Чтение онлайн

Дар Сахлуна не является единичным, для Х в. известен ряд книжных пожертвований тому же монастырю, как об этом свидетельствуют сохранившиеся на них записи (семьи Абдаллаха из Тагрита, Авраама Александрийского и др.). Это явление связано с общим тяготением сирийцев к культурному центру, расцветшему в эту эпоху в Скитской пустыне.

Из этого монастыря рукопись попала в сокровищницу Публичной библиотеки. В 1853 г. Дорн написал "Uber vier von der Kaiserlichen offentlichen Bibliothek zu St.-Petersburg im Jahr 1852 erworbene syrische Handschriften".4

В числе четырех рукописей, купленных Публичной библиотекой за 2500 руб., был и этот драгоценный манускрипт. Дорн называет и лицо, их продавшее, - Пахо (Pacho), которому обязан своими сирийскими рукописями и Британский музей. Райт говорит о "злоупотреблениях", вследствие которых рукописи не были доставлены в Лондон, а были перепроданы в Петербург.

В 1866 г. над нашей рукописью работал Райт. Он сообщает об этом в предисловии к изданию апокрифических деяний апостолов.5 Он дал описание рукописи и переписал ее. Эту работу, по указанию Мак-Лина, он закончил к 1867 г., но издавать ее медлил.

В книге записей Российской Публичной библиотеки отмечено, что 6 сентября 1896 г. сирийская рукопись Евсевия Кссарийского была отправлена в Люттихский университет для работы Беджану. Подтверждает это и Боджан в предисловии к своему изданию, только начало работы датирует январем 1897 г.

В том же 1897 г. Беджан опубликовал свой труд. Он напечатал его несторианским шрифтом и вокализовал, что, по его заявлению, представилось нелегкой задачей. Между тем в 1895 г. список и описание нашей рукописи Райта были переданы Мак-Лину, который закончил тщательную подготовку материала к печатанию в 1898 г. Кроме рукописи Российской Публичной библиотеки, Мак-Лин привлек материал Британского музея, прежде всего манускрипт Add. 14634, описанный Райтом.6 Это пергаментный список в 130 листов, писанный в два столбца по 26-36 строк четкой эстрангелой VI в. Он содержит пять первых книг "Церковной истории" Евсевия и почти не имеет лакун. Сохранилось только имя переписчика - Илии, дата и место переписки выцарапаны, на их месте находится пометка 932 г. знаменитого игумена Моисея Нисибийского, собирателя и хранителя библиотеки сирийского монастыря Скитской пустыни. Этой рукописью, переписанной для него каким-то анонимным лицом, пользовался и Беджан. Мак-Лин положил ее в основу своего издания для первых пяти книг. Кроме того, он использовал ряд мелких отрывков, хранящихся в Британском музее (Add. 12154, 7157, 14650 и т. д.).

Существенной добавкой к сирийскому тексту были подстрочные замечания, данные по древнему армянскому переводу профессором Адальбертом Мерксом. Две рукописи, представляющие этот перевод, относятся к XVII в., третья, тоже поздняя, без даты. Еще до издания сирийского перевода на IV конгрессе ориенталистов во Флоренции в 1878 г. Мерке доказал, что армянский перевод Евсевия, изданный с вышеупомянутых рукописей Giari (две из них хранятся в Венеции, одна в Вене), сделан с сирийского, а не с греческого языка.7

Ряд интересных соображений относительно времени этого перевода он высказал и в предисловии к изданию Мак-Лина. По свидетельству Моисея Хоренского (или псевдо-Моисея), в первой половине V в. в Эдессу были посланы Исаак и Месроп, которые работали там над переводами отцов церкви (Моисей Хоренский, III, 60). Он же сообщает о том, что в Эдесской библиотеке хранились различные архивы (Моисей Хоренский, II, 10), о чем он знает из хронографа Юлия Африкана. Об этих же архивах в связи с "Учением апостола Аддая" упоминает и Евсевий Кесарийский (Euseb., I, 13, 5). В Эдессе была, вероятно, написана и рукопись Публичной библиотеки. Возможно, что в плане общих работ по переводу отцов церкви был сделан с сирийского и перевод Евсевия, стиль которого чрезвычайно близок стилю армянского перевода этого времени Афраата. Так, как разработан вопрос о деятельности армянских переводчиков V в. Тер-Минасьянцем, он совершенно подтверждает в своих общих выводах точку зрения Меркса.8

В истоках своих армянское христианство было весьма близко сирийскому, и тут сирийцам пришлось играть роль учителей и переводчиков, чем они были и для арабов. Вещественным доказательством этой близости является та подклейка из армянской рукописи в нашем манускрипте, о которой речь уже была.

