Благими намерениями вымощена дорога в ад
Шрифт:
— Что, фоморы подери, тут произошло? — раздался с порога потрясенный голос Даичи.
— Я немного сорвался, — просто ответил Рэм, пропуская вперед девушку и следуя за ней в коридор.
— И это немного? — фыркнул советник Темного.
— Если бы Рэм сорвался полностью, то от дворца ничего бы не осталось, — между делом бросила девушка, неспешно следуя по коридору обратно.
— Что? — ахнул Даичи и буквально впился взглядом в Рэма.
— Успокойся, я уже не опасен, — ответил тот, открыто встречая его взгляд.
— Что это было, Рэм? — тихо спросил советник, когда Глори уже скрылась из виду.
— Ты видел информацию, из ксея? — после недолгого колебания спросил Рэм, Даичи кивнул, а он чуть прищурился. — И ничего не понял?
— Я знаю, что ты и Исао друзья, но…
— Фоморы, что якобы напали на нубит, на самом деле охотились за Исао.
— Я это и сам понял.
— Исао отправился за жизнью нубит самостоятельно.
— И это я уже знаю…
— Нубит была телепортирована на Кайтону вместе с Исао.
— Ну тогда он жив, не понимаю, почему ты так разошелся, — пожал плечами советник. — Даже если он уже прикончил девку, Такеши слишком ценит его, чтобы убить…
С яростным рыком Рэм прижал Даичи к стене и выдал:
— Анита не девка!
— Боги, — пораженно вытаращился советник Темного Императора, — да ты же любишь ее.
— Люблю, — Рэм резко отпустил Даичи и отвернулся, — люблю больше жизни…
— Рэм, — после небольшой паузы сказал советник, — не факт, что Исао убьет ее. В Храме он этого точно сделать не сможет…
— Это храм на Кайтоне, — стиснул зубы Рэм. — Там в пище яд азера. Ты хоть раз видел, что происходит с теми, у кого в крови бушует сладкий яд?
— Боги…
— Теперь ты понимаешь каково мне осознавать эти оба варианта и не иметь возможности что-либо изменить.
От проскользнувших в голосе Рэма ноток отчаяния, советник вздрогнул. От одной только мысли, какую боль должен испытывать тот, зная, что его любимая сейчас под действием наркотика заперта с другим, и этот другой — близкий друг, его бросило в дрожь.
— Если я могу чем-то помочь…
— Можешь помочь искать в файлах информацию про Храмы Кайтоны, — тихо предложил ему Рэм, и Даичи согласился.
Темный Император тяжело вздохнул и быстро набрал на ксее вызов Лесного Властелина.
— Такеши, — буквально мгновенно ответил тот, старательно прикрывая собой затаившуюся в его кровати девушку.
— Помешал? — понимающая лукавая улыбка появилась на губах Темного.
— Говорите, — чуть сузил глаза Витольд.
— И кто это там у тебя? — ухмыльнулся Такеши, наблюдая как его собеседник медленно заливается краской и сжимает кулаки. — Какая фигурка…
— Чего ты хотел? — рявкнул Лесной Властелин, рывком накрывая девушку одеялом.
— О, — хохотнул Темный, заметивший мелькнувшее лицо девушки, что так старательно пытался скрыть Витольд, и иронично протянул: — А Нифонт в курсе, что ты с его сестрой развлекаешься?
— Фоморы тебя забери, Такеши! — Лесной Властелин разом побледнел.
— Значит не в курсе, — сделал правильный вывод Темный Император и лукаво улыбнулся. — Не переживай так, от меня он точно ничего не узнает. Хотя…
— Так что там за информация? — Джун медленно обвила руками любимого и выглянула из-за его плеча, насмешливо сверкая глазами. — Не тяни, мы тут немного заняты.
— Как можно отказать такой красавице, — ослепительно улыбнулся Такеши и чуть склонил голову: ему импонировала ее смелость.
— Шигео, хватит игр, — соблазнительно пропела она, начиная мягко скользить пальчиками по обнаженной груди Витольда, у которого от этого просто перехватило дух.
— И где же ты этому научилась? — выдохнул Темный, мгновенно перестав улыбаться — уж слишком чувственным был ее голос, да и картинка становилась все откровеннее.
— Да так, — лукаво сверкнула она глазами, — за Рэмом внимательно наблюдала…
— Вот как, — глаза Темного вспыхнули алым огнем, и он неслышно выругался.
— Информация, Такеши, — напомнила Джун, улыбаясь приторно нежно.
— Как скажешь, принцесса, — вдруг ухмыльнулся он, а взгляд его вдруг стал тяжелым и очень горячим, хотя голос так и остался спокойным и ровным. — Ксей удалось взломать. Единственная информация, что там была касается цели фоморов. Задачей той группы было уничтожить не нубит, а моего советника Исао. Похоже ей просто не повезло оказаться рядом с ним во время нападения.
— И что же он делал на Тахире? — нахмурился Лесной Властелин. — Тем более, что я не давал позволения на его присутствие.
— Вернется, спрошу, — небрежно пожал плечами Такеши и обращаясь к Джун с обворожительной соблазнительной улыбкой добавил: — Жаркой ночи, принцесса, — и отключился.
Выключив экран, Темный Император погрузился в задумчивость. Сестра Нифонта открылась с неожиданной стороны: девушка была чрезвычайно умна, красива и к тому же невероятно чувственна. Жаль, что она была сестрой его врага, но ее связь с Витольдом его радовала. Этот козырь может еще сыграть ему на руку. Он хмыкнул, а потом чуть поморщился: он действительно сказал правду Витольду — в том ксее была информация только про Исао, но ему вряд ли поверили. Мужчина вздохнул и устало прикрыл глаза. Как же ему не нравилась эта странная активизация фоморов, особенно когда он никак не мог понять ее причины, а значит и не мог спрогнозировать дальнейшие их действия. Он потер виски: голова болела нещадно. Такеши поднялся и направился в спальню, сейчас ему просто необходимо было хоть несколько часов сна, иначе он рисковал в скором времени просто потерять над собой контроль.
Скинув одежду, Темный Император, скользнул на атласные простыни и усилием воли заставил себя расслабиться. Последним, что он видел, перед тем как погрузиться в глубокий сон, было лицо нубит с нежной улыбкой на таких желанных губах…
Нубит была здесь, в его спальне. И от ее утонченной красоты у него просто захватывало дух, восхищение горело в его глазах: мягкий теплый свет играл искорками в ее волосах, золотил кожу плеч и спины, соблазнительно обнаженным рискованным фасоном платья. Его тянуло к ней как магнитом. Не в силах удержаться, Такеши неслышно приблизился к ней и обнял, тихо млея от ощущения ее тела в его руках. Она манила и соблазняла, он буквально пылал. Со стоном капитуляции, мужчина еще крепче прижался к ее спине, а губы бережно коснулись ее обнаженной шеи, в нежнейшей ласке скользнули по плечу.