Чтение онлайн

О 50-х гг. они пишут буквально следующее: «Историки, публицисты и политики всего мира изучали, изучают и, всегда, наверное, будут изучать феномен открытия космической эры, теряясь в догадках по поводу причины того, почему первооткрывателем космоса стал далеко не самый богатый и процветающий русский народ…»[4] [с. 151].

Всем этим иностранным специалистам можно только посочувствовать, поскольку они изучают то, что давно известно во всем мире, за исключением некоторых, не развивающихся ныне стран. Свою победу в запуске первого спутника СССР одержал потому, что в этом с ним никто всерьез не соревновался. Еще в 1946 году военные ведомства США пришли к выводу о возможности запуска ИСЗ в 1951 году. Весной 1957 года Вернер фон Браун предложил руководству запустить спутник через 90 дней, но получил отказ. 7 ноября 1957 года ему разрешили провести соответствующие работы, которые он успешно закончил в запрошенный им срок, т.е. через три месяца. Но ведь ему могли разрешить это и весной… Наша победа на этом фоне выглядит исторической случайностью. При этом интересно отметить, что в период 1946-1953 гг. в США вообще не разрабатывались ракеты с дальностью полета больше, чем у Фау-2. Другими словами, из одиннадцати лет (1946-1957 гг.) американцы дали нам семь лет форы, но и в этих условиях могли оказаться на орбите первыми. Нужно гордиться тем, что наши специалисты сумели самостоятельно создать всю необходимую технику и запустить спутник, а не тем, что они это сделали раньше американцев.

Из этого небольшого сравнения двух концепций истории космонавтики видно, что они отличаются буквально на 180°. Более подробно об этом изложено в журнале «Инженер» №6, 2000 г., а также в нашей книге «Приключения на орбитах», М.: МАИ, 1993 г.

Заметим, что мифотворчество в истории техники продолжается и по сей день, в чем нетрудно убедиться, ознакомившись, в частности, с работой [4]. При этом идеологические причины фальсификации истории уступили свое место корпоративным, личным и пр. интересам. Институт истории естествознания и техники РАН со своими задачами по методологическому обеспечению историков техники не справляется и справиться не может. Достаточно сказать, что этим институтом традиционно руководят либо философы, либо бывшие партийные работники, которые не владеют ни предметом, ни методом этой науки. Все его руководители, начиная с Н.И. Бухарина (1933 г.), не имели ни одной исследовательской статьи в этой области. О каком руководстве тут может идти речь? Впрочем, в советское время от руководителя требовалось одно: следить, чтобы история техники, как идеологическое оружие, не оказалось повернутым против самой КПСС, чтобы в печать не проскочила какая-нибудь антипартийная мыслишка. Однако такая ситуация с руководством существует и поныне. Нынешний руководитель института – бывший комсомольский работник – буквально саботировал наши работы. Полтора года он не публиковал в научном специализированном журнале нашу статью о К.Э. Циолковском, не делая при этом к ней никаких замечаний. Не удалось нам добиться даже обсуждения на Ученом совете рукописи этой нашей книги, и она выходит поэтому без «шапки» Института. Несмотря на настойчивые просьбы, нам не дали возможности выступить с докладом о мифотворчестве в истории науки и техники на этом Совете. Когда мы сообщили, что потеряли интерес к этому выступлению и обратимся теперь в СМИ, разгневанный чиновник объявил нам взыскание фактически с угрозой увольнения. Ответственные за мифотворчество в своих областях истории техники исследователи приняли, как это и полагалось в советском государстве, осуждающую меня резолюцию.

Итак, книга вышла, так что все, кто заинтересован в отыскании истины, могут принять участие в дискуссии, чтобы убрать из нее все ее неизбежные в сложившихся условиях огрехи для второго издания.

Свои пожелания и замечания можно направить по адресу: Москва, центр, Старопанский пер., д. 1/5, ИИЕТ РАН.

Выводы

В ходе проведенного исследования коренным образом пересмотрены вопросы о деятельности пионера жидкостных ракет, одного из пионеров космонавтики К.Э. Циолковского, о его приоритетах и вкладе в науку и технику.

Установлено, что представления о его достижениях были преднамеренно фальсифицированы по идеологическим причинам в годы советской власти. Эта фальсификация продолжается и поныне под воздействием интересов тех организаций и отдельных лиц, которые в ней заинтересованы профессионально.

Существо полученных в данной работе результатов, в основном, сводится к следующему.

1. Современные представления о том, что К.Э. Циолковский внес заметный вклад в развитие аэродинамики не соответствуют действительности.

