Благословленная
Шрифт:
Но стоило мне начать задыхаться в предвкушении, как ласки прекратились.
С яростью заглянув в глаза Рдара, громко прохрипела:
— Я тебя убью!
— А я тебя залюблю. — усмехнулся мужчина, — Сделаю с тобой все, что ты захочешь, только скажи…
— Ты ведешь себя как зеленый мальчишка! — зашипела я в ответ. Измученное тело заставляло злиться меня все сильнее.
— И кто тут у нас рассуждает о молодости и глупости? — мои мучения ему явно доставляли удовольствие.
— Рдар, пожалуйста… — я сдалась, — Либо иди ко мне, либо дай все сделать самой.
— Не надо самой, теперь у тебя есть я. — нагнувшись, он заскользил губами по моему животу, раздвигая мне ноги.
Тьма, я больше не могу…
Грубо схватив его за волосы, притянула к себе, и подарила жесткий поцелуй. Кусая его губы, потянулась вниз, что бы обхватить рукой чувствительную головку, находящуюся так близко от меня.
Мужчина застонал, и тут же резко вошел в меня, заставляя выгнуться и получить, наконец, желанную разрядку. Она была настолько яркой, что я выкрикивала его имя снова и снова. Слыша тихий шепот, о том, что я только его, его девочка.
— Твоя. — все еще задыхаясь, сдалась, понимая, что ни сама от него никогда не уйду, ни его от себя больше не отпущу.
Больше этой ночью он никуда не уходил. Мы насыщались друг другом, пытаясь вернуть упущенное время и возможности. Но каждый раз понимали, что этого мало. И погружаясь в очередную пучину страсти или нежности, признавались друг другу в вечной любви.
Не знаю, сколько мы проспали, но разбудил меня возбужденный окрик сестры.
— Дари! — меня сжали в объятиях, отрывая от спящего Рдара. Естественно, что после всего этого он проснулся, тут же проверив, все ли стратегически важные места у него прикрыты.
— Дайкирия. — прижавшись к сестре, почувствовала, как к глазам подступают слезы.
Рдар, уже поднявшийся с кровати, принес мне халат, будучи сам завернут в покрывало.
— Прости, что не дождалась, когда вы…наговоритесь. — Кларисс отодвинулась, позволяя мне одеться, — Я чуть с ума не сошла, когда увидела тебя, когда слушала все то, что рассказывал Фалистрий. Я понимаю, что вы друг по другу соскучились, но и я, знаешь ли, тут голову тоже потеряла, гадая, где ты и как там.
Почувствовав укол совести, закусила губу.
— Извини, Кларисс, просто так получилось. Но теперь я вся твоя! — улыбнулась я ей, снова обнимая.
— Мы, кажется, сегодня ночью определились, чья ты. — слегка улыбаясь, подал голос стоящий неподалеку Рдар. Тут же скосила на него злой взгляд исподлобья. — Но так и быть, можешь побыть немного с сестрой. — величественно провозгласил он, сдерживая смех. За это ему пришлось уворачиваться сразу от двух летящих в него подушек. Такой наглости ни я, ни сестра не стерпели.
Кто из нас с сестрой рассмеялся первым, не знаю, но скоро комнату затопил дружный хохот.
Семья снова в сборе, и это было достойным поводом для накатившей на нас эйфории.
Уже одетых, и окончательно проснувшихся, нас повели на обед. Да-да, проспали мы аж до самого обеда. Вот сестра и не выдержала, отправилась нас поднимать. Когда я оказалась в обеденном зале, и увидела, что нас ждала вся семья Дэрвина и Рдара, почувствовала как залилась краской. Богиня, это ж они нас всех тут ждали, пока мы там….спали?
— Дариэлла! — подскочив, ко мне кинулась Рирания. Блондинка лет восемнадцати, которой, однако, было больше пяти сотен лет. — Ты так изменилась!
Честно, я была рада видеть девушку. Когда я впервые познакомилась с сестрой и свекровью Клариссабель, они мне очень понравились тем, как дополняли друг друга, понимали с полуслова. Истинные мать и дочь. Мы с Риранией были похожи своей жаждой жизни, мечтами и стремлениями ко всему новому. Сейчас же, мне казалось, что уже никто не поймет меня лучше, чем те же дорханы. Слишком изменился мой внутренний мир.
— Теперь мое имя Дайкирия, Рира. — улыбнувшись, кивнула вмиг погрустневшей девушке. О, надеюсь, все собрались не для того, что бы дружно меня пожалеть? Я не выдержу, и поддамся. А мне эта боль больше не нужна, и вспоминать я ее не хочу.
— Дэрвин. — развернувшись, посмотрела на нового Императора Сартарийских земель. Вспоминая, как делают реверансы, попыталась изобразить нечто подобное.
Получилось кривовато, ну да ладно.
— Дайкирия. — усмехнулся тот, — Что-то, даже со временем не меняется.
Ну а что такого, я и сама улыбалась. У меня тут зять монархом стал, надо же как-то соответствовать. Ну, или попытаться, секунд пять.
— Рады видеть тебя, дочка. — привлекли к себе внимание родители братьев. И судя по тому, как меня назвали, о том, что мы с их младшим сыном пара, они уже были осведомлены.
— Светлых дней. — улыбнулась я им, кивнув. Ангория Дорсфорти, такая же блондинка, как и дочь, только намного старше, подошла, что бы подарить крепкие объятия. Эндормон, ее супруг, подошел следом, серьезен и сдержан, как всегда. Его я знала только по рассказам сестры.
— Очень рад, что такая сильная духом и телом девушка, как вы, являетесь парой нашего сына. — и пожал мне руку. Что ж, Кларисс была права, в этом весь их отец, управляющий внешней разведки прошлого императора, ну и, наверное, нынешнего.
— Скоро будет бал в честь твоего возвращения! У тебя есть какие-то особые пожелания? — весело прощебетала Рира. Девушка, как и все мы, присаживалась к столу. Не представляю, сколько они тут пробыли в ожидании нас, и, наверняка, уже все изрядно проголодались.
— Нет-нет. — замахала я руками, и направила умоляющий взгляд на Дэрвина, — Вернее, вам виднее, в чем есть необходимость, а в чем нет, но я прошу разрешения воздержаться. Балы, нарядные платья по местной моде — это не мое.
Почувствовав, как все напряглись, занервничала. Я любила свою семью, но переступать через себя без лишней необходимости не хотела. Это жизнь не для меня, теперь не для меня. Осознавая, что у императорской четы могут быть свои традиции, правила, я не хотела ставить их в неудобное положение, но все же…
— Можешь выйти в начале, станцевать один танец, и тихо сбежать. — улыбнувшись, Дэрвин согласно кивнул.
Станцевать… вспомнить бы еще все те танцы, которым меня здесь обучали.
А после ужина меня поймала будущая свекровь. Ну, то есть, как свекровь, предложения то мне никто не делал, но было глупо полагать, что мы с Рдаром когда-нибудь друг от друга откажемся.
Потянув меня за руку, молча, она завела меня в одну из комнат, где располагались лишь пара диванчиков и небольшой кофейный столик. Самым прекрасным здесь было огромное светлое окно, открывающее вид на дворцовый сад, так богатый красками.