Чтение онлайн

Вернувшись в Тимминс, Дарк временно перестал исполнять обязанности геолога из-за зимних холодов и проблем с правами собственности на участок «Кидд-55». Однако времени не терял. В январе он вступил в тайный сговор с одним жителем Тимминса, не сотрудником Texas Gulf, и уговорил его захватить участок коронной земли вокруг Тимминса для своих личных нужд. В феврале он рассказал Холику о сговоре с сообщником, состоявшемся в баре в холодный зимний вечер. Новый знакомый сказал: до него дошли слухи, что Texas Gulf роет землю поблизости, и он хочет сделать заявку от своего имени. Как вспоминал впоследствии Холик, он пришел в ужас от этого известия, приказал Дарку изменить политику, «вернуться и делать заявки от нашего имени», а также как можно скорее «избавиться от знакомого. Покатай его на вертолете, делай, что хочешь, но убери его с дороги». Дарк, надо полагать, выполнил распоряжение начальника. Более того, за первые три месяца 1964 года он купил 300 акций Texas Gulf, оформил требование еще на 3000 акций и, помимо этого, расширил список невольных соучастников. Холик и Клейтон в это время проявляли несколько меньшую финансовую активность, но тоже значительно увеличили свою долю акций компании — Холик и его жена, например, воспользовались требованиями, о которых они оба, скорее всего, до этого даже не слышали. Вообще оформление требований распространялось среди сотрудников Texas Gulf как лесной пожар.

Наступила весна. Компания могла торжествовать. Ей удалось заключить договор о приобретении вожделенного куска земли. 27 марта Texas Gulf получила то, чего добивалась, — право на владение и разработку полезных ископаемых в остальных трех секторах «Кидд-55». В двух секторах, правда, пришлось сделать уступку в виде 10 %-ной концессии в пользу упрямого собственника — издательского дома «Кертис». После последней вспышки приобретений Дарка его подопечными и подопечными подопечных, имевшей место 30 и 31 марта (было куплено 600 акций и оформлено требований еще на 5100 акций), на замерзших болотах возобновили бурение. На этот раз на «Кидд-55» присутствовали и Холик, и Дарк. Новый шурф — третий по счету, но лишь второй нужный для разведки (ибо ноябрьское бурение было лишь отвлекающим маневром) — начали бурить на некотором расстоянии от первого и под углом, чтобы очертить конфигурацию месторождения. Оценивая результаты и записывая их в дневник, Холик едва удерживал озябшими пальцами карандаш, но его наверняка согревало то, что начало появляться на глубине 30 м. 1 апреля Холик доложил Фогарти о ходе работ. В Тимминсе и на «Кидд-55» установили жесткий изматывающий распорядок дня. Буровики все время находились на месте, а геологи, чтобы непрерывно держать в курсе нью-йоркское начальство, ежедневно совершали поездки в Тимминс, к телефонам. Поездки до городка, расположенного в 15 милях от месторождения, из-за двухметрового снежного покрова отнимали три с половиной — четыре часа. Один за другим появлялись новые шурфы, вгрызавшиеся в землю в разных местах и под разными углами к поверхности, очерчивая аномалию. Вначале приходилось пользоваться только одной буровой установкой, так как не хватало воды, необходимой для бурения. Грунт замерз, был тверд как камень и к тому же покрыт слоем глубокого снега. Воду приходилось откачивать из-подо льда и отводить в пруд, расположенный в полумиле от «Кидд-55». Третий шурф был готов 7 апреля, и сразу же началось бурение четвертого тем же буром. На следующий день, когда положение с водой стало лучше, начали бурить пятый шурф с помощью еще одной установки. Через два дня, 10 апреля, на место прибыла третья установка, и началось бурение еще одного шурфа. В первые дни апреля хозяева и высшее руководство были очень заняты; во всяком случае, покупать требования на акции в это время практически прекратили.

