Чтение онлайн

– Не очень-то оригинальная тема. Все равно без фактов и конкретных деталей – это мертвый материал.

Мужчина помедлил, словно решая, продолжать ли разговор.

– Это касается гомосексуального домогательства, – проговорил он наконец.

Чилла даже не шевельнулась. Она перебирала в памяти случаи, о которых когда-либо слышала. На слуху была пара имен высокопоставленных лиц. Но незнакомец назвал, по крайней мере, три круга в высших сферах, а значит, были и другие имена…

Итак, гомосексуальное домогательство.

– Я вся внимание, – как можно равнодушнее сказала Чилла.

Он нервно затеребил лацкан пиджака, а потом сунул руки в карманы.

– Некоторые высокопоставленные чиновники, например, пригрели под своим крылышком подчиненных, которые ровным счетом ничего не делают.

– Что ж, – сказала Чилла, – бюрократия есть бюрократия. Без балласта не обойтись.

– Но так не должно быть! – запальчиво воскликнул незнакомец. – Многие из нас хотели бы проявить себя на службе, но начальники продвигают только любимчиков.

Чилла заметила, что он раздражен. Возможно, им движет обида?

– Вам кажется, что вас обошли по службе? – как можно доброжелательнее спросила она.

Он начал что-то говорить, но его голос был едва слышен:

– В том-то и дело, что достойные люди обойдены по службе. Со многими поступили нехорошо… Налогоплательщики даже не подозревают, что они оплачивают содержание не чиновников, а бездельников и извращенцев, которые используют свое служебное положение для того, чтобы…

– Вы испытывали на себе подобные домогательства?

– Совершенно верно.

– Можете сказать что-либо конкретное?

Мужчина замялся.

– Мне нужны подробности, Робин, – настаивала Чилла. – Я уже говорила вам об этом.

– Я обозначил тему, – возразил он.

– Только в самых общих чертах, – сказала она. – Объясните мне, что вы хотите конкретно от меня?

– Я хочу, чтобы вы разоблачили этих людей.

– Но я не могу иметь дело с безымянными личностями, тем более когда дело касается высокопоставленных лиц. Мне нужны имена, даты, места, документальные подтверждения… Вам они известны, мне – нет.

Чилла пристально смотрела на собеседника. Он нахмурился и сжал губы.

– Поймите, – продолжала она, – это обычное дело. К нам приходят люди, делятся с нами своей информацией, мы ее проверяем, а потом публикуем. Уверяю вас, ваша анонимность не будет раскрыта! – Чилла догадывалась, что перед ней не просто обиженный тип – обычно именно эти люди и дают журналистам такую информацию. Вот если бы он потерял работу или был понижен в должности, тогда у него был бы повод для мести. Здесь было нечто другое. Нечто очень личное. Что именно – ей и надо было выяснить. – Но почему вы обратились именно ко мне? И зачем вам предавать это гласности?

Он отвернулся.

– Потому что это нехорошо.

– Но почему это вас так задевает? – не унималась Чилла. – Вы лишились работы?

– Нет-нет, работа у меня есть.

– А где вы работаете?

Она не подала виду, что узнала в нем того человека, что разговаривал с ней на дипломатическом приеме.

– Это к делу не относится.

– Нет, относится. Иначе я не могу вам доверять.

– Это не имеет значения, – упрямо повторил он.

– Тогда я могу предположить, что вы «голубой» и просто хотите отомстить вашему партнеру, – неожиданно заявила она.

Ей нечего было терять.

Он как будто оживился.

– Вы можете предполагать все, что вам угодно, – сказал он. – Дело не в моей личности.

– Но вы, а не кто-нибудь другой вытащили меня сюда, черт возьми!

Она специально старалась его задеть. На крайний случай у нее был припасен особый аргумент, о котором говорил Джеффри. Она назовет его трепачом.

– Так вы напишете об этой истории? – поинтересовался он, делая шаг назад.

– Я бы написала, но вы так ничего мне и не рассказали. Давайте, мистер Робин. Выкладывайте что-нибудь посущественнее или давайте попрощаемся. Не собираюсь вас уговаривать.

Он покачал головой и зашагал прочь. Потом вдруг остановился и, обернувшись, пробормотал:

– Вам что-нибудь известно о том, что на Ближнем Востоке к нашим дипломатам намеренно подсылают «голубых»?

– Что вы имеете в виду?

– А вам известно, что один из членов президентской команды состоит в связи с человеком, который представляет интересы определенного лобби?

– О ком идет речь?

Но Робин только покачал головой и быстро пошел прочь. Когда Чилла его окликнула, он лишь ускорил шаг. Не прошло и минуты, как она снова была одна на пустынной автостоянке. У нее опустились руки.

– Но мне нужно знать еще хоть что-нибудь! – выкрикнула она в ночь. – Мне нужны факты!

Но ответа не было. Оставалось надеяться, что Робин успел услышать ее возглас.

Сенатор Уильям Маршалл решительным шагом шел по коридору министерства торговли. В приемной он назвал секретарше Блейка свое имя.

– Он меня ждет, – добавил сенатор.

Если б его воля, Уильям Маршалл ни за что бы не стал искать этой встречи с зятем. Несколько недель он не решался на разговор, хотя они не раз виделись на приемах. Впрочем, вокруг было много посторонних, и возможности для откровенного разговора не представлялось.

– Билл!

В дверях кабинета показался Блейк и пригласил сенатора войти.

Они обменялись рукопожатием, а затем уединились в кабинете Блейка.

– Меня удивил твой звонок, – сказал Блейк. – Все в порядке?

Уильям опустился в глубокое кресло.

– Я бы не сказал. Поэтому я и пришел поговорить с тобой.

Блейк уселся в свое вращающееся кресло и наморщил лоб.

– А что такое?

– Мне надо поговорить с тобой о Данике. Когда ты с ней в последний раз виделся?

Блейк натужно улыбнулся.

– Она приезжала в прошлом месяце. И еще мы оба видели ее на приеме у Уэйнера.

– И с тех пор ты с ней не виделся?

– Она очень занята работой на радио. Для нее это прекрасная возможность проявить себя. Ты так не считаешь?

Уильям пропустил вопрос мимо ушей.

– Какие у вас планы на лето? Собираетесь отдохнуть вместе? – поинтересовался он.

Блейк насторожился.

– Не думаю, – проговорил он. – Обычно лето Даника проводит в Мэне.

– Хорошо бы, чтобы и ты был там.