях. – Ничего, дай срок! Когда на ноги встанем, со всеми разберемся, – она скрежетнула зубками. Перехватила удивленный взгляд Коломнина. – А ты как думал? Так и будем каждому крохобору кланяться? Черта с два! Это они сюда приползать должны. А мы – решать: кого и на какое место расставить.

Коломнин почувствовал себя озадаченным. Потому что перед ним была не прежняя Лариса. Безмятежная и мятущаяся одновременно. Стесняющаяся необходимости командовать другими и страдающая от неизбежных конфликтов. В голосе ЭТОЙ рассерженной женщины проглядывали интонации человека, осознавшего свою нарастающую мощь. И готового обрушить ее на непокорных.

Казалось, и сама Лариса удивилась внезапному выплеску. Во всяком случае улыбнулась искательно. И просияла, вернувшись к тому, что занимало ее до прихода Коломнина:

– Все это пустое по сравнению с главным: теперь мы можем быть вместе. Все время.

– Что ты хочешь сказать? – после выздоровления Коломнина виделись они, как и прежде, исключительно на работе.

– У меня был разговор с Салман Курбадовичем. Ты знаешь, оказывается, он к тебе очень проникся, – глаза Ларисы сияли.

– Рад слышать. Мне старик тоже симпатичен.

– Он сам заговорил. Молчал, молчал. А потом вдруг рыкнул, долго, мол, с женитьбой тянуть думаете. Сережка, он нас благословил!.. Ты даже не представляешь, что это для него.

– Ларка, милая моя! – растроганный Коломнин подхватил Ларису и закружил. – Уж и надеяться перестал – Потому что дурашка и спешишь о людях плохо подумать. Больше того, настаивает, чтоб жили у него в доме, – Лариса почувствовала невольное его движение отодвинуться. Поспешно обхватила. – Надо согласиться, Сереженька. Ведь для него с внучкой расстаться – и думать не хочет.

– Примаком, что ли?

– Ну, почему примаком?! Что за нелепые сравнения, право? – расслышав звук открывающейся двери, Лариса инстинктивно отпрянула и обернулась раздраженно. – Кто разрешил без стука?!

– Извините, я позже, – появившийся в проеме бледный Богаченков кивнул неловко и закрыл за собой дверь.

– Ну вот, из-за тебя человека ни за что обидела, – посетовала Лариса. – Почему примаком?! Ты совсем Фархадова не ценишь. Чтоб он собственную невестку выдал замуж без состояния!

Она помолчала, интригуя.

– Ладно, скажу, чурбан! Он тебе в качестве свадебного подарка собирается передать несколько процентов акций компании.

Отступила с видом доброй феи, только что укомплектовавшей Золушку для бала. Но Золушка оказалась неблагодарной.