Чтение онлайн

— И куда мы будем держать курс? — Слабым голосом осведомился Стефан, с лица которого неестественная бледность немного спала, но окончательно так и не ушла. Впрочем, Олег этого ожидал после проведенной экспресс-диагностики. Поразившее сибирского татарина проклятье, судя по всему, относилось к числу быстродействующих боевых и должно было вытянуть из толстяка всю прану, заменяя ту некросом и превращая жертву в нежить, безумную, но крайне могущественную. И если подобные чары не убили цель сразу, не сумев толком одолеть защитные амулеты и ауру может и не сильно умелого, но без сомнения могущественного одаренного четвертого ранга, то выздороветь его друг должен был относительно быстро. Суток за пять. Впрочем, Полозьев и при частичной боеспособности с общей слабостью оставался достаточно опасен, дабы в одиночку разогнать десяток обычных солдат или в одиночку припереть в помещение с алхимреактором какой-нибудь бочонок литров на пятьдесят. И примерно той же продуктивности можно было ожидать от других раненных, которым Олег разрешил оставаться на ногах. — В южный Китай? Так там после нежити и японцев кроме руин и нету-то толком ничерта. А приземляться нам лучше ближе к Пекину, а еще лучше прямо во дворе консульства Возрожденной Российской Империи. Нейтралы и формальные союзники в лице всяких полевых командиров и самостийных феодалов могут оказаться к нам столь же дружелюбными, как и подданные султана. Особенно если поймут, что амуниция зашедших к ним в гости чужаков по большей части дороже своего веса в золоте.

— Да, поближе более-менее надежных союзников у нас нет...Или есть, но мы про них не знаем, — согласился Олег оглядывая помещение и с неудовольствием отмечая, что никаких географических карт в нем конечно же нет. Как и навигационных приборов, если компаса не считать. Придется им ориентироваться по звездам и, возможно, некоторым наземным достопримечательностям, которые даже с большой высоты тяжело пропустить. Вроде Великой Китайской Стены или Гималаев...– Но я бы такие далекоидущие планы строить не стал. Чувствую, слишком многое у нас еще изменится....

Глава 8

О том, как герой соглашается с генетикой, отрывает голову и шагает в пламя.

— Знаешь, Олег, а вот сейчас я даже рад, что не так много моих родственников в этот раз на войну вместе с нами решило отправиться, — устало простонал Стефан, откидываясь спиной на какой-то шкаф и поглубже зарываясь в груду не слишком-то чистого тряпья, недавно бывшего одеждой кого-то из осман. Однако потом прежних владельцев этой вещи пробили насквозь в четырех местах и еще немножечко забрызгали тем, что находилось внутри ближайших нескольких человек. В итоге вполне крепкая некогда ткань превратилась в откровенный мусор, которым бы и большинство старьевщиков побрезговало. — Мы хоть и живем в Сибири, но холод как-то не особо любим...Во всяком случае, когда это не просто пробежка по зимнему лесу или там купание в проруби, а лютый дубак, от которого при всем желании никуда не деться. Наверное, это наследственное...

— Ага, генетическое, — согласился с ним чародей, поправляя османский мундир какого-то то ли янычара-ветерана, то ли воздушно-армейского прапорщика, которым он себе ноги закутал и чуть приподнимая вверх капюшон мантии, постоянно сползающей ему на глаза. Кровь с тряпок, богато украшенных вышивкой, текстом молитв на арабском и даже чем-то вроде портрета какой-то бородато-косматой личности, но напрочь лишенных волшебных свойств, удалось в основном удалить, спасибо гидромантии. Но именно что «в основном» и был бы боевой маг чуть более брезглив, и ни за что бы не использовал эти вещи, стянутые с покойников. Или если бы он мерз меньше хоть капельку. — У всех людей до одного проявляющееся. А у людоящеров так вообще в острой форме, что служит столь же весомым доказательством нашего родства, как и соски на грудях их женщин...

Три представителя данной расы, сгрудившиеся вокруг алхимреактора и едва не обнимающие сложнейший артефакт, в основе своей, как ни крути являющийся всего лишь печкой, на эту сентенцию ничего не сказали. То ли были согласны со своим капитаном, то ли не хотели с ним спорить, а то ли и вообще окончательно впали в оцепенение, не в силах вынести лютый мороз, царящий в единственном более-менее пригодном для жизни помещении на борту останков захваченной баржи.

