Чтение онлайн

Будильник прервал моё путешествие по дюнам воображения, отправив в ванную комнату. Сбривая станком щетину трёх дней, я всё думал о той молчащей женщине из сна. Я простоял так наверно минут 10 и спасибо тому упавшему куску пены для бритья, что вернул меня в реальность. Взгляд уперся в трюмо. 21 век на дворе, о каком трюмо может идти речь? Одно мне стало ясно – случайности подготовлены. Случайно не ради понимания этого сна, 30 лет назад был куплен этот предмет антиквара? Кем куплен? Смотря в струю воды в надежде получить ответ, я вспоминал статью из модного журнала, где описывалась эта техника медитации. Дед! Точно! Это он притащил его из поездки на какой-то симпозиум. Что я знаю о нем? Да ничего, кроме того, что он профессор. Никогда не рассказывал чем занимается, постоянно был в разъездах, но самое главное – что жизнь била из него ключом, а ум был настолько ясным, что никогда не скажешь, что человек живет уже больше 80 лет. Да, порой модные журналы дают дельные подсказки.

Остатки завтрака я дожевывал уже в автомобиле. Два часа пути до Академии под звуки штатной аудиосистемы пронеслись незаметно и даже утренний час пик остался без шанса испортить настроение – настолько я был заряжен желанием найти разгадку сна и старого трюмо. У неприметного серого здания без опознавательных знаков стояли точно такие же автомобили. Стараясь не выделяться, я припарковался чуть дальше основной стоянки. Поднимаясь по мраморным ступеням, мое внимание похитила табличка имперского темно-зеленого цвета с непонятным шифром А 17/22. Я сделал сверхусилие, подталкивая себя вперед – к входу. Каменному лицу охранника я смиренно назвал фамилию и меня охотно пропустили. Видимо за три года, которые я не был здесь, авторитет деда не упал. Я стоял в фойе, возле окна, наблюдал, как снег исправно скрывает под своей совершенной геометрией недостатки города-миллионника. Канун нового года придавал атмосфере особый мандариновый оттенок. В этом учебном заведении никогда не было звонков, занятия заканчивались тогда, когда и преподавателю и студентам этого хотелось. Фиксированным было лишь время работы здания – с 9 до 00.00. Странный распорядок работы для учебного заведения, не так ли? Двери аудитории были распахнуты рукой в деловом костюме. Еще не видя лица, я понял, что это один из студентов, поскольку дед явно не мог себе позволить носить Ermenegildo Zegna в будни. Я заглянул и увидел его в свойственной атмосфере – в окружении молодой женской крови на высоком каблуке и в строгих костюмах. Они что-то обсуждали около доски. Рисунки, которые я видел и прежде, всегда были для меня загадочными. Они напоминали рецепт борща и чертеж космического корабля в одном флаконе, плюс куча неизвестных символов на непонятном нормальному человеку языке. Дед сразу заметил меня и кивнул с улыбкой дав понять, что общество дам детородного возраста ему не менее приятно, чем мое и продолжил общение с ними еще пару минут.

– Ты как здесь дружище? Неужели решил сходить вместе со мной на тренировку?

Я обнял деда и сказал, что мой визит совершенно не связан с его страстью к тяжелой атлетике и цель приезда странный сон, который отразился в его старом трюмо ярым желанием понять суть происходящего.

– Ну что ж, подожди меня в машине. Я соберу вещи и по пути в спортзал постараюсь быть полезным тебе, ты ведь подбросишь старика? А то у меня сегодня присед 120кг не хочу утомлять ноги раньше тренировки.

Было что-то в этом человеке, от чего у меня мурашки по спине бежали. Приседать с центнером на спине на 9ом десятке и пользоваться спросом у женщин до 35, это надо курить что-то очень ядреное.

Я попрощался с охранником на входе, боковым зрением оценивая скромность убранства Академии, которую охраняло более 30 человек с табельным оружием. Все-таки система есть система. Сила и тишина. Кто бы мог подумать, что за этими серыми стенами 24 часа в сутки происходит нечто, что требует защиты целой группы богатырей. Дед дал отмашку своему водителю и прыгнул ко мне в машину.

