Чтение онлайн

— Юрий, — Анастасия распрямила спину и глянула на него поверх дверцы, — ты — типичный холостяк. У тебя в холодильнике одна только пицца и вода.

— Ну и что? — Юрий присел на табуретку возле стола. — Да, я подсел на пиццу. Ем, практически, только её. И вообще, меня всё устраивает.

— Меня не устраивает, — Анастасия вновь нагнулась и выдернула из холодильника плоскую коробку. — Ладно, пусть будет пицца.

Быстро и ловко Анастасия затолкала в микроволновку холодную пиццу, с треском захлопнула дверцу и провернула рукоятку на три минуты.

— Пошли в гостиную, — бросила Анастасия.

Юрий хотел было возмутиться, но нежданная гостья уже покинула кухню. Очень быстро на журнальном столике перед диваном появилась широкая тарелка с фруктами и два бокала. Из своего рюкзачка Анастасия извлекла две бутылки вина, сыр и бутерброды со шпротами в прозрачном полиэтиленовом пакете.

— Анастасия, — Юрий остановился перед журнальным столиком, — да, мы расстались не друзьями. Да, мне стыдно за свой поступок. Пусть и совсем немного, но всё равно стыдно. Если бы я остался, то наша совместная жизнь очень быстро превратилась бы в ад. Вряд ли тебе понравилось бы постоянно ходить с синяками.

— Полностью с тобой согласна, — Анастасия кивнула. — Это ещё одна причина, по которой я простила тебя.

— Тогда зачем ты здесь?

— Сейчас расскажу. Только пиццу принесу.

В этот самый момент на кухне и в самом деле звякнула микроволновка. Обычно Юрий не заморачивается и только что разогретую пиццу кладёт обратно в коробку. Однако Анастасия предпочла достать из кухонного стола широкую тарелку и переложить на неё горячую пиццу.

— Это сейчас смешно вспоминать, как ты в прямом смысле сбежал из-под венца, — Анастасия поставила тарелку с пиццей на столик, а сама опустилась на диван. — А тогда твоё предательство стало для меня тяжким ударом. Ведь всё Вельшино знало, как я хотела выйти за тебя замуж. О-о-о! — Анастасия закатила глаза. — Если бы ты только мог представить, как меня обрадовала весть, что мне не придётся покинуть родное Вельшино. Понимаю, — Анастасия криво усмехнулась, — сейчас это звучит глупо и наивно, но так оно и было на самом деле.

Рассказ бывшей невесты обещает быть долгим, но интересным. Юрий опустился на диван. Правая рука сама подцепила с тарелки горячий кусок пиццы. Буквально в каждом слове Анастасии чувствуется боль. Впрочем, та самая боль, которая давно перегорела и рассыпалась в прах.

— Коль жених удрал от меня, то свадьба не состоялась, — продолжила Анастасия. — Мать увела меня домой. До сих пор весьма и весьма смутно помню, как это было. Я разрыдалась в три ручья. А потом ещё дома дня два-три сидела, пока окончательно все глаза не выплакала.

Но, как говорится, — Анастасия всплеснула руками, — время лечит. Да и домашние хлопоты, будь они прокляты, никуда не делись. Корове по барабану, что жених бросил меня прямо возле алтаря. Ей доиться надо два раза в день и точка. Честно говоря, лишь привычная работа помогла мне успокоиться. А то, чего уж греха таить, — Анастасия махнула рукой, — уже и мысли были то ли повеситься, то ли утопиться.

Плохо дело, Юрий стыдливо отвёл глаза в сторону, кусок пиццы едва не встал поперёк горла. Дело гораздо серьёзней, чем ему казалось. Впрочем, всё это уже неважно.

— Очень скоро я заметила, — Анастасия продолжила свой рассказ, — что отношение ко мне со стороны односельчан сильно изменилось. За глаза, конечно же, но шило в пустом мешке не утаить. Бабы жалостливо вздыхали за моей спиной, а мужики лишь качали головами. Но это ладно. Если постараться, то можно научиться не обращать внимания на подобные мелочи. Гораздо серьёзней меня задели слова отца.

Привычным движением Анастасия свернула с бутылки пробку и налила себе полный бокал вина. И тут же, без всякого тоста или хотя бы доброго пожелания, осушила его до дна.

— В общем, — Анастасия брякнула пустой стакан о низкий столик, — однажды утром я подойник в доме забыла. А когда вернулась за ним, то невольно подслушала разговор родителей. Отец, похоже, решил, что я корову дою, а потому и разоткровенничался перед матерью.

Он, оказывается, так надеялся, так надеялся выдать меня замуж. А теперь, отец прямо так и заявил, что понятия не имеет, как сбыть лишнюю бабу с рук. Мать пыталась его успокоить, дескать, всё ещё образумится и наладится. Но отец лишь ругнулся, матерно. Ладно, говорить, прямо в Вельшино Юрий Сварин нашёлся. А то выдать меня замуж в другую деревню вообще невозможно. Кому нужна толстая дурнушка. А теперь, когда в округе других деревень вообще не осталось, отец ума приложить не может, куда меня сплавить. Теперь-то меня вообще замуж не выдать, будь даже я писанной красавицей и рукодельницей с богатым приданным.

Это верно, Юрий печально улыбнулся. В «Благодатный мир» почему-то переселили только жителей Вельшино. Остальные деревни, Ольхинеха и Старославино, так и остались в реальности. Впрочем, в любом случае, община обречена на вымирание. Ведь новых детей нет и быть не может в принципе.

— Кстати, — встрепенулась Анастасия. — Тогда же я узнала, что отец специально уговорил отца Кондрата выдать меня за тебя. Взятку священнику сунул.

— Взятку? — Юрий недоверчиво нахмурился.

— Да, да, взятку, — Анастасия энергично кивнула. — С чего ты думаешь, отец Кондрат так насел на твоего отца? Думаешь, твои родители были бы рады заполучить в свой дом деревенскую дурнушку?

— Тоже верно, — нехотя согласился Юрий.

Вот оно как на самом деле получается. Какой там долг перед господом. Всё гораздо банальней: отец Кондрат старательно отрабатывал взятку отца Анастасии.

— Такое отношение родного отца задело меня, — Анастасия поморщилась, будто надкусила очень кислый лимон. — Особенно то, что он сам назвал меня «толстой дурнушкой». Но это было только начало.

Я изо всех сил старалась не обращать внимания, однако назойливая жалость окружающий всё равно упорно лезла из всех щелей. Ещё бы! Ведь в глазах стариков я уже превратилась в старую деву. Сам понимаешь, что это значит.

— Конечно понимаю, — Юрий кивнул.

Суровая жизнь в таёжной глуши, натуральное хозяйство. Никаких пенсий, никаких медицинских страховок и пособий по утрате трудоспособности. В таких условиях семья важна как никогда. Ведь кто ещё будет заботиться о престарелых родителях, если не их дети? Да и в любой семье работники нужны. Сам Юрий с малых лет помогал родителям по хозяйству. Сперва матери на огороде грядки пропалывать, а уже после отцу в поле пахать и сеять. Не говоря уже о том, что чистка хлева стала его постоянной обязанностью.

Не удивительно, что заветной мечтой каждой без исключения деревенской девушки была надежда удачно выйти замуж. А если по тем или иным причинам не получалось, то незамужняя девушка превращалась в старую деву, в обузу для родителей. А это позор, тяжкий позор. В иных условиях Анастасии и в самом деле только и оставалось, что утопиться или повеситься. И такое бывало, пусть и очень редко. Ведь самоубийство — тяжких грех.

— Только окончательно меня добило даже не это, — заявила Анастасия. — В то поганое утро мать отправила меня за водой к колодцу. Хотела сама пойти, но что-то там у неё не сложилось. Ну, ты сам знаешь, что это такое.