Мало-помалу бурение очерчивало область огромного рудного месторождения. После третьего шурфа стало ясно: первый шурф не случайно зацепил богатую породу, чего опасались геологи. Четвертый шурф показал, что месторождение залегает на удовлетворительной глубине. В какой-то момент — можно спорить, когда именно, — руководство Texas Gulf поняло: компания получила пригодный для разработки рудник значительных размеров. Тогда оно переключило свое внимание с буровиков и геологов на штатных сотрудников компании и финансистов, которые впоследствии стали главными объектами недовольства комиссии по ценным бумагам и биржам. 8 и большую часть дня 9 апреля в Тимминсе был такой сильный снегопад, что даже геологам не удалось попасть из города на «Кидд-55». Однако вечером 9 апреля после жуткой поездки продолжительностью семь с половиной часов они привезли на «Кидд-55» не кого-нибудь, а самого вице-президента Моллисона, прилетевшего в Тимминс накануне. Моллисон провел на будущем месторождении ночь и уехал в полдень следующего дня — для того, объяснял он впоследствии, чтобы избежать походного обеда на «Кидд-55», слишком грубого и обильного для такого кабинетного работника, как он. Но перед отбытием распорядился пробурить пробную производственную скважину, чтобы удостовериться, что содержание руды в породе достаточно для промышленной разработки месторождения. Обычно пробное бурение выполняют в тех случаях, когда есть уверенность в рентабельности месторождения. Видимо, так было и в этом случае. Двое экспертов по горнорудной промышленности, привлеченных к работе в комиссии по ценным бумагам и биржам, позже возражали экспертам защиты, что к тому времени, когда Моллисон отдал это распоряжение, Texas Gulf имела информацию, на основании которой запасы руды на «Кидд-55» оценивались по меньшей мере в 200 млн долл.

Знаменитый канадский горнорудный улей гудел, полнясь слухами, и теперь, оглядываясь назад, можно лишь удивляться, что он так долго вел себя очень тихо (один брокер из Торонто заметил во время процесса: «Я видел буровых мастеров, которые бросали свои буровые установки и с быстротой молнии меняли их на брокерские конторы… или просто поднимали телефонную трубку и звонили в Торонто». После такого звонка, продолжал брокер, статус любой мелкой сошки с Бэй-стрит [31] зависел от того, насколько близкое знакомство она сможет завести с позвонившим на биржу бурильщиком, как статус «жучка» на ипподроме [32] зависит от его связей с жокеями и знания лошадей). «Сарафанное радио сообщает: Texas Gulf что-то делает в поселке Кидд. Говорят, там работает целая батарея буровых установок», — писала газета The Northern Miner, торонтский еженедельник, влиятельный в кругах горнорудных промышленников, 9 апреля. В тот же день торонтская газета Daily Star объявила: в Тимминсе среди местных жителей царит настоящий ажиотаж, а во всех парикмахерских и на каждом углу все говорят о Texas Gulf. Телефоны в нью-йоркской штаб-квартире компании звонили не переставая, но сотрудники очень холодно и скупо отвечали на вопросы. 10 апреля президент компании Стивенс, обеспокоенный слухами, решил побеседовать с одним из самых доверенных сотрудников — Томасом Ламонтом, членом совета директоров Texas Gulf, младшим партнером Моргана, занимавшим высокие посты в банке Morgan Guaranty Trust Company. Имя этого человека с большим почтением произносили на Уолл-стрит. Стивенс рассказал Ламонту, что происходит к северу от Тимминса (в тот раз Ламонт впервые услышал это название), дал понять собеседнику, что пока не видит оснований для ажиотажа, и спросил, что, по мнению Ламонта, можно сделать, чтобы притушить пожар. Если верить канадской прессе, Ламонт ответил: «Думаю, вам придется примириться». Однако, добавил он, если сведения проникнут в американские газеты, то редакторам надо дать понять: не стоит поддаваться слухам и провоцировать волнения на фондовой бирже.

