Чтение онлайн

— У меня есть сестра, Полли, и... — мой голос чуть срывается; всегда так тяжело говорить о ней. — Она пострадала, и теперь она не совсем здорова, и люди порой не очень-то доброжелательны к ней, так что я знаю, как это, когда кто-то жесток с тем, кого любишь.

— Значит, ты понимаешь? — говорит Дей, слегка улыбаясь.

Я киваю.

— Мы обязаны защищать их.

Майкл-старший с любопытством изучающе на меня смотрит.

— Вам известно, что Деяни подала заявку на участие в Ускоренную Политическую программу? — спрашивает у меня Самрина, пытаясь разрядить обстановку.

— Она упоминала об этом, — отвечаю.

— Мы ей так гордимся. Только подумать, в один прекрасный день наша девочка станет Эмиссаром, проживающим в Центруме! — восторженно говорит она.

— Мама, я даже пока не принята, — говорит Дей.

Самрина отмахивается.

— Формальность. Нет никого умнее и подготовленнее тебя, хорошая моя.

Майкл-старший протирает очки и снова одевает их.

— Эта страна станет лучше с Бутцом в качестве Эмиссара. Уже пришло время, чтобы появился человек, который понимает нужды рабочего класса.

— Майкл, не сейчас, — обрывает его Самрина.

В дверь раздаётся стук, и секунду спустя она открывается, впуская порыв ледяного воздуха, от чего пламя в очаге мерцает. Моё сердце в груди замирает, когда в комнату входит Эш Фишер, сопровождаемый пожилым мужчиной, одетым в серую мантию священника. Я предполагаю, что это и есть отец Эша. Оба они тащат ящики с продовольствием.

Температура в кухне падает на несколько градусов, когда Эш замечает меня, сидящую за столом. На его лице написано удивление.

Он переодел свою школьную форму и теперь на нём были тёмные штаны, кожаные рабочие бутцы и облегающая чёрная футболка, в которой выделялся каждый сантиметр его сильного, мускулистого тела. Он смотрит на меня, в меня, словно он может разглядеть все тайны, которые у меня есть, как бежит кровь по моим жилам. От страха мой пульс учащается и что ещё более тревожно, дело не только в страхе: в желании.

Я отворачиваюсь, в ужасе от реакции моего организма на него. Это нездорово и иррационально. Он Дарклинг, хищник, который с радостью разорвал бы мне горло, воспользовавшись малейшим поводом. Тогда, с чего ради, мои щеки краснеют?

Мне просто жарко от очага, вот и всё.

— Эш! — сияет от радости Эм-Джей.

— Привет, Эм-Джей. Клянусь, ты вырос ещё на один дюйм, с тех пор как видел тебя последний раз, — отвечает Эш, не обращая внимания, на ледяной взгляд Дей. — Когда-нибудь ты станешь таким же высоким, как я.

Эм-Джей в ответ смеётся. Я сомневаюсь, что кто-нибудь вырастет таким же высоким, как Эш. Ему приходится складываться в три погибели, чтобы не стукнуться о низкий потолок, когда он подходит к Майклу и передаёт тому ящик с консервами. Всё это кажется настолько абсурдным. Эш — Дарклинг, не говоря о том, что он дилер Дурмана. Он чудовище.

«Если это так, тогда зачем Эшу отдавать семье Дей всю эту еду? — раздаётся у меня в сознании голос моего отца. — Разве так ведут себя монстры?»

«Тебя убил Дарклинг!» — сердито заставляю я его умолкнуть.

Класс, теперь я выдвигаю аргументы своей же собственной фантазии. Вот как сильно на нервы мне действует Эш Фишер.

— Спасибо, Эш, — говорит Майкл, разглядывая консервы. — Смотри, Самрина, персики. Давненько их не было.

Самрина берет продукты, бросая взволнованный взгляд в мою сторону, как будто в этой комнате больше всех она опасается меня, а не Эша.

Дэй едва скрывает своё презрения к Эшу, когда помогает своей маме раскладывать банки. Я её не виню: если бы кого-нибудь, кто был мне не безразличен, подсадили на Дурман, я бы тоже возненавидела того, кто это сделал. Дурман — один из самых худших наркотиков; он вызывает зависимость и разрушает жизни.

Он бросает в мою сторону ещё один взгляд и воздух между нами потрескивает от напряжения.

— Эш, а разве ты не должен сейчас быть в другом месте? Например, зависать под мостом? — дерзко спрашивает Дей, ссылаясь на то место, где он встречается со своими клиентами.

Губы Эша сжимаются в тонкую линию.

— Что ж, так приятно было с вами повидаться, преподобный Фишер, Эш. Уверена, вам предстоит обойти ещё много домов до наступления комендантского часа, так что не будем вас задерживать, — говорит Самрина, быстренько выпроваживая их за двери.

Преподобный Фишер смотрит на меня, и его рот дёргается. Он знает, кто я такая.

— Вы правы, мы должны идти. Надеюсь увидеть вас на моей службе в воскресенье, — говорит он, выводя Эша на улицу.

— Это было грубо. Фишеры — наши друзья, — говорит Майкл своей жене, как только та закрывает дверь.

В карих глазах Самрины вспыхивают искорки страха. Она, в самом деле, меня боится. Прежде, я никогда не думала о себе, как об особе, которую боятся, но, когда я думаю об этом, я — дочка Эмиссара. Я могу доставить её семье огромных неприятностей, уличив в общении с «предателем расы», если захочу. И разрушить надежду Дей на попадание в Ускоренную политическую программу.

Майкл-старший смотрит на меня из угла комнаты. Он не боится меня, он не стыдится того, что он дружен с Фишерами и не боится выразить своё мнение по поводу Стражей. Во многих отношениях он очень напоминает мне моего отца.

Дальше ужин идёт гладко. Я очень хорошо проводила время, даже не заметив, как сгустились сумерки. Вой противовоздушной сирены, сигнализируя о начале комендантского часа, удивляет всех нас. Я в панике вскакиваю. Мама меня убьёт!

— Мне нужно идти. Спасибо за чудесный вечер, — говорю я.

— Я провожу Вас до дома, — говорит Майкл-старший, подходя к буфету, чтобы прихватить аэрозоль против Разъярённых, который есть даже у самой бедной семьи.

Дей провожает меня до двери.

— Увидимся завтра в школе?

— Я поговорю с мамой, чтобы она дала согласие пригласить тебя как-нибудь на ужин, — говорю я, вспоминая о нашем уговоре.

— Да ладно тебе. На самом деле, я не очень-то и жду, что ты это сделаешь.

— Я же сказала, что познакомлю, — говорю я, и это правда.