Чтение онлайн

— С каждой минутой все лучше, с тех пор как я увидел вас. — И все же что-то в его глазах говорило об обратном.

— Мне трудно понять почему, учитывая, как изменились ваши отношения с моей семьей, перед нашим отъездом из Лондона. Не думаю, что у нас с вами найдутся общие темы для разговора.

Девлин не ответил. Он лишь откинулся на спинку стула и, не сводя глаз с Эммы, сделал глоток шампанского.

— Как вам понравился вчерашний бал у Хейвиков?

Взгляд Эммы невольно скользнул туда, где сидел Нед. В то же самое время он поднял глаза на нее. Эмма отвела взгляд. Потом подняла бокал.

— Довольно приятный вечер.

Стрельнув глазами в сторону Неда, Девлин снова обратился к ней:

— Настолько приятный, что вам удалось завлечь в танцевальный круг мистера Стрэтхема, как я слышал. Невиданный доселе подвиг.

— Я этого не знала. Меня долго не было в Лондоне.

Девлин сделал еще глоток шампанского.

— Смею вас уверить, это большое достижение.

— Поверю вам на слово.

Девлин снова улыбнулся.

— Стрэтхем выскочка, — сказал он тем пренебрежительным тоном, которым в свете говорили о людях, самостоятельно сделавших себе состояние.

— Я это уже слышала.

— Люди, подобные Стрэтхему, не признают правил, принятых в нашем мире. А некоторые из них вообще не признают никаких правил. — Он сделал паузу и добавил: — Особенно в том, что касается женщин.

— Несколько странно слышать это от вас. — Весь Лондон знал о том, что Девлин завзятый волокита.

— Возможно. Но я имею дело с теми, кто понимает, что к чему.

Эмма почувствовала в этих словах не высказанный им выпад в сторону Неда.

— Зачем вы мне это говорите, сэр?

— Ради моей дружбы с вашим братом.

— Дружбы? И вы это так называете? — Эмма подняла брови.

— А хоть бы и нет. Учитывая, что Стрэтхем проявил такой… интерес к вам, я не был бы джентльменом, если бы промолчал.

— Один танец еще не означает интерес.

— Думаю, в данном случае означает.

— Я не сомневаюсь в ваших благих намерениях, сэр. — Эмма говорила так же легко, не повышая голоса, как будто речь шла о погоде или о последней театральной постановке. — Но то, что я делаю и с кем, вас не касается.

— Может быть, и нет. — Девлин сверкнул глазами в сторону Неда, и, когда он снова посмотрел на нее, в его взгляде появилось странное, почти собственническое выражение. — Хотя, возможно, это касается меня больше, чем вы думаете.

Выражение исчезло так быстро, что Эмма засомневалась, видела ли его. Она смотрела на Девлина и думала, действительно ли он только что произнес эти слова.

Девлин снова улыбнулся той чарующей улыбкой, от которой у многих дам начинали дрожать ресницы в надежде, что только ей одной удалось приручить его.

Наконец подали еду, и над столом разнесся стук тарелок, скрип приборов, перезвон хрустальных бокалов и бульканье наливаемого в них вина. Вокруг сновали лакеи, предлагая блюда и раскладывая их по тарелкам. Столовая наполнилась жужжанием голосов и негромким смехом.

Эмма чувствовала, что у нее пропал аппетит.

Когда лакеи ушли, внимание Девлина переместилось на противоположную сторону стола.

— Как вам цыпленок, миссис Морли?

— Выше всяких похвал.

Беседа потекла дальше. Время шло.

Взгляд Эммы скользнул туда, где Нед разговаривал с мистером Джеймсоном. Он поднял глаза и, взглянув на нее с холодным любопытством, снова обратил свое внимание на собеседника.

Утреннее небо сияло голубизной. Воздух дышал свежестью. Стремительная двуколка Неда, своими обтекаемыми формами напоминавшая черную пантеру, которую, по слухам, приобрел для своего тауэрского зверинца принц-регент, легко катилась по дороге, ведущей в Гайд-парк.

— Ты видел, что Девлина посадили рядом с мисс Норткот? — спросил Роб достаточно громко, чтобы его было слышно сквозь грохот колес и стук лошадиных копыт.

— Девлина туда не сажали. Он заставил мистера Фрю поменяться с ним местами. — Нед внимательно следил за четверкой вороных лошадей, бежавших впереди резвой рысью.

— Интересно, зачем?

— Могу предположить, что он хотел поговорить с мисс Норткот.

— Думаешь, он с ней любезничал?

— Возможно. Но она уж точно с ним не любезничала. — Судя по выражению, появившемуся у нее на лице, когда Девлин уселся рядом, то, что Эмма испытывала к Девлину, походило больше на раздражение и антипатию. Очевидно, что с ее стороны эта встреча не была преднамеренной и не порадовала ее. Впрочем, какая разница? Она ничего не значила для Неда. И все же ему было не все равно. — Девлин ей не нравится. Поэтому он решился приблизиться к ней только тогда, когда все уселись за стол. Иначе она просто отошла бы от него.

— Странно, с чего бы ей так его не любить?

— В самом деле?

Нед почувствовал на себе быстрый взгляд Роба.

— Может быть, ему не понравилось, что ты с ней танцевал, — предположил Роб.

Нед улыбнулся:

— Я просто уверен, что ему это не понравилось.

Роб засмеялся.

Двуколка катилась в водовороте других экипажей. Вокруг вертелись и громыхали колеса, воздух звенел от стука копыт по мостовой. В образовавшемся заторе они пристроились в хвост очереди из экипажей, ожидавших, когда мусорщик, подцепив на лопату очередную кучу конского навоза, не сбросит его в тележку, которую катили двое других, следовавших за ним.

Движение возобновилось. Нед взмахнул вожжами, и двуколка тронулась вперед.

— Ты отлично научился управлять этой штуковиной, — с усмешкой заметил Роб. — Не зря потратился на уроки.

Нед улыбнулся.

Какое-то время они ехали, погрузившись в тишину.

Когда Роб снова заговорил, его голос мог слышать только Нед.

— Как ты думаешь, Девлин сказал ей что-нибудь насчет…

— Нет, это совершенно невозможно. Как бы Девлин ко мне ни относился, он не станет втягивать в это Эмму Норткот. Честь не позволит ему.

— Ты уж меня прости, но я бы не стал слишком полагаться на джентльменов с их честью.

Губы Неда изогнула мрачная усмешка.

— Мисс Норткот не такая, как я думал. Не такая надутая и испорченная, как другие.

Нед не стал отвечать. Ему вспомнилась ее красное платье служанки из харчевни и то, как она вела себя с посетителями «Красного льва». Вспомнилось, как он держал ее в объятиях на темной улице, а ее губы страстно и нежно прижимались к его губам. Вспомнилось тепло ее улыбки, ее сильный неукротимый нрав. И то, как ему хотелось видеть ее в своей постели, в своей жизни… в своем будущем. Усилием воли он отбросил эти мысли.