На следующий день, в субботу 11 апреля, слухи заполнили страницы американских газет. Times и Herald Tribune одновременно сообщили об открытии, сделанном компанией Texas Gulf, причем Herald Tribune, поместив этот материал на первой полосе, писала о «самом большом рудном месторождении, обнаруженном после открытия золота в Канаде более 60 лет назад». Прочитав статьи, Стивенс, видимо, тоже округлил глаза, позвонил Фогарти и сказал: пресс-релиз должен быть направлен в газеты к понедельнику. Фогарти подготовил пресс-релиз за выходные дни вместе с несколькими помощниками из числа сотрудников. Тем временем события не стояли на месте и на «Кидд-55». Чем больше породы добывали из пробного шурфа и чем больше обнаруживали в ней меди и цинка, тем быстрее — буквально по часам — росла расчетная стоимость будущей шахты. Тем не менее Фогарти не связывался с Тимминсом после вечера пятницы, и поэтому заявление, которое он с помощниками подготовил для прессы, не основывалось на самой свежей информации. Из-за этого или по каким-то иным причинам опровергались слухи, что Texas Gulf открыла новый рудный Клондайк. Опубликованные статьи характеризовались как содержащие безосновательные преувеличения. В заявлении признавалось, что действительно «было произведено бурение на одном участке близ Тимминса», но удалось получить только предварительные данные, указывающие, что требуется дополнительное бурение для оценки возможных перспектив потенциального месторождения. Проведенные работы не дают однозначных результатов, говорилось далее. Затем было добавлено еще одно предложение, где другими словами была еще раз повторена та же мысль: «Проделанная работа недостаточна для окончательного заключения».

Заявление все же возымело действие, в понедельник утром появившись в газетах. Акции Texas Gulf не взлетели до небес, как можно было ожидать, если бы не последовала отповедь восторженным статьям в Times и Herald Tribune. Акции, в ноябре продававшиеся по 17 и 18 долл., за прошедшие с тех пор месяцы доползли до отметки 30. В понедельник на открытии торгов на Нью-Йоркской фондовой бирже акции компании продавались за 32 долл. Цена поднялась на два пункта по сравнению с моментом закрытия пятничных торгов. Но в течение дня тренд сменил направление, и цена акции упала до 30 7/8 к обеду, в течение следующих двух дней продолжала снижаться и к среде составила 28 7/8. Видимо, воскресное настроение Texas Gulf подействовало на инвесторов и продавцов. Однако в те же три дня люди из Texas Gulf как в Канаде, так и в Нью-Йорке пребывали в совершенно ином расположении духа. На «Кидд-55» в понедельник 13 апреля, в тот самый день, когда был опубликован отрезвляющий пресс-релиз, завершили пробное бурение. Оно продолжалось на других шурфах. Одинокий корреспондент The Northern Miner бродил по окрестностям и слушал, что ему рассказывали Моллисон, Холик и Дарк. Из рассказов репортер узнал, что, независимо от мнения авторов воскресного пресс-релиза, на «Кидд-55» уже в понедельник знали, что открыли настоящее месторождение, причем крупное. Мир узнал об этом в четверг, когда следующий номер газеты The Northern Miner появился в почтовых ящиках подписчиков и в газетных киосках.

Вечером во вторник Моллисон и Холик полетели в Монреаль, где планировали посетить ежегодную конференцию Канадского горно-металлургического института. Туда должны были съехаться до 700 ведущих специалистов горнорудной промышленности и инвесторов. Прибыв в отель «Королева Елизавета», где уже началась конференция, Моллисон и Холик с удивлением обнаружили, что их встречают как кинозвезд. Вероятно, конференция гудела от слухов об открытии, сделанном Texas Gulf, и теперь каждый хотел получить достоверную информацию из первых рук. В вестибюле даже установили телекамеры, чтобы не упустить то, что, возможно, захотят сказать эмиссары удачливой компании. Но Моллисон и Холик не были уполномочены делать никаких заявлений. Они резко развернулись и бежали из гостиницы, а ночлег нашли в мотеле монреальского аэропорта. На следующий день, в среду 15 апреля, они уже летели из Монреаля в Торонто вместе с министром шахт провинции Онтарио и его заместителем. По дороге они вкратце сообщили министру о ситуации на «Кидд-55», и тот ответил, что желает разрядить ситуацию, сделав как можно скорее официальное заявление по существу дела. Тут же, в самолете, он с помощью Моллисона составил текст заявления. Согласно копии, сделанной и сохраненной Моллисоном, в заявлении, в частности, говорилось: «имеющаяся в настоящее время информация… внушает определенную уверенность и позволяет мне заявить, что компания Texas Gulf Sulfur обнаружила богатое месторождение цинка, меди и серебра и собирается в ближайшее время приступить к разработке». Моллисона и Холика уверили, что министр выступит с этим заявлением в 23:00 в Торонто по местному радио и телевидению. Таким образом, хорошие новости от Texas Gulf станут достоянием гласности за несколько часов до того, как выйдет из печати утренний номер The Northern Miner. Однако по не известной до сих пор причине министр в тот вечер так и не выступил с подготовленным заявлением.

