Чтение онлайн

– Ты не веришь в любовь с первого взгляда?

– Ммм… не знаю… никогда не испытывал…

– Врешь.

– Нет, честно!

– Даже в юношестве, в школе?

– Честно? Не помню. Ну, чтоб так серьезно и запомнилось.

– И у тебя ни разу не было такого, когда видишь человека и мгновенно испытываешь к нему сильную симпатию? – очень искренне удивилась Катя. – Не было такого, что ты смотришь на красивую, с твоей точки зрения девушку, и она влечет тебя?!

Я задумался и пришел к выводу, что такое со мной случалось и не раз.

– Было! Каюсь! И даже довольно часто, - уже уверенно ответил я.

– А ты не задумывался отчего так происходит?

– Нет, в общем – нет.

– Знаешь у китайцев есть такая наука, называется физиогномика. Она в настоящее время даже выделена ими в самостоятельную науку, а раньше была разделом в их китайской медицине. Так вот, согласно этой науке по лицу человека можно охарактеризовать личность человека, черты его характера и склонности, слабости и увлечения. Конечно, наша передовая наука не согласна с этим. Но Китай – страна умная, хитрая и доселе нами европейцами не познанная.

– Ты хочешь сказать, что когда мы видим человека, его лицо, то подспудно понимаем его нутро? – догадался я.

– Совершенно верно. В нас сидит где-то глубоко физиономист и подсказывает нам смутным влечением или отторжением, что за человек перед нами. Отсюда и любовь с первого взгляда. Мы просто внезапно понимаем человека, находящегося перед нами и проникаемся к нему небывало сильными чувствами. Либо сразу его отторгаем и ненавидим. И такое бывает. С этим ты согласен? Всё, как видишь, довольно просто, прагматично и совсем не романтично.

– Вот! Взяла и убила романтику, которая во мне сидела!

– Ты не романтик! Хотя… ты скрытый романтик. Ты даже себе боишься в том признаться, делаешь всё вопреки романтике, но, тем не менее, оказывается, что всё получается у тебя очень романтично.

Она лежала рядом со мной и с такой легкостью читала меня, словно я был для неё раскрытой и уже не в первый раз прочитанной книгой. Как бы она закрыла она эту книгу, когда дойдет до послесловия и не бросила в мусорное ведро, - подумал я. Катя же словно читая даже мои мысли, прошептала мне на ухо:

– Я тебя буду любить всегда. Так, как любят любимую, обожаемую книгу. Её держат на виду. Нет-нет, но берут для прочтения, хотя знают её содержание почти наизусть, - сказала девушка и стала целовать меня в шею.

ГЛАВА 15.

– К чему такая спешка? – спросил я, ничего толком не понимая спросонья.

– Нам нужно успеть до утра! – нетерпеливо и очень даже кратко отвечал Иван. – Одевайтесь скорее!

Я начал приходить в себя, вспомнив учебу в военном училище, вскочил в свои джинсы и стал стремительно их натягивать. Потянувшись за футболкой, я задел одевающуюся рядом со мной и на виду у Ивана, Катю. Наш ночной гость поймал мой взгляд и понял его сразу.

– Я подожду вас на воздухе. Покурю. Вот не забудьте! – он бросил на кровать балаклавы и новые теперь уже черные дождевики.

Прежнюю одежду мы сдали ему по окончании операции еще в его джипе. Он всё аккуратно собрал в полиэтиленовый плотный пакет и, как потом нам сказал, сжег на берегу моря недалеко от отеля.

Новую форму он то ли купил заранее, то ли у него был поблизости целый склад такого рода униформы.

Иван действительно оставил нас одних, а сам вышел в ночь, не плотно прикрыв за собой дверь. Сквозь оставшуюся в двери щель вскоре я почувствовал дымок его сигареты. Этот совсем неприятный запах для пассивного курильщика проникал в комнату смешиваясь с ароматом любимой женщины, южной ночи, прохладой прибрежного воздуха, благоухания роз и ещё вчера скошенной травы.

– Что думаешь случилось? – спросил я Катю. Но она ничего не ответила, а только пожала плечами. – Что-то серьезное? Может нас вычислили и за нами едут?

– Нет. Это исключено, - отрезала она. Странно, но её уверенность немного меня успокоила.

– Тогда к чему такое ночью? Мы что, в армии и у нас ночная учебная тревога? Я уже не в том возрасте!

– Я думаю раз Иван пришел в такое время, значит, на это есть основания. Ты готов?

– Да, - я встал возле кровати готовый идти. На голове балаклав. Поверх футболки черный не продуваемый дождевик. На ногах кеды. Катя застегнула на себе дождевик. Она тоже закончила с одеванием. – Идем?

– Пойдем!

Мы вдвоем вышли на веранду. Я не пожалел, что одел дождевик, он был хоть и не шерстяной, но глубокой ночью недалеко от большой воды согревал не хуже. В одной футболке я бы точно закоченел. Иван стоял на веранде, не присев ни на секунду и задумчиво всматривался в темноту. Для него было неважно куда смотреть, он волновался. Отчего бы это? – подумал я. Ведь даже перед прошлой операцией он не был так взвинчен. Но ночь и вправду была прекрасна, именно в такие ночи совершаются преступления века, и совершающие их преступники или может герои гибнут на руках у друзей.

– Что стряслось? – задал я опять свой вопрос.

– Сообщили, что приехал курьер. Он зашел в дом с полчаса назад, - Иван прикурил новую сигарету, а окурок старой слегка притушил в пепельнице.

– И? Что ты предлагаешь ехать брать его в плен? – коряво пошутил я. Он хотел что-то ответить, но я прижал палец к губам и перешел на шепот. – Тише. Вы когда-нибудь просыпались ночью от разговора соседей в соседнем доме? Нет? Здесь слышимость ночью фантастическая! Даже шепот слышен за сто метров. Пойдемте в дом!

Мы вернулись в комнату, и я прикрыл за нами входную дверь. Здесь я повторил свой вопрос уже не боясь, что нас кто-то услышит.

– Нет, - возразил мне Иван, - в плен никого брать не будем! Сейчас наш человек отслеживает его. Группа вскоре будет в сборе. Мы едем за ним и берем в месте новой кладки пиратских сокровищ Ярового.

– Это только твоё решение? Или есть разрешение сверху? – строго спросила Катя.

– Пока нет, но сама понимаешь ночь на дворе!

– Что сказал Павел?

– Он за.

– Не нравиться мне всё это…

– Да брось ты! Ведь с нашим прибором мы неуязвимы! Проследим куда он поедет и возьмем его там с кругленькой суммой. Организация только спасибо скажет. Не сомневайся!

Катя медлила. Она, по всей видимости, принадлежала к тому сорту людей, которые не берут на себя ответственности в важных делах, требующих коллегиального решения. То ли в ней говорил разум, то ли женская нерешительность, то ли она просто следовала установленным правилам и порядкам.