Чтение онлайн

Державший меня за шкирку бородатый мужчина вызвал ужас. Слишком высокий, слишком волосатый, слишком радостный, все слишком.

Вырываясь изо всех сил, завизжала, надеясь привлечь хоть какую-нибудь помощь.

— Да не ори ты так, истеричка! — досадливо зажмурился он, — Ты мне подходишь, девочка. — отвлекаясь, меня оценивающе разглядывал неизвестный, будто вещь на рынке. Накативший ужас скрыть было невозможно, и я принялась барахтаться в его руках еще сильнее, за что получила отрезвляющий удар по лицу. — Ты что ж, думаешь, я тобой как женщиной заинтересуюсь? Тьма упаси, ты нужна мне для другого дела, малышка. Я подарю тебе новую жизнь. Сейчас ты никому не нужна, оборванка, сирота, которая еще даже не обрела свою сущность, но я все изменю.

Блеск в его глазах напомнил мне о Мириниаре, той, по чьей вине я сейчас здесь оказалась. Да что ж мне на больных так везет?

Я призвала тьму, приготовившись защищаться, но заметивший это мужчина, отвлекся от собственных мечтаний, и рванул ко мне, молниеносным движением, вкалывая что-то в мое плечо.

— Вот так, отдыхай, моя избранная, скоро для тебя откроется новый мир возможностей. Ну, или, если у меня ничего не получится, ты просто умрешь. Но тебе то и терять нечего.

Та легкость, с которой он все это произнес, вызвала дрожь. Перед тем, как отключиться, увидела яркую вспышку портала. Может, мы вернемся домой?

Робкая надежда рассыпалась в ту же секунду, и если бы я могла рассмеяться, я бы это сделала. Домой, конечно, как же, мой ад только начался…

Не имею понятия, что было дальше, но проснулась я в тесной клетке в каком-то сырой пещере. Здесь стояла гробовая тишина, лишь где-то вдалеке слышалось, как капает вода. Сколько я пробыла в отключке?

Ощупав себя руками, убедилась в целостности тела и своей одежды. Не представляю, что могло со мной сделать это чудовище, пока я была без сознания.

— Эй, есть тут кто?

Гулкое эхо разнеслось повсюду, но никто не отозвался. Сев на землю, обратила внимание, что подо мной расстелен широкий матрас. Как любезно, он очень гармонично смотрится с той клеткой, в которую меня определили.

Так прошел еще один час, или два, я потеряла счет времени, но мой похититель объявился с какими-то огромными сумками.

— Очнулась? Это хорошо. — сумасшедший был всем доволен, казалось, он видит мир через какую-то особую призму, не обращая внимания на реальность.

Часть сумок, в которых звенели какие-то стекляшки, он отложи в сторону сразу. Из другой достал полусырое мясо, обернутое в бумагу, и просунул его мне через стальные прутья. Он хочет, что бы я это ела? Да ни за что. Никогда не понимала, как подобные блюда ест моя княжеская чета, но меня-то никто подобное употреблять не заставлял. К тому же, их блюда выглядели изысканными, с сочной корочкой, а это…Тут красотой и корочкой вообще не пахло.

Не обращая внимания на мое недовольство, он стал разбирать очередную сумку. Все внутри похолодело, когда я смогла рассмотреть разноцветные склянки, наполненные жидкостями, разнокалиберные шприцы, ножи и трубки. Нет, нет, только не это, пожалуйста, Тьма, спаси. Из глаз брызнули слезы. Рдар, пожалуйста, найди меня, пожалуйста, Рдар…

— Знаешь, я не люблю крики, поэтому, я вколю тебе особый яд, который отключит твое тело, но при этом оставит в сознании. Это необходимо.

В следующую секунду он дунул через какую-то деревянную трубочку, и я почувствовала укол в шею. Тело налилось ледяной тяжестью, а голос отказал, когда я захотела закричать. Уже лежа на земле, я чувствовала, как по лицу скатываются слезы бессилия.

Мужчина перетащил меня на импровизированный стол, представляющий собой большой каменный выступ. Сам облачился в какой-то балахон, и разложил справа от моей головы свои инструменты. А мои глаза закрылись, обостряя ощущения и слух.

