Чтение онлайн

The old farmer replied (фермер ответил): «Well, some of them said they weren\'t („Ну, некоторые из них сказали, что нет (= что не были)), but you know (но вы знаете) how them politicians lie“ (как врут эти политики»).

Все:

— Прикольно!

Чак:

— Вот у нас, у кенийцев — есть особый путь! И у русских он должен быть!

Русский:

— А в чем состоит ваш особый путь?

Чак:

— В отношении к власти.

Стив:

— А что такого особенного в вашем отношении к власти?

Чак:

— Оно особенное! Вот вы (указывает на Зета и Стива) «коллективисты»?

Стив:

— Ну да — мы — «коллективные животные»!

Зет:

— Очень смешно!

Чак:

— А к власти у вас какое отношение?

Стив:

— Какое-какое — ПРЯМОЕ! Идем мы в нее! Сотрудничаем с ней. Слушаемся ее. Сегодня ты — власть, завтра — я. Демократия!

Чак:

— Отлично! А мы — тоже коллективная нация, но признаем власть только духовных вождей, не светских. И наша власть — не выборная! Выходит так, что власть для нас — это вожди кланов, а верховной власти как бы и нет — ее власть равна нулю. В этом и состоит наш, «африканский», путь: в соединении нашего коллективизма и почитании власти, с которой у нас совсем небольшая дистанция.

Русский:

— Сам понял, что сказал?

Стив:

— А что? Он дело сказал! Действительно, очень интересно!

Йохо:

— А у нас, у финнов — тоже свой путь развития!

Стив:

— Это какой же? У вас же вроде демократия?

Йохо:

— Вроде она. Но если приглядеться: финн изначально — индивидуалист. Живем на хуторах. Власть не видим годами — налоги можно платить по почте. Дистанция с властью — огромная.

Мы ее слушаем, но она на нас никак не влияет. Власть получает свое, мы — свое.

Выходит, что государство — наш партнер, но далекий. И жизнь у нас с государством разная.

Зет:

— Это потому что раньше у вас все государственные посты занимали шведы.

Йохо:

— Да, да, все правильно.

Стив:

— Итак, я рисую таблицу. Вот она:

Таблица Стива:

Русский:

— Да, интересно! А где же здесь мы?

Стив:

— А куда ты хочешь? Какой путь тебе ближе?

Русский:

— Да вроде никакой!

Зет:

— Давай рассуждать логически: вы — коллективисты?

Русский:

— Когда к реке прижмут — да!

Зет:

— К какой реке?

Русский:

— Это из фильма.

Стив:

— Но вы вместе с властью?

Русский:

— Это когда мы были вместе с властью?

Зет:

— Да, Стив, это правда: больших нелюбителей власти не найти во всем белом свете!

Стив:

— Но Йохо вон тоже не в восторге от власти!

Зет:

— Да, но он — индивидуалист! Его нелюбовь к власти — это даже не нелюбовь. Это просто дистанция.

Русский:

— Что же получается? Мы — коллективны по натуре, но при этом сильно дистанцируемся от ЛЮБОЙ власти? И от «близкой», и от «далекой»?

Стив:

— Получается, так. Вспомни ваших анархистов: нигде анархистское движение не было таким мощным, как в России, нигде не было таких выдающихся идеологов анархизма — как Кропоткин, например, или Бакунин. Русские, между прочим, фамилии!

Русский:

— Так-так… Так что же получается? Стив? Кто у нас светлый ум современности?

Стив:

— А вот что получается, если соединить дистанцию от власти и коллективизм: команда, артель!

Русский:

— Так мы всегда так работали! Получается еще один «русский путь», кроме всех перечисленных (путь армии, скомороха и т. д.) — путь артельщика! Ну, слава Богу — хоть один «работающий» архетип!

Стив:

— Ты подожди радоваться! Что-то не больно вы коллективны — для артели-то! Раньше — да, было! А сейчас?

Зет:

— А выбили всех. И мы — в том числе!

Русский и Стив:

— Что?!

Зет:

— Смотрите: кто раньше всех гибнет в войнах и заварушках? Коллективный элемент! Армия — коллективна! Казачья сотня — коллективна. Аристократия, дворянство — коллективно — все всех знают! А после XX века на Руси КТО остался? Только бабы коллективные!

Стив:

— Это тебе, Русский, пример прямолинейной немецкой коммуникации!

Русский:

— Знаешь, он прав. Но тогда выходит, что архетип дистанции власти работает не на нашу инволюцию, а на эволюцию! То есть он — хороший, полезный архетип!

Стив:

— Он будет хорош, когда вы опять станете коллективны. А так он — «не пришей кобыле хвост».

Русский: