Чтение онлайн

– Лучше раздеться, – сказал Рейвен.

– У меня нет ничего сухого.

– Что вам требуется в постели? – спросил он, наклоняясь к ящикам.

– Ничего. – У нее перехватило дыхание.

– Совсем не тот ответ, какой я хотел бы услышать. Это ответ испуганной девицы.

Элейн набросила полотенце на плечи.

– Незачем бранить меня как девицу, если вы сами положили конец моему девичеству.

– Правда?

– Так вы заявили всем на свете!

– Иногда подобные хитрости необходимы. Требовалось убедить графиню Беатрис.

– Вы хотите сказать, что не делали этого? – прошипела Элейн.

– Для вас было бы разочарованием, если нет?

– Вы – порождение дьявола! – Она швырнула полотенце на пол.

– Могу им быть, когда сочту нужным. Радуйтесь, что еще не видели меня таким. Что касается вашего девичества, то я решил дождаться, пока вы проснетесь и будете готовы. Но это недоразумение можно безотлагательно исправить, если хотите. В любом случае это произойдет до того, как вы покинете комнату.

Элейн отступила, упершись спиной в штабель ящиков. Он покачал головой:

– Не хотите? Интересно, как бы вы повели себя с Франко Пьетро. Он деликатностью не отличается.

– А вы?

– Я постараюсь вам понравиться. – Рейвен слегка пожал плечами. – Хотя не имею большого опыта.

Элейн уже не чувствовала холода, но все равно дрожала.

– Думаю, вам не требуется особых усилий, чтобы расположить к себе дам.

– Почему? Вы думаете, я покупаю их расположение?

– Я имела в виду... мужчина с такой внешностью...

– А, мое лицо.

– Конечно.

– Да, некоторых располагает, – признался Рейвен. – Больше чем некоторых, возможно. Но я – убийца, а не любовник. Не знаю, пожелаете ли вы когда-нибудь сочинить мне любовные стихи. Кроме того, все эти страстные леди вскоре теряют расположение и бегут.

Элейн хмуро взглянула на ящики перед собой. Ей бежать некуда. Он считал ее подарком, неким военным трофеем, попавшим ему в руки. Если Раймон неделями ухаживал за нею, прежде чем поцеловать, то пират считал большой любезностью со своей стороны, что не изнасиловал ее, пока она была в наркотическом сне. Раймон называл ее бриллиантом, необыкновенной женщиной, а этот убийца просто сказал, что постарается ей понравиться.

Должно быть, Кара не зря обвиняла ее в распутстве. Находиться с этим пиратом в маленькой комнате – все равно что быть запертой в одной клетке с ленивым черным леопардом. И в то же время ей сейчас так хотелось прикоснуться к нему. Это казалось таким же соблазнительным и опасным, словно погладить дикого зверя, обнаруженного спящим в лесу. Даже зная, кто он такой, Элейн чувствовала, что его красота притягивает ее, как саламандру огонь.

– Вы меня боитесь? – неожиданно спросил он.

– А это имеет значение?

Рейвен презрительно хмыкнул.

– Тогда вот что я вам скажу. Да, я боюсь. Но еще больше я зла на вас. Я зла на вас за то, что вы обманом навязали мне свою волю, когда я думала, что вы можете стать мне другом. За то, что вы оказались не моим защитником, не ангелом-хранителем, а просто коварным человеком, лживым, с кровью на руках. И все же вы пришли, чтобы спасти меня, когда я в этом нуждалась. Мне отвратительно, что вы пробудили в моем сердце то же чувство, что и Раймон, хотя вы не стоите земли под его ногами. Я должна вас ненавидеть, а я не могу. Это невыносимо!

– Может, вы запишете эти строки в дневник как свою любовную поэму обо мне.

– Мой дневник! – воскликнула она, вспомнив, что оставила его на скале.

– Я нашел его у каменной головы, когда искал вас.

Элейн с надеждой подняла голову.

– Вы принесли его?

– Нет, бросил со скалы, – ответил Рейвен, скрестив руки. – Мне не понравилось содержание. Я дам вам другой, и вы сможете записать туда свою поэму.

– Я ошиблась. Я ненавижу вас!

– Нет, те строки мне понравились больше. Вы не можете ошибаться.

Шагнув к ней, он погладил ее по голове и, когда полотенце упало, запустил пальцы в ее волосы. Мокрые пряди выскользнули из-под обрывков сетки и рассыпались по плечам. Элейн задрожала от возбуждения.

– В том дневнике было все, что мне дорого.

– Его уже нет.

Она закрыла глаза.

– Я вас ненавижу.

Он погладил ее плечи, схватил ворот рубашки и дернул. У нее мелькнуло воспоминание о лихорадочном объятии Раймона. Она замерла, решив не сдаваться, если он попытается сделать то же самое. Но он просто дразнил ее, осторожно прикасаясь кончиками пальцев. Когда Элейн открыла глаза, пират наблюдал за нею из-под опущенных черных ресниц.

– Если бы у вас было отравленное кольцо, вы могли бы сейчас убить меня одной царапиной.

– Отравленное кольцо?

– Видите ли, я не силен в любовной болтовне, – улыбнулся он. – Думаю, этот Раймон не говорил вам ничего подобного.

– Нет.

– Он не доверял вам свою жизнь, как я сейчас.

– У меня нет возможности навредить вам.

Он завел ее руки себе за спину.

– Я все равно не смогу уберечься.

Одно движение, и Элейн оказалась в его объятиях, как будто сама прижала его к себе. Мокрая рубашка, сдернутая с плеч, держалась на ней лишь потому, что прилипла к телу.

– Мне это совершенно чуждо. Я имею в виду столь тесные объятия. Я страшусь беззащитности.

Как ни странно, Элейн поняла его. Другой мог бы сказать, что она прекрасна, или отдать дань ее розовым губам. А пират заперся с ней в пещере, за дверью с невидимым замком, оставил свои кинжалы рядом, веря, что она не убьет его.

– Не могу представить, как вы жили до сих пор, – тихо сказала она.

– Вы пахнете дождем.

– Не розами? – спросила Элейн с нервным смешком.

– Нет. Штормом.

Она с удивлением осознала, что не только не отпрянула от него, а позволила своим пальцам лечь на его бедра. Она чувствовала, что уже не принадлежит себе. Бежать было некуда: сзади и по бокам стояли один на другом тяжелые ящики, обитые блестящими металлическими полосами. Он легко держал ее руки, водя губами по ее виску и щеке.

– Фрукты, – прошептал он. – Спелые сливы.

– Я украла их у вас.

– Хорошо. Вы опытная грешница.

Кара всегда так говорила, а теперь Элейн и сама это знала. Она не сопротивлялась. Не пыталась отстраниться, как с Раймоном. Даже слегка наклонилась к пирату, к этому проклятому изгою... ее темный ангел превратился в живого человека. Он почувствовал это и еще ближе притянул к себе, лаская ее тело под влажным шелком рубашки.