В штаб-квартире компании, на Парк-авеню, 200, царила гнетущая атмосфера надвигающегося кризиса. На утро четверга запланировали очередную регулярную встречу членов совета директоров, и в понедельник Фрэнсис Коутс, один из членов совета, живший в Хьюстоне и ничего не знавший о находке на «Кидд-55», позвонил Стивенсу и спросил, надо ли приехать. Стивенс сказал, что надо, но не объяснил почему. Новости с месторождения поступали теперь одна другой краше, и в среду руководители Texas Gulf решили: настало время обнародовать новый пресс-релиз и озвучить его на пресс-конференции, которую предполагали провести после совещания совета директоров в четверг. Во второй половине дня в среду Стивенс, Фогарти и секретарь совета Дэвид Кроуфорд составили релиз. На этот раз в нем не было ни повторений, ни двусмысленностей. В документе, в частности, говорилось: «Компания Texas Gulf Sulfur открыла крупное месторождение цинка, меди и серебра в районе Тимминса… Семь пробуренных скважин показывают, что речь идет о месторождении с рудным телом длиной не меньше 244 м, длиной 91 м и высотой более 244 м. Это очень важное открытие. Предварительные исследования показывают, что запасы руды в этом месторождении составляют более 25 000 000 тонн». Чтобы объяснить разницу в содержании двух пресс-релизов, авторы писали: «В промежутке между ними были накоплены новые данные». Этого никто не мог отрицать; запасы размером более 25 000 000 тонн означали, что стоимость найденной руды составляла не 200 млн долл., как писали раньше, а во много раз больше.

В тот же день в Нью-Йорке инженер Клейтон и секретарь Кроуфорд, несмотря на невероятную занятость, нашли время позвонить своим брокерам и заказать себе акции компании: Клейтон поручил купить 200 акций, Кроуфорд — 300. Кроуфорд вскоре решил, что этого мало, и в восемь утра на следующий день, после бессонной ночи, разбудил брокера поручением удвоить объем покупки.

Первые тревожные новости о находке в Тимминсе поступили утром в четверг и начали распространяться в сообществе североамериканских инвесторов — быстро, но беспорядочно. Между семью и восемью часами почтальоны и газетные киоски в Торонто начали распространять номер The Northern Miner с репортажем из «Кидд-55». Корреспондент описывал находку, неумеренно пользуясь геологическим и горнорудным жаргоном, но не забыл — на вполне понятном профанам языке — назвать ее «блистательным успехом» и «перспективным богатым месторождением цинка, меди и серебра». В это же самое время Miner находился на пути к подписчикам на юге, в Детройте и Буффало, а несколько сотен экземпляров между девятью и десятью часами появились в газетных киосках Нью-Йорка. Появлению газеты в Нью-Йорке предшествовали телефонные звонки из Торонто с описанием содержания репортажа с рудника. Можно с уверенностью сказать, что в 9:15 новость об открытии нового крупного месторождения стала главной темой разговоров в брокерских конторах Нью-Йорка. Представитель одного из клиентов фирмы E. F. Hutton&Company жаловался впоследствии, что закадычные друзья его брокера так хотели поговорить с ним по телефону об успехе Texas Gulf, что сам представитель с трудом смог до него дозвониться. Брокеру было просто некогда общаться с клиентами. Тем не менее он ухитрился позвонить двоим, мужу и жене, которым смог предложить быстрый выигрыш на акциях компании — если быть точным, доход мог составить 10 500 долл. меньше чем за один час («Стало ясно, что в этом деле что-то нечисто», — прокомментировал судья Бонсал, узнав об этом; или, как сказал по другому поводу и в другом контексте покойный Виланд Вагнер: «Буду с вами вполне откровенен: Валгалла — это Уолл-стрит»). На самой фондовой бирже трейдеры, собравшиеся для завтрака в обеденном зале до десятичасового открытия торгов, оживленно обсуждали новость о положении с Texas Gulf, закусывая ее тостами и яичницей.