– Ну, так что там у тебя за сон друг мой? Наверняка девчонки нагишом по пляжу? Или такое снится только мне? – он опустил окно и позволил ладони ловить северный ветер.

На эту дурную привычку постоянно жаловался его водитель – “ну невозможно ездить зимой постоянно с открытым окном. Постоянно приходится быть в шапке”. Дед никогда не объяснял этого феномена, но мне тоже пришлось надеть головной убор. За окном было -27.

– Нет, дед, не девчонки. Точнее одна. Да вообще речь не о теле, а о душе, наверное.

И я изложил ему суть. Приступ смеха в ответ прервал телефонный звонок. По разговору я понял, что его приглашают на конференцию или какое-то мероприятие. Отдышавшись, он сказал:

– Ну ты и тормоз, только только начал вспоминать.

– Что значит вспоминать?

– Видишь ли, ты был очень энергичным ребенком и уложить тебя в кровать было практически невозможно. Ты засыпал только под чтение Архивов. Я читал тебе то, что ты увидел во сне.

– Дед, ты читал ребенку на ночь какие-то сакральные манускрипты?

– Не какие-то, а именно сакральные. Фрагменты рабочих Архивов Академии. Для меня самого это было странно, но как видишь, это работало. А от народных сказок и мультиков ты ревел, как от стоматолога. Впрочем, странно, что ты этого не помнишь. Видел бы ты себя, когда я заканчивал чтение очередной стансы – чистые глаза полные осознанного умиротворения. Не совсем стандартная колыбельная для ребенка, не так ли?

– Я подумать не мог, что такое могло происходить… Слушай, так все-таки, если ты читал мне об этом, расскажи понятным языком, что это за боги, звезды и почему это приснилось мне в качестве ответа на вопрос о вечном поиске несуществующего и недосягаемого счастья?

– Это очень просто.

Он попросил поставить музыку с его носителя. Авто наполнилось странными, но приятными синтозвуками, позволяя мозгу ослабить хватку и перейти в пограничное состояние бытия.

– Итак, увиденное тобой описано в документе под названием Молчание Евы. По сути ничего сверхсекретного в нем нет. Я вообще не понимаю, почему он получил статус под грифом. Да, этот документ освобождает человека от многого, но не от труда и усилий. Поэтому, когда выносил его копию из хранилища, не чувствовал себя преступником.

– Ты что тягал грифовые документы втихаря?

– Ну, во-первых, до снятия графической пломбы ему оставалось пару дней. А во-вторых достаточно того что во-первых, а в третьих его читали всего 9 человек на земном шаре, включая меня и тебя. Даже родителям твоим я не говорил о наших колыбельных, – игривая улыбка оголила его белые зубы и мы тронулись дальше.

– В общем, галактики и вся вселенная порождена мыслительной активностью Трех Богов, – он достал из портфеля три карандаша – Каждый из них имеет свою зону ответственности: привнесение нового – красный, поддержание существующего , пусть это будет зеленый и разрушение устаревшего – синий. На этих тенденциях покоится безбрежность всего сущего. Все солнца, планеты, миры, в том числе бесчисленное множество параллельных, каждая капля счастья и река боли – всё проистекает из активности этих Существ.

– Карандашей, да дед?

Он сделал вид, что меня не существует и продолжил семинар:

– Далее в документе сказано, что существует целая иерархия так называемых отраженных богов – вторичных, – он вынул бесцветный карандаш – Они как раз и проявляют себя через планеты и звезды. К отраженным богам, как ты уже понял, относится и наш многострадальный глобус. Ты ведь уже успел ощутить усилие будней, разрывающее тебя пополам? Недосказанность замысла… Вроде живешь и вроде жизнь проходит в тумане, вроде жизнь полностью твоя и в то же время поступки будто совершаются какой-то внешней силой. И этот вкус пустоты, следующий за триумфом победы. Когда ты обнимал любимую женщину, ты ведь думал о моменте, когда все это прекратится, не так ли? Что-то внутри нас постоянно бежит в разные стороны, поглощая жизненные силы и радость в колоссальных объемах. И ответ на поверхности. Человеческое существо имеет в себе отпечаток как первичных богов, тех самых Трех Зеркал, так и вторичного – отраженного. Штамп Изначальных представлен душой – Евой, твоими лучшими побуждениями, творческой силой, утренним бризом свободы. След вторичного бога – Адам, твое тело и тела тонкие, те самые, что вокруг него. Так вышло, что отраженный бог постоянно принуждает Адама к молитве во искупление несуществующих грехов. Могу предположить, что по тому же принципу сварливая жена вытягивает энергию из мужа, вечно подозревая его в том, что он не совершал. Внутри всех людей есть тайное желание вернуться к истине. Это и есть вечный зов, который изматывает организм и к 60 годам человек падает замертво. И ведь посмотри 7 млрд. душ сейчас вокруг нас тобой, и ни один не нашел того самого рая из которого якобы когда-то нас выгнали. А всё потому, что концепция рая была создана ради молитвы, чтобы через нее люди оплачивали свое пребывание в физическом мире, отправляя часть своих жизненных сил тому самому создателю, перед лицом которого мы якобы виноваты. Такая вот схема – поселился в отеле под названием Земля, будь добр плати за номер. И согласись, номера то далеко не всегда идеальны. Другое дело Ева. Она не связана никакими клятвами с серым богом, поскольку является порождением Трех Зеркал. Кто знает, другой мой, может быть женщины любят свои трюмо, потому что помнят о своих создателях? Кто знает… Итак, Ева. В момент, когда Адам спешит припасть к ногам своего сурового бога, изливая свои силы в молитве, Ева молчит. Не молится она и всё. Потому что не чувствует необходимости искупления несуществующей вины. Ей не нужно облегчение, прощение, отпущение. “Невидима и свободна”, как верно подметила когда-то женщина на метле. Отсюда и разрыв, одна часть тебя – молится и верит в спасение, другая часть пребывает в естестве. Именно Ева и является спасением для человека. Концентрат вдохновения. Антигравитационный механизм, доступный каждому от рождения. И только услышав Ее молчание, человек становится способным к генерации и созиданию. До момента знакомства с Евой, всё лишь пепел.

– Дед, погоди, то есть получается единственный реальный шанс ощутить себя полноценным, это хотя бы как-то стать ближе к этой самой Еве?

– Верно!

– А как же Адам?

– Адам никуда не денется. Он всегда будет тем самым вечно виноватым блудным сыном. А вот куда ты поместишь фокус своего внимания – в свободу и созидание или в будни искупления, решать тебе. Это самый главный выбор в жизни. И он действительно должен быть сделан. Поверь внук, поля Гения безбрежны. То, что ты увидишь за пределом дня, сокрушит тебя своим великолепием. Готовься

– Как ты понял, что я сделаю выбор именно в эту сторону? – он не ответил и махнул головой, указав на сверток к спортзалу.

Я остановил машину, но чувствовал, что разговор не завершен. И он не выходил, ожидая продолжения.

– Дед, я никогда не спрашивал, кем ты работаешь, но на преподавателя русского языка ты явно не похож, да и учреждение твое, навевает ужас своим отрешенным величием и тишиной коридоров.

– Времени мало дружище, я уже должен бежать по дорожке, – он посмотрел на свои наградные часы – Короче, когда-то стране нужны были изобретатели, таланты и гении во всех отраслях, конечно первостепенным направлением являлось машиностроение, особенно его военное подразделение, но суть подготовки одинакова, что для художника, что для авиаинженера. Мы занимались изучением феномена гениальности и раскрытием человеческого потенциала. Ну, как видишь, получалось неплохо. Ты знаешь, что основные элементы коллайдера были изготовлены нашими, да что там коллайдера, 70% процентов мира опирается на фундамент советских изобретений. Ну всё, пора! Заходи ко мне как время будет, я передам тебе один материал, который не успел прочитать тебе перед сном, пока ты был ребенком, – он обнял и меня и сказал – найди Её. Она это всё. Она освободит тебя от молитвы.