Чтение онлайн

С другой стороны, несмотря на эти неурядицы, «Ozzfest» проводился вот уже в девятый раз - такого масштаба не достигал ни один его аналог. На этот раз индустрия и пресса, нравилось им это или нет, были едины во мнении, что «Ozzfest» и связанные с ним бренды на тот момент оставались самой значительной силой в экстремальной музыке.

Но давайте отвлечемся от фестиваля. В это же время Тони Айомми готовил весьма интересный проект - официальный релиз своих студийных сессий 1996 года, с Пленном Хьюзом в качестве вокалиста. Альбом, объявленный как «The DEP Ses­sions» - по названию бирмингемской студии, в которой он и записывался, - был официально издан лейблом «Sanctuary» и вышел в свет 28 сентября 2006 года. Как и выпущенный четырьмя годами ранее «Iommi», он вызвал бурю восторгов. Изначально ударные были записаны бывшим барабанщиком «Judas Priest» Дэйвом Холландом, который в марте 2004 года сел в тюрьму за изнасилование студента. По этой причине их было решено перезаписать, что и сделал ударник Джимми Коупли. Вот что он говорит о работе с Айомми: «Не могу пере­дать, как здорово было поработать с Тони и Тленном. Я был просто потрясен тем, как энергично они работают. Я вошел в студию в среду, и все пошло так хорошо, что в пятницу к обеду мы все уже закончили, и это было просто отлично, ведь в субботу мне нужно было лететь в Россию… Тони заходил и говорил: „0 да!", „А ну-ка, попробуй вот так" или „Не хочешь пирога со свининой?". Мы съели столько сыра стилтон и пи­рога со свининой, что я про себя называл все это „Проект «Свиной пирог»". В общем, все было великолепно: прекрас­ная музыка, отличные люди».

На обложке альбома была пометка. «Тони Айомми и Гленн Хьюз». Как сказал мне сам Хьюз, эта запись получилась очень близкой по духу его новой, теперь свободной от наркотиков жизни: «Мы с Тони - добрые друзья, и вместе мы делаем отличную музыку. Тони с раннего детства жил как настоящий рок-н-ролльщик, а когда мы повзрослели и обзавелись семьями… ну, я стараюсь не общаться со злыми или унылыми людьми. Знаете, сейчас, когда мы с Тони работаем вместе, то прерываемся [не затем, чтобы пойти в бар], а на чай. Вот ка­кой он теперь. Я не хочу, чтобы после смерти обо мне сказали: „Этот парень нюхал кокс и вечно влезал в потасовки". Каждая группа пережила какие-то ужасные события, кого ни возь­ми - „Def Leppard", „The Who", „Deep Purple" (чего стоит один Томми Болин), „Led Zeppelin"… Мои неприятности сделали меня сильнее. Знаете, я стал крестным детей барабанщика „Red Hot Chili Peppers" Чеда Смита - когда я жил в постоянном кокаиновом угаре, никто не предлагал мне стать крестным от­цом. Теперь меня окружают любящие, заботливые люди».

Записи 1996 года, как рассказал Айомми журналисту Джебу Райту, появились на свет по чистой случайности: «До этого я пару раз случайно пересекался с Гленном. Потом я узнал, что он приезжает в Англию, и пригласил его заглянуть ко мне. Он зашел, и мы немного поиграли. Ему так понравилось, что он пришел и на следующий день, а потом еще через день. Не успели мы опомниться, как у нас было записано восемь тре­ков. Мы решили пригласить ударника и записать весь матери­ал на пленку - так, для удовольствия: никто не собирался ее издавать… Уж поверьте, если бы кто-то ее собирался тогда выпускать, то материал бы вышел еще тогда».

Но случилось то, чего никто не ожидал, - в Сеть попал бутлег «Eighth Star», моментально распространившийся сре­ди фанатов. Естественно, это очень разозлило Айомми: «Но ведь как-то эти записи все же просочились! Я стараюсь кон­тролировать все, что я делаю. Начали мы в моей студии, затем поехали еще в одну, а уж оттуда двинулись в „DEP", где и до­делали запись. Насколько я помню, бутлег появился уже по­сле того, как мы закончили работу. Все произошло по вине одного из музыкантов, который решил поставить запись дру­зьям, а кто-то из них ее скопировал». В 2004 году Айомми говорил более конкретно: «У меня есть предположение, кто мог это сделать, но как это докажешь? В любом случае, качество бутлега было препаршивым, а я все доделал, и теперь песни звучат что надо!»

Когда запись была переработана, невероятный голос Хьюза зазвучал как никогда мощно. Вот что говорит сам Айомми: «Он не устает меня удивлять, серьезно! Я никогда не знаю, что он выкинет в следующий момент. Я часто задумы­вался: „Что же мы сделаем с этим риффом?", а у него всегда появлялась какая-нибудь идея. Он невероятно талантлив и настолько же недооценен как музыкант… Мы отлично сра­ботались. Как только оказываемся в одной комнате, сразу начинаем сыпать идеями, причем на лету ловим мысли друг друга».

