Чтение онлайн

— Но… в конце концов я… всё же чувствую… сожаление. — Инь Юй с трудом сглотнул. — Если мне не суждено было стать поразительным талантом, по крайней мере, я… хотел быть безукоризненным. И… всё равно не смог. Честно… с этим тяжело смириться. По правде говоря, даже сейчас, думая о том, что я умираю из-за этого глупого паршивца, Ичжэня, я не желаю мириться с этим. Мне не под силу даже умереть без сожалений в сердце, с лёгкостью в душе. Куда же это годится?

— Ваше Высочество, — с теплотой в голосе ответил Се Лянь, — вы приложили достаточно усилий. Кроме того, вы прекрасно справились. Лучше, чем подавляющее большинство людей.

Инь Юй наконец вымученно улыбнулся:

— Лучше, чем подавляющее большинство людей? — Затем вздохнул и с сожалением в голосе испустил последний вздох, пробормотав: — Но… ведь я стремился… стать божеством…

Се Лянь, низко опустив голову, произнёс:

— Вот только, Ваше Высочество Инь Юй, в действительности на этом свете никаких божеств не существует…

Своевременный дар выведет из безвыходного положения

В сознании принца вдруг сверкнул проблеск истины, он положил Инь Юя на пол, а сам поднялся.

— Канга… Он унёс его проклятую кангу!

Если бы эта штука была бесполезна, Цзюнь У, конечно, не тронул бы её. Но раз Владыка намеренно забрал напившуюся крови Инь Юя проклятую кангу, возможно… она не просто высосала его кровь, но и запечатала его душу!

Подумав об этом, Се Лянь оставил избитого Цюань Ичжэня и помчался во внутренние покои. Но Цзюнь У здесь уже не было, и тогда принц развернулся и выбежал прочь из дворца.

Главная улица пустовала, будто заброшенная. Только у ворот сильнейших божеств, где всегда шумели посетители, теперь стояло множество охранников с бесстрастными лицами, они не обращали на принца никакого внимания. Се Лянь ответил им тем же и бросился бегом к дворцу Шэньу.

Как и думал принц, Цзюнь У вернулся к себе во дворец и теперь восседал на троне, всё ещё глядя на ту самую кангу. До Се Ляня сразу же донёсся странный шорох, а подняв голову, он увидел духа нерождённого, ползающего по разукрашенному потолку подобно холоднокровной живности. От такой картины обдавало морозом по коже.

Даже подобная тварь заполучила возможность попасть во дворец Шэньу. Интересно, что бы почувствовали те небесные чиновники, которые несколько сотен лет не удостаивались чести переступить порог этого дворца, несмотря на все старания?

Се Лянь сразу кинулся к Цзюнь У, который спросил:

— Что тебе нужно?

Принц без лишних слов нанёс удар и попытался отобрать кангу, но, разумеется, Цзюнь У не позволил ему достичь желаемого. Все попытки Се Ляня оказались тщетны, и он в гневе выкрикнул:

— Зачем тебе эта штука? Инь Юй не представляет для тебя угрозы, перед тобой он вовсе беспомощен, зачем ты говорил ему всё это? И для чего оставил у себя кангу?!

— Считаешь, это не возымело действия? — возразил Цзюнь У. — Но посмотри, как ты разозлился из-за этой канги. Выходит, она прекрасно сыграла свою роль.

Он походил на взрослого, который положил фрукты на стол, где собственный ребёнок их не достанет, и с улыбкой наблюдал, как сынишка, которому хочется отведать фруктов, поднимается на носочки и тянется к тарелке, но никак не дотянется, и потому злится, бесится и громко плачет. А «родителю» это только доставляет радость.

Се Лянь едва не сходил с ума от злости:

— Ты больной?!

— Сяньлэ, подобные слова по отношению ко мне звучат несколько неуважительно.

Принц долго терпел, но теперь уже не мог держать ругань в себе:

— Да чтобы я зауважал такого…

Он готов был осыпать Цзюнь У всеми бранными словами, которые узнал за свою жизнь, но, к собственному удивлению, не смог вымолвить ни слова — горло вдруг крепко сжало, так что не получалось вздохнуть!

Перед глазами потемнело, принц схватился руками за свою шею и упал на подогнувшиеся колени. Цзюнь У, сидя перед ним на троне, невозмутимо гладил дух нерождённого по блестящей, покрытой редкими волосиками голове. От его ладони исходила тёмная Ци, и мелкая тварь, будто очень довольная, издавала причудливые звуки радости.

Слушая, как побагровевший от удушья Се Лянь яростно откашливается, Цзюнь У произнёс:

— Сяньлэ, советую тебе вести себя как раньше, с послушанием и уважением, тогда ты не навлечёшь на себя мой гнев. Не забывай, что на тебе тоже надета канга. К тому же, не одна.

— Кхэ-кхэ-кхэ… кхэ-кхэ… Ты!

Се Лянь резко выпрямился, уставившись на Цзюнь У глазами, налитыми кровью.

— Что — я? — переспросил тот. — Я поступаю подло? Сяньлэ, тебе стоит вспомнить, что ты сам попросил надеть их на тебя.

Что за шутки?! Да разве он тогда мог знать, что это за проклятые штуковины?!

Неужели в тот раз, когда советник при виде принца переменился в лице и потянулся к его шее, он собирался не убить Се Ляня, а снять кангу?

Лишь спустя некоторое время обруч на шее Се Ляня ослаб, и он наконец смог свободно дышать. Повернувшись к Цзюнь У спиной, принц, резко вдыхая и выдыхая, бессознательно дотронулся до шеи рукой, прикасаясь к проклятой канге. Но нащупал он не только её, а ещё кое-что.

Тонкую серебряную цепочку, когда-то ледяную, но теперь горячую от тепла Се Ляня после стольких дней на его шее. А на серебряной цепочке висело искрящееся прозрачным светом кольцо.

Стоило Се Ляню нащупать его, как плечи принца перестали дрожать, а ладонь крепко сжалась на кольце. По какой-то причине сердце забилось быстрее, словно он держал в руках какой-то невероятный секрет.

Одновременно с этим Цзюнь У за его спиной произнёс:

— Это я. Что такое?

«Это он»? Что за фраза? Что это значит?

Се Лянь запихнул кольцо за пазуху и, нахмурившись, развернулся. Только потом заметил, что Цзюнь У говорил не с ним. Тот приложил два сложенных вместе пальца к виску. Этот жест означал, что он общается с кем-то по духовной сети! Не позволяя другим в пределах столицы бессмертных пользоваться сетью духовного общения, он сам мог делать что вздумается без ограничений.

Помолчав, Цзюнь У сказал:

— Всё хорошо. Просто не столь давно выяснилось, что кое-кто другой выдавал себя за Повелителя Земли И, поэтому мы решили выяснить, не оставил ли он здесь ещё соглядатаев или фальшивых личин. К тому же, настали смутные времена, во избежание ненужных проблем я устроил проверку всего пантеона небесных божеств и наложил ограничения на столицу бессмертных. Никто не может ни выйти отсюда, ни связаться с внешним миром. Разумеется, поэтому ты и не можешь никого найти.