Чтение онлайн

— Эта лопата — имущество чиновника Верхних Небес. Градоначальник Хуа, не считаете, что следовало бы вернуть её законным… — впрочем, ещё до конца фразы она осеклась — поняла, что больше не служит чертогам Верхних Небес, а значит, не обязана взыскивать долги за небесных чиновников.

Се Лянь размял точку между бровей и задумался, стоит ли незаметно спросить Хуа Чэна, как тут же услышал его тихий голос, который мог услышать только принц:

— Черновод её бросил. Когда надобность притворяться Повелителем Земли отпала, он оставил лопату в Призрачном городе и сбежал. Перед походом на гору Тунлу я подумал, что она может пригодиться, вот и послал за ней подручного.

— Вот оно что. А я решил было, что мы сможем узнать, где Его Превосходительство Повелитель Ветров… Лопата отлично пригодилась против горных чудищ, Сань Лан поистине всё тщательнейшим образом обдумал.

— Просто когда-то эти чудища загоняли меня чуть не до смерти. И я выучил урок.

Се Лянь невольно представил, как Хуа Чэн, будучи новичком на горе Тунлу, преодолевает испытания одно за другим… Как вдруг в темноте вновь загорелись маленькие серебристые огоньки — это призрачные бабочки испускали тусклое сияние, достаточное для освещения обстановки. Се Лянь, перемещая порхающую над ладонью бабочку, посмотрел наверх.

— Что же за твари эти горные чудища? Почему они атаковали нас?

Хуа Чэн ответил:

— Трудно сказать, что именно они собой являют. Когда я впервые здесь появился, они уже были местными старожилами. Вот только чудища не пытались нас атаковать, их задача — задержать любого, кто желает попасть на гору Тунлу. А если задержать не получается, нападают.

— Без какой-либо закономерности? Выходит, у нас с ними одна цель. Теперь стало известно, что и Повелитель Дождя, и Его Высочество Циин проникли на гору Тунлу. Надеюсь, они не попадут в беду.

Инь Юй, который всё время их разговора старательно копал проход, услышав имя Цюань Ичжэня, на миг замер. Се Лянь заметил это, бросив быстрый взгляд, и вспомнил, что ранее они уже встречались с Цюань Ичжэнем, но тогда Инь Юй, будучи в маске, повёл себя так, словно и не узнал своего шиди. Интересно, как бы поступил тот, зная, что перед ним стоит его шисюн?

Линвэнь, с трудом подняв голову, сказала:

— Ваше Высочество Инь Юй, вы виделись с Его Высочеством Циином? Он множество раз наведывался ко мне во дворец, чтобы я помогла ему найти вас.

Инь Юй, запнувшись, переспросил:

— П-правда?

— Да. Когда вас только сослали, он приходил почти каждый день, а после, поскольку вестей так и не появилось, раз в три дня, потом раз в месяц. В последнее время раз в год являлся непременно. Он всегда считал, что в том инциденте с Божеством парчовых одежд между вами произошло недоразумение, хотел услышать ваши объяснения и помочь вам объясниться перед всеми. Но так и не дождался ответа.

Инь Юй промолчал, лишь вздохнул и стал копать ещё усерднее.

Се Лянь подумал: «Он не желает больше об этом говорить».

Линвэнь также была достаточно умна, чтобы это понять, и придержала язык — пусть лучше Инь Юй сосредоточится на прокладывании тоннеля. Прошло довольно много времени, прежде чем тот заговорил:

— Градоначальник, Ваше Высочество, мы уже прошли под землёй тридцать ли. Продолжим путь?

Лопата Полумесяца орудовала подобно ножу, режущему тофу, при этом не оставляя выкопанной земли. К тому же, они ведь спасались бегством, поэтому передвигались быстрее, чем если бы шли по поверхности, вот и пробежали целых тридцать ли за малый отрезок времени.

Услышав обращение и к себе тоже, Се Лянь почувствовал неловкость и мягко ответил:

— Меня об этом спрашивать ни к чему!

Хуа Чэн произнёс:

— Не важно, кого спрашивать. Гэгэ, что ты думаешь?

Се Лянь, поразмыслив, ответил:

— Когда нас зажали в тиски горные чудища, мы почти вышли из ущелья. Думаю, трёх десятков ли достаточно с лихвой. Под землёй нет движения воздуха, и если задержимся дольше, боюсь, некоторые могут потерять сознание. Давайте выбираться наверх.

Инь Юй отозвался «Слушаюсь!» и тут же сменил направление по косой вверх, даже соорудил довольно симпатичные ступеньки.

Се Лянь подумал: «Из него и впрямь неплохой помощник, работает аккуратно, ни слова лишней болтовни».

Остальные последовали за Инь Юем и поднялись уже на несколько десятков ступеней, как вдруг Се Лянь наткнулся на какой-то твёрдый бугорок, не похожий ни на камень, ни на глину. Принц наклонился, слегка счистил землю рукой и через миг нахмурился.

Хуа Чэн, заметив, предостерёг:

— Гэгэ, не трогай!

Но опоздал — Се Лянь уже выпрямился, держа череп в правой руке и череп в левой.

— Господа, у нас проблема. Кажется, мы раскопали какой-то могильник.

Пэй Мин вытащил из стены чью-то ногу и вздохнул:

— Похоже на то. Судя по костям, при жизни это была длинноногая красотка. А теперь её останки покоятся здесь. Поистине досадно.

Хуа Чэн возразил:

— Сожалею. Ноги действительно длинные, вот только это мужская кость.

Едва услышав, что это не женщина, Пэй Мин немедля потерял интерес и бросил находку. Хуа Чэн добавил:

— Если быть точным, это кость мужчины, которым обернулся демон. Поэтому наверняка отравлена трупным ядом.

Пэй Мин похлопал в ладоши, и на его руках действительно проявилась зелёная трупная Ци — там, где он держался за кость.

Линвэнь забранилась:

— Ты что, не мог придержать свои руки? Не мог?

Пэй Су вмешался:

— Трупный… яд не… так страшен. Гене… рал ведь — небесный чиновник, скоро… он будет в поряд… ке!

Сказать по правде, нога оказалась не только длинной и стройной, но ещё и довольно крепкой — от взмаха ею слышался угрожающий свист. Пэй Мин всё-таки подобрал кость и с одного конца обмотал тряпицами, чтобы можно было держаться. Видимо, решил использовать в качестве оружия. Затем он обратился к принцу:

— Ваше Высочество, а почему вы без опасения держите эти черепа?

Се Лянь осторожно положил черепушки и показал остальным свои руки. Оказалось, что его ладони также позеленели, но ядовитая Ци очень быстро улетучилась.

— Не стану лукавить, всё дело в том, что я уже множество раз подвергался действию трупного яда, если не тысячу, то восемьсот уж точно. Поэтому выработалась очень сильная устойчивость, и столь малое количество яда не причинит мне вреда.

Остальным его объяснение показалось неожиданно смешным, кому-то захотелось улыбнуться. Только Хуа Чэн, похоже, совсем не обрадовался — проходя мимо, он наступил на черепа и раздавил их в мелкое крошево.