Почему же так долго единственным доступным материа­лом с этих сессий был именно бутлег? Айомми: «Сами песни появились на свет почти моментально, и мы начали думать, что же нам с ними делать. Мы с удовольствием их слушали, они нам очень нравились, но, по сути, мы положили их в стол. А затем произошло воссоединение «Sabbath», и у меня со­всем не осталось времени - все отнимали гастроли. Гленн тоже вплотную занялся собственным проектом, а об этих записях мы вроде как забыли. Чуть позже я приехал в Штаты и стал работать над другим сольником - «Iommi». Так время и пролетело, но мы с Гленном постоянно пересекались и пере­брасывались фразами по поводу тех записей - просто я был тогда слишком занят, чтобы всерьез о них подумать… Затем я вернулся, снова прослушал пленки и подумал: „А ведь этот материал и в самом деле неплох. С ним обязательно надо что-то сделать". Вот я и пригласил Джимми Коупли переза­писать барабаны. Мы кое-что подчистили, ведь по большому счету эти песни были еще недоделаны… Я хотел, чтобы удар­ные звучали лучше, поскольку изначальные версии песен были лишь демо-материалами, но да, проблемы Дэйва [его преступление] тоже не в последнюю очередь повлияли на то, что Джимми перезаписал ударные».

С грустью Тони добавил, что в процессе работы Коупли использовал ту самую установку, на которой когда-то играл Кози Пауэлл: «У меня дома стоит установка Кози. Он был мне очень, очень близким другом. Мы с Кози прошли вместе дол­гий путь».

Пока Айомми с Гленном Хьюзом продвигали свой альбом, а Гизер с Биллом почивали на лаврах после очередного уто­мительного «Ozzfest», Осборны снова развили бурную дея­тельность. Тринадцатого сентября в США начали показывать четвертый, завершающий сезон «Семейки Осборнов». Пятый сезон решили не снимать: шоу могло попросту потеряться на фоне бесконечных клонов (одним из которых, в частности, стал сериал о разгульной жизни модели Анны-Николь Смит), и Оззи с Шэрон решили, что пришло время остановиться. Шэрон не без удивления отметила: «Теперь, когда съемочные группы, звуковики и техники больше не носятся по дому це­лыми днями, все, что у нас осталось, - это собаки. А учиты­вая наше напряженное летнее расписание, в доме теперь тишина и спокойствие. Но у нас, Осборнов, всегда есть кое-что в запасе».

Это точно. Повсюду ходили слухи, что скоро стартует но­вое ток-шоу, вести которое будут Оззи и Шэрон, но проект пока находился в разработке. Зато появилась информация о том, что Шэрон вошла в состав жюри невероятно популярной программы «Фактор Икс». Этот телепроект, который должен был выходить раз в неделю в течение трех месяцев, оккупи­ровал лучшее время в прайм-тайм и бил все рекорды попу­лярности.

С начала 2001 года Британия находилась под властью убо­гих, но ужасно притягательных телепрограмм, основной темой которых был поиск новых музыкальных талантов. Первое шоу этого типа называлось «Поп-звезды» (Российский аналог - «Стань звездой»), в котором претенденты выступали перед командой злобных и язвительных судей. Если первое прослушивание проходило успешно, участник попадал в следующий тур, и так далее, вплоть до заключения контракта на выпуск альбома; если же он выступал неудачно, то подвергался публичной «порке».

За «Поп-звездами» по­следовал «Поп-идол» (Российский аналог - «Народный артист»), в жюри которого вошел один из руко­водителей лейбла «BMG» Саймон Коуэлл, запустивший в ро­тацию оригинальный проект «Американский идол». Именно он в дальнейшем, силами своей медиа-компании «Syco», ре­шил запустить новый проект - «Фактор Икс», попросив ме­неджера группы «Westlife» Луиса Уолша и Шэрон составить ему компанию в жюри. «Мне приходилось слегка попинывать его, чтобы он вел себя прилично. Именно этого ему по жизни и не хватало», - сказала Шэрон об известном своей любовью к едкой критике Коуэлле.

Так или иначе, Шэрон и Саймон быстро наладили особый формат общения, который очень нравился публике: что-то вроде постоянной словесной дуэли «непримиримых» про­тивников. Коуэлл изображал этакого безжалостного монстра индустрии, с отвратительной усмешкой отвергающего канди­датов одного за другим, а Шэрон выступила в роли заботли­вой мамочки, находя даже для самых нелепых кандидатов (стоит сказать, что в первом сезоне шоу приняли участие свыше 50 000 человек) слова ободрения и поддержки. Все это делало передачу невероятно зрелищной, и после окон­чания проекта Шэрон обрела статус знаменитости высшего уровня, сравнявшись наконец с мужем.

С точки зрения бизнеса «Фактор Икс» оказался очень удачным проектом - рекламные модули, несмотря на заоб­лачные цены, разлетались моментально, а в студию поступи­ло свыше трех миллионов звонков, каждый из которых был платным.

В это же время Келли Осборн решила на время забросить карьеру певицы, сосредоточившись на съемках в молодеж­ном сериале канала «ABC», который назывался «Переходный возраст» («Life As We Know It»). Действие этой подростковой драмы разворачивалось вокруг трех молодых людей и их полной приключений жизни в школе. Келли играла подру­гу одного из героев, у которой были некоторые проблемы с весом. «Мой персонаж - девочка-подросток с избыточным весом, она становится слегка нервной и беззащитной, ко­гда дело доходит до отношений с мальчиками, но в то же время она весьма уверена в себе и не балуется никаким дерьмом», - рассказала Келли.