Наша сирийская рукопись относится к 462 г., перевод был сделан еще раньше. Ряд ученых считал возможным предположение, что перевод был сделан еще при жизни Евсевия. Интересно, что Ефрем Сирин, не знавший греческого языка, дал сведения из Евсевия, следовательно, располагал каким-то его переводом. Даже строгий Эдуард Шварц согласен датировать сирийского Евсевия +- 400 г.9

Насколько ценным представился этот материал, видно из того, что редакторами серии "Тексты и исследования" было предложено сириологу Нестле дать его немецкий перевод. Задача эта была выполнена Нестле, причем он дал и введение к этому переводу,10 в котором отмечает, что текст рукописи Публичной библиотеки и Британского музея представляются не просто копиями относительно друг друга, а что младшая рукопись (Британского музея) претерпела известные изменения.

Древность рукописей сирийского перевода превосходит на много столетий греческие, из которых только одна может быть датирована ?-XI вв., другие еще более поздние. Увеличивает ценность и ранний перевод, сделанный с греческого в области, территориально близкой автору истории. Это заставляет особенно внимательно отнестись к тем разночтениям, которые дает сирийский текст по сравнению с греческим.11

Красота и древность нашей рукописи (она занимает второе место среди датированных сирийских рукописей, старше нее только рукопись 411 г.
– Add. 13.150) заслуживают пожелания видеть ее в фототипическом издании.

СИРИЙСКАЯ КУЛЬТУРА

СРЕДНИХ ВЕКОВ

И ЕЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ

Сирийская культура средневековья имела широкое распространение среди многих народов и оказала большое влияние на развитие мировой культуры.

В III в. н. э. сирийцы утратили свою политическую самостоятельность. Небольшое княжество Осроена (типа мелких эллинистических государств) с центром в Эдессе, зажатое между Ираном и азиатскими провинциями Рима, было вынуждено уступить натиску мощных соседей, которые разделили его между собой. Сирийцы оказались на территории Римской империи, а позднее Византии, с одной стороны, и в областях. принадлежавших сасанидскому Ирану, - с другой.

По-новому в сирийской передаче звучит и такое указание (Eusebius. Hist. eccl., III, 39); "И этот Паппий, о котором мы теперь упоминали, упоминает о словах апостолов, которые он принял от тех, которые были спутниками их, от Аристона и от пресвитера Иоанна". Британская рукопись вставляет "и от Аристона", но это нарушает правильный контекст сирийского, где под сопровождающими апостолов подразумеваются именно Аристон и Иоанн (Еusebius. Hist. eccl., III, 39 (fol. 60b, col. II)):

Но и ранее предприимчивых сирийцев можно было встретить далеко за пределами родной Месопотамии. Их торговые связи простирались на западе до Галлии, охватывая все Средиземноморье. Только арабское завоевание ставит предел продвижениям неутомимых купцов. Знаменательный для Ближнего Востока VII век для Запада отмечен как век, которым кончается сирийская торговля на территории нынешней Франции. К этому времени со страниц источников исчезают сведения о сирийцах и нельзя найти надгробий с их именами на кладбищах, как указывал крупнейший историк средневекового Запада Пиренн.

Что касается Востока, то сирийцы держали в своих руках крупную и мелкую торговлю не только месопотамских городов, но и сиро-палестинского побережья, составляя здесь основное ремесленное и земледельческое население. Они поддерживали самую тесную связь с Арменией, одна из областей которой Арзанена, или Арзан, - была населена как армянами, так и сирийцами. Торговые сношения создали благоприятную почву для сирийского влияния на всем Закавказье.

С караванами по "пути благовоний" сирийцы ходили в Йемен; они знали о делах химьяритских царей, имели точные сведения об Аксуме. По волнам Персидского залива и Индийского океана сирийцы и персы, перенявшие у сирийцев христианство в его несторианской форме, достигали западного побережья Индостана. Греческий путешественник и купец Козьма Индикоплов около середины VI в. обнаружил на Тапробане основанную сирийцами несторианскую колонию. Сирийская письменность Малабара (с западных берегов Индии) до настоящего времени представляет интереснейший материал.