Собрание совета директоров началось ровно в девять. Директорам показали новое заявление для прессы, а затем Стивенс, Фогарти, Холик и Моллисон как представители изыскателей прокомментировали открытие в Тимминсе. Стивенс также сказал, что министр шахт провинции Онтарио публично зачитал заявление в Торонто накануне вечером (неправда, но непредумышленная; на самом деле министр зачитал заявление корреспондентам в парламенте Онтарио практически одновременно с выступлением Стивенса). Совещание совета директоров закончилось около десяти часов, после чего большая группа репортеров — 22 человека, представлявших главные американские газеты и журналы, общие и финансовые, — собрались в зале заседаний совета на пресс-конференцию, на которой присутствовали все директора Texas Gulf. Стивенс раздал копии пресс-релиза корреспондентам, а затем, выполняя ритуал, обычный для таких мероприятий, зачитал его вслух. Пока Стивенс декламировал пресс-релиз, некоторые корреспонденты покинули зал («они утекали из помещения», — высказался позднее Ламонт), чтобы по телефону сообщить в свои редакции сенсационную новость. Еще больше репортеров бежало с пресс-конференции, когда начался показ безобидных цветных слайдов, запечатлевших суровую северную природу Тимминса, и демонстрация образцов породы с комментариями Холика. К моменту окончания пресс-конференции — в 10:15 — в зале осталась лишь горстка корреспондентов. Это отнюдь не означает провала пресс-конференции. Наоборот, пресс-конференция — единственное шоу, успех которого прямо пропорционален бегству публики.

Действия двух директоров Texas Gulf, Коутса и Ламонта, в течение следующего получаса стали причиной самой шаткой части обвинения комиссии по ценным бумагам и биржам. Поскольку противоречивость заложена в законе, постольку действия вышеозначенных директоров могли послужить учебным пособием для будущих поколений — как воспользоваться инсайдерской информацией и при этом уцелеть или, по меньшей мере, избежать обвинительного приговора. Слабым местом оказался временной ход действий Коутса и Ламонта, момент действий по отношению к тому часу, когда новость о Texas Gulf распространилась новостной службой Доу-Джонса (служба горячих новостей, известная всем инвесторам). Очень немногие инвестиционные фирмы обходились без услуг этой службы, а о ее престиже свидетельствовало то, что в некоторых кругах инвесторов моментом, с которого новость считалась достоверной, становился момент ее появления на широкой ленте. Что касается утра 16 апреля 1964 года, корреспондент службы Доу-Джонса не только побывал на пресс-конференции в Texas Gulf, но и находился в числе репортеров, покинувших ее ради того, чтобы по телефону сообщить новость в редакцию. Как вспоминает репортер, он позвонил в контору между 10:10 и 10:15. Обычно в Америке сообщение такой важности начинают печатать на телетайпе от побережья до побережья через несколько минут после получения. Но в данном случае по совершенно необъяснимой причине сюжет о Texas Gulf появился на ленте только в 10:54, то есть по меньшей мере с 40-минутным опозданием. Тайна, почему опоздала широкая лента, как и загадка задержки с выступлением министра шахт, не рассматривалась на суде как несущественная деталь. Захватывающий процесс выбора доказательств судом — то, что основания выбора часто отдаются на волю воображения.