Чтение онлайн

– Учитывай ещё, что она всю жизнь принимала зелья и реакции её организма ещё не до конца перестроились, - сказал Рэм.

– Учту, - ответил Алехар. 

Ну вот. Я снова – пустое место, чьё участие в разговоре никому не интересно. 

Далее ужин протекал в тишине, а когда все закончили есть, премьер-сенатор объявил:

– Калерия, тебе лучше пойти спать. Завтра понадобятся силы. 

– Я провожу, - тут же поднялся Рэм из-за стола.

Алехар перевёл тяжёлый взгляд с Рэма на меня и обратно.

– Хорошо. Только имейте ввиду, детишки, - камеры в моём доме куда надёжнее, чем в этой вашей Академии. Чтобы каждый отправился спать в собственную кровать! Я прослежу за этим!

Рэм лишь хмыкнул, а когда мы покинули пределы столовой, пробормотал:

– Снова чувствую себя пятнадцатилетним подростком.

– Ты начал водить к себе девочек в пятнадцать лет? – изумилась я.

– Ты серьёзно хочешь обсуждать моё прошлое именно сейчас? – ответил он вопросом на вопрос, не сбавляя шага. Мы уже поднимались на второй этаж.

– Нет, конечно, не сейчас. 

– То есть обсудить всё-таки хочешь? – уточнил он.

– Ну… - я замялась, не зная, что ответить. Стоит ли мне знать? Наверное, нет. Достаточно слухов, которыми меня загружала Сильван. Я и так знаю слишком много. Мы уже дошли до моей комнаты, как вдруг Илрэмиэль обнял меня за плечи и развернул лицом к себе.

– Кали, хочу напомнить тебе, что я уже год нахожусь под действием Благословения Луны, а оно исключает любые физические контакты с другими партнёрами. 

– Это немного… утешает.

– Хотя вот ты целовалась со всеми подряд, - задумчиво добавил он. – Наверное, всё потому, что ты не ощущала действия Благословения из-за своих зелий.

– У меня зудело запястье.

– Серьёзно? – заинтересованный взгляд. – Сильно?

– Ужасно, - созналась я. – Каждый раз, когда меня не то, чтобы целовали, а даже просто прикасались другие парни, я ощущала очень неприятный зуд в руке.

– Хм… 

Кажется, Рэму эта новость даже понравилась.

– И меня безумно бесило, что зуд не появлялся, когда ты прикасался ко мне. 

– Это объясняет, почему ты вечно грубила мне.

– Грубила? Вспомни, как ты сам разговаривал со мной! – возмущённо воскликнула я и осеклась, потому что в этот момент мимо нас по коридору прошёл дворецкий. Он, конечно, лишь вежливо кивнул нам, ничем не выдав, что слышал хоть что-то из нашего разговора. Илрэмиэль открыл дверь моей комнаты, и мы вошли. Только после этого он сказал:

– У меня были причины. Рядом с тобой эмоции захлёстывали, и это раздражало, а порой просто срывало крышу. 

– Потому что ты испытывал их к антропийке? 

– Потому что я вообще их испытывал, - покачал он головой.

– В каком смысле?

– До нашей встречи я ничего не чувствовал. Вообще. Ни страха, ни злости, ни любви, ни симпатий. Как будто эмоции были заблокированы. После встречи с тобой они хлынули потоком, это выводило из себя. Я был раздражён. Постоянно.

– Ааа, - протянула я и даже уселась на кровать, оглушённая нахлынувшими воспоминаниями. – Вот оно что! А я-то всё думала, чем я тебя так раздражаю. Погоди, но почему эмоции были заблокированы? Из-за того, что ты – Тхалар?

– Не думаю. 

Рэм продолжал стоять, лишь сложил руки на груди.

– Я изучил всё, что нашёл о роде Тхалар. Они обладали самоконтролем в большей степени, чем прочие этерны, но подобной блокировки не упоминалось. Скорее это связано с чем-то другим. Надеюсь, выяснить за стеной.

– Кстати об этом, - поспешно перебила я, боясь, что разговор снова уйдёт не туда. – Я всё решила: иду с тобой и это не обсуждается. Мне необязательно представляться Калерией Кетро посторонним. Я – твоя подруга, девушка, неважно. Калерия Перье и всё.

– Думаешь, моя мать не успела никому о тебе рассказать? – хмыкнул Рэм. – У неё ведь там были сообщники.

– Ты прав. Ну тогда я – Влада Воронцова. Могу изменить свою внешность.

Илрэмиэль задумался. На его лице отразилась целая гамма эмоций, и я уже боялась, что сейчас он начнёт спорить или прикидывает, как избавиться от моего общества в этом походе. 

– Когда ты лечишь меня… ты можешь делать это из-за Благословения. На род Тхалар не действует магия Правящих, это доступно только предназначенным. 

– Где ты об этом узнал?

– В тайном архиве. Так вот, когда ты лечишь меня, этернийская суть должна проявляться. Как я не заметил раньше?

– Ты был без сознания, и я успевала принять зелье снова. 

– Выходит, прикидываться антропийкой тебе неудобно. Да и нет никакого смысла. Любой Тхалар поймёт, что раз ты можешь лечить меня, значит, нас благословила Исилторе. 

– Что же делать? – совсем расстроилась я.

– Будешь той, кто ты есть. Моей предназначенной. Только назовёшься, скажем, Занин Таэлар.

– Значит, ты не собираешься отговаривать меня? – с надеждой спросила я. Рэм приподнял брови.

– А есть смысл?

– Нет!

– Я так и думал, - вздохнул он. – Ладно, слушай. Уходим на рассвете, послезавтра, после твоего ритуала. Само собой родителям говорить ничего нельзя, тебя никто никуда не отпустит.

Тут меня осенило:

– Рэм, в комнате же камеры!

– Алехар только думает, что камеры в его доме надёжнее, чем в Академии, - отмахнулся он. – В общем, после ритуала возвращаемся в особняк. Ты идёшь отдыхать, а перед рассветом я за тобой приду. 

– Надо бы забрать вещи из общежития, собрать зелья и…

– Хорошо, телепортируемся сначала в твою комнату, а оттуда на место. В общем, разберёмся со всем после церемонии посвящения. 

Он подошёл и оставил невесомый поцелуй на моих губах.

– Ложись спать, Кали. Тебе нужно хорошо отдохнуть.

Ещё один командир на мою голову, но спорить не хотелось. Силы действительно нужны, ведь после ритуала выспаться как следует уже не получится, поэтому я просто кивнула.

Рэм ушёл, а я отправилась в ванную. Приняла душ, умылась и долго смотрела в зеркало, пытаясь привыкнуть к новой себе. Черты лица заострились, скулы без зелий стали выше, линия губ более чёткой. Волосы из серо-русых стали золотисто-пшеничными, глаза цвета тёмного янтаря светились золотом. Неужели на самом деле я такая? Не верится, что всё это происходит со мной, что завтра я стану Калерией Кетро.