— Сейчас будет больно, но ты же женщина, ты справишься. — я почувствовала, что меня раздели, прикрыв промежность какой-то тканью, — Ты просто представить себе не можешь, как я обрадовался, когда нашел тебя, — решил он поговорить в тот момент, когда разрезал мне вены. Острая боль пронзила все тело, голова закружилась, но из-за странного яда, я не могла даже застонать. — Для эксперимента мне нужен был рахшаррас, у которого пока не проявилась сущность, ведь только в этом случае возможно достигнуть успеха. Но, как ты сейчас можешь на себе ощущать, мои методы весьма болезненны, то, что я тебя обескровливаю, лишь малая часть того пути, через который нам предстоит пройти. А что это значит? Что этим рахшаррассом должна была быть женщина, ведь именно вам дарована природой невероятная выносливость. Стоит только вколоть определенные гормоны, и ваше тело начинает само себе помогать справляться с самыми невероятными болями. Мужчина такого не переживет, поверь, здесь умерло восемь рахшаррасских мужчин, прежде чем я догадался, в чем дело. И все бы можно было решить, погрузив организм в сон, но, вот в чем загвоздка, подопытный должен быть в сознании. Это заставляет его внутреннюю сущность проявлять себя, реагировать, трансформироваться.

В этот момент я начала сомневаться, что сознание меня не покинет, более того, я молилась о беспамятстве богине. Меня чем-то обкалывали, каждый участок тела словно чем-то прожигало, простреливало, если бы я могла кричать, я бы кричала. Мне было просто необходимо выразить всю ту боль хотя бы голосом, но такой возможности, увы, не было. Спустя три часа, когда я уже не чувствовала ничего, поняла, что меня снова куда-то переносят. Наконец, силы покинули тело, и я провалилась в целительный сон, где Тьма качала меня в своих объятиях, успокаивая.

Пробуждение было болезненным, в горле все пересохло, каждое движение давалось с трудом, и я, наконец, могла позволить себе стоны и слезы. Я плакала и плакала, хороня свою прошлую жизнь, я пыталась уговаривать себя бороться, лелеяла надежду, что скоро выберусь, обязательно выберусь, ведь еще осталась жива. Я по-прежнему надеялась, что меня обязательно отыщут, сестра ни за что не сдастся, пока на ее руках не будет моего тела, даже мертвого.

Осушив кувшин с водой, жадно вцепилась в оставленное мясо. Я буду жить, чертов сумасшедший ученый, я превращусь в того, кого ты из меня пытаешься сделать, и убью тебя, убью голыми руками…

Так потекли дни, недели, месяцы, Шаритсон, так звали моего мучителя, приходил ко мне примерно раз в неделю, и проделывал со мной то, что я не смогу забыть никогда, как бы сильно этого не желала.

Со временем я узнала, что он пытается вывести новую расу, объединив два независимых мира, уже несколько десятков лет. Когда-то он был слугой Тьмы, служил во благо мира, но что-то произошло, и он съехал с катушек, стал одержим идеей прекратить войны на Лаэрстагре. Спустя много лет он, наконец, додумался, что объединив его мир с другим, так же созданным богиней, можно усилить обе расы. Еще много лет ушло на то, что бы создать портал, который смог бы перенести его на Аркардар. Он прошел долгий путь, но власть имущие обоих миров не захотели его слушать, и тогда, он решил, что все сделает сам.

От его руки умерло сотни существ обоих миров. Все пали жертвой амбиций сумасшедшего ученого. Все что он делал, это пытался привлечь внимание властей, заставить объединиться детей Тьмы.

— Если ты выживешь, это будет моей победой. Они не смогут пройти мимо существа, принадлежащего обеим расам.

Я не могла разделить его восторгов. Его призрачные надежды превратили мою жизнь в ад.

В моей пещере не наступали утро или ночь, меня словно поглотило безвременье, пожиравшее душу. Казалось, во мне не осталось своей крови, только чужая, пропитанная непонятными ядами и снадобьями. Сырая пища и какие-то коренья, листочки и веточки заменили привычную пищу. Одежда грязными лохмотьями свисала на пол, стирая пыль в моей тюрьме. Волосы превратились в сухую мочалку, и их пришлось отрезать. Боль стала моей спутницей, я умирала столько раз, но так и не смогла уйти за грань. Тьма, она всегда брала меня за руку, и уверяла, что мое время еще не пришло, что я должна бороться, даже с самой собой.