Его первая теоретическая работа в принципе ошибочна, поскольку была основана на нереалистичной теоретической модели, изобиловала мелкими ошибками, а также имела в основании эксперимент, неадэкватный теории. Вопреки утверждению К.Э. Циолковского, ему не удалось исправить неточность, допущенную И. Ньютоном, считавшим, что сопротивление пластинки пропорционально квадрату синуса (а не синусу) угла ее наклона к набегающему потоку; он не смог установить теоретически и первым подтвердить экспериментально зависимость сопротивления от удлинения пластинки. Кроме того, из-за методологических некорректностей все его многочисленные опыты, проводимые по договору с Российской Академией наук, были обесценены, поскольку вызывали закономерное недоверие к достоверности полученных результатов. Он не установил, приписываемую ему, зависимость, состоявшую в том, что потребная мощность двигателей самолетов прямо пропорциональна коэффициенту лобового сопротивления и обратно пропорциональна коэффициенту подъемной силы в степени 3/2.

Позитивным результатом аэродинамических опытов К.Э. Циолковского можно считать лишь выявление некоторой приблизительной качественной картины поведения сопротивления тел различной формы, фактически лишь постановку исследовательских задач. Его основная заслуга в этой области состояла в том, что он привлек внимание ученых к вопросу о необходимости систематических экспериментальных исследований по аэродинамике с использованием аэродинамических труб и стал одним из пионеров в этом вопросе.

2. Утверждения о высоком уровне проектов цельнометаллического управляемого дирижабля и цельнометаллического самолета представляются несостоятельными, поскольку они были попросту научно-фантастическими. Проект дирижабля не был достаточно обоснован теоретически и не учитывал, кроме того, возможности технологии производства металлических оболочек. Попытки воплотить этот проект привел к неоправданной потере средств и времени и были предприняты вопреки мнению крупнейших специалистов России в том числе и Н.Е. Жуковского, и В.П. Ветчинкина. Проект самолета был основан на результатах ошибочного расчета, а также не на самостоятельных идеях К.Э. Циолковского, а, в основном, на конструктивных идеях зарубежных специалистов.

3. Обозначение К.Э. Циолковского как изобретателя жидкостной ракеты представляется неточным: в лучшем случае он может считаться лишь одним из большого количества ее изобретателей, хотя, конечно, он был пионером в этом вопросе.

Основное его предложение в этой области сводится к использованию жидкого двухкомпонентного ракетного топлива вместо твердого, применявшегося с XIII в., и не является приоритетным, поскольку было высказано раньше испанцем Ариасом. Все остальные его предложения, касающиеся конструкции отдельных систем ракеты, были или тривиальны, или носили характер «догадок», «фантазий» автора и не были обоснованы расчетами или экспериментами.

4. Предложение использовать жидкостную ракету для полетов в межпланетное пространство не было К.Э. Циолковским научно обосновано. Его ракета «имела» неработоспособный двигатель из-за больших газодинамических потерь, а также использования ошибочных методов охлаждения.

Кроме того, в одноступенчатом варианте она едва могла выйти на околоземную орбиту, не говоря о межпланетных перелетах; была не способна погасить первую или вторую космическую скорость для посадки на других планетах или возвращения на Землю.

Его предложения о многоступенчатых ракетах появились существенно позже того, как они стали известны в России из работ Р.Х. Годдарда и Г. Оберта, и имели нереалистичный, «экзотический» вид. К.Э. Циолковский был не первым, кто предложил освоение космоса осуществлять на основе использования реактивного принципа движения. Впервые такая идея была высказана Сирано де Бержераком в середине XVII века в научно-фантастическом сочинении.

5. К.Э. Циолковский не является основоположником ракетодинамики, поскольку ему не принадлежит приоритет в решении ни одного уравнения, типичного для этого направления науки. Все свои расчеты он проводил с помощью малообоснованных формул из курса школьной физики, не учитывавших специфику ракетного движения.

6. Он не является также и основоположником теоретической космонавтики, поскольку не владел методами решения ее задач в области астро- и ракетодинамики, термодинамики, теплопередачи и других наук. Недостаточным был и уровень его математической подготовки, примерно соответствующий курсу математики нынешней средней школы.

7. Многочисленные предложения К.Э. Циолковского о воздушно-реактивных двигателях, основанных на превращение в реактивную силу энергии продуктов сгорания поршневых двигателей, не приводящих в движение пропеллер, являются ошибочными и не соответствовали в свое время передовым достижениям в теории ВРД.