Олег, вполглаза следящий за работой алхимреактора, дабы не упустить момент, когда следовало загрузить в это странное техномагическое устройство новую порцию топлива, отвлекся на какое-то подозрительное движение на периферии своего зрения, сопровождаемое легким хрустом сминаемого снега. Полупрозрачное и не совсем материальное существо, отдаленно похожее не то на крылатого червя, не то на вытянутого подобно таксе крохотного птеродактиля, расшвыривало в стороны намороженный усилиями гидромантов теплоизолятор и пыталось вползти в помещение прямо сквозь стену. Чародей поморщился и наполнил находящуюся в твердом агрегатном состоянии воду своей магией, заставляя ту разорвать мелкого духа в клочья эктоплазмы. Оторванная голова еще пару раз дернулась и клацнула пастью, в которой виднелись призрачные, но наверняка вполне себе острые зубы, а потом замерла и тоже потихоньку стала превращаться в однородную киселевидную субстанцию, источающую запах грозовой свежести. Подобные существа самых разных форм, размеров и степени опасности, привлеченные не то редкими на подобной высоте аурами людей, не то банальным теплом, которое просачивалось в остальную часть судна появлялись не сказать, чтобы часто...Но и не редко. На летучие корабли подобные паразиты не проникали — работающие практически в пассивном режиме барьеры её банально отпугивали, поскольку казались слабым неразумным существам слишком опасными, дабы с ними связываться. Однако держащиеся в небе на честном слове обломки подобной защиты не имели: и энерговоды от неаккуратного обращения просто оплавились, и не сильно большие запасы топлива хотелось растянуть на как можно больший срок. Приходилось целителю помимо забот о ходе восстановления организмов своих пациентов еще и следить, дабы никто от них кусочек втихаря не отгрыз. Бодрствующие-то бойцы подобную наглую мелочь прибьют ударом кулака, если не щелбаном, вот только инстинктов тварюшкам как правило вполне хватало, дабы нацеливаться на спящую или бессознательную добычу.

— Господин капитан, я тут пока обломки разбирал тайник нашел с каким-то белым порошком, который раньше кто-то из матросов под порог запрятал! — Дверь, ведущая в помещение, отворилась под скрип несмазанных петель, свист мгновенно устремившегося наружу теплого воздуха и злобный рык единственного одаренного, который с грехом пополам и при помощи самодельной барьерной рунной цепочки мог сойти за аэроманта, а потому непрестанно находился в помещении, обогащая воздух кислородом. Проблему теплоизоляции решили относительно легко и просто, едва не доведя данную часть судна до полной гермитичности, но разряженная на большой высоте атмосфера и ежесекундно выдыхаемый бойцами углекислый газ требовали иного подхода. Не найдись в отряде подобного умельца, пришлось бы обломкам судна двигаться куда ниже, и с куда как большим риском, ведь долго переносить зверские условия, примерно соответствующие особо ненастной погоде на вершине Эвереста, не могли даже организмы одаренных. Тем более слабых одаренных, вдобавок перенесшие изрядное злоупотребление алхимическими стимуляторами и страдающие от последствий экстренного исцеления ран. Обычные синяки и порезы Олег конечно же убрал без следа, но когда доспехи его подчиненных оказывались пробиты, то в четырех случаях из пяти против них использовались боевые артефакты. И далеко не самые поганые. Опытный целитель обычно мог исправить и это, однако времени ему требовалось гораздо больше. Или медикаменты, которых не было. Впрочем, как и еды, нужной бойцам для скорейшего восстановления сил. — Вот только кажется мне, что это не соль...И не мука...

— Браун, напомни мне, а ты у нас откуда? — Задал Олег вопрос одному из пяти своих подчиненных, которые себя чувствовали достаточно хорошо, дабы без жизненно важного повода покидать теплое и насыщенное кислородом помещение, шастая по остаткам корабля в поисках ценностей или дефектов, которые надо срочно устранить, дабы все опять не начало сыпаться. Этого наемника он завербовал еще в США рассматривая узкую стеклянную бутыль, фактически пробирку, плотно запертую фигурной крышкой стилизованной под расправившую крылья летучую мышь с торчащими из-под верхней губы большими клыками. Дар оракула нашептывал чародею, что это отнюдь не случайно и служит своеобразным знаком качества товара, пусть даже к упаковке данного вещества вампиры Южной Америки не имеют ни малейшего отношения. Только к самой субстанции.

— Ирландия, — пожал плечами ведьмак, которому было слегка за пятьдесят, пусть даже выглядел он максимум на сорок. — Именно на острове святого Патрика я родился, вырос и под руководством деда стал что-то из себя представлять, потом во флоте долго отирался, остался после очередного рейса в США, пару лет паровозы охранял от налетчиков-индейцев, но деньги быстрее тратились, чем копились, вот и отправился с вами лучшей доли искать...А что?

— Белую дурь ты нашел, — фыркнул еще один наемник, завербованный в Северной Америке, только на сей раз смуглый, как и положено всем индейцам. И судя по паре обмолвок, человеком он был не слишком законопослушным...Хотя бы потому, что законы частенько помещали его соплеменников где-то между китайцами и собаками. Правда, вряд ли этот парень участвовал хоть в одной попытке ограбления поезда, ибо проживал в Мексике, где таковые достижения технической мысли можно было по пальцам пересчитать. Очень уж они раздражали тех, кто служил последним атлантам, напоминая о достижениях человеческой цивилизации, свободной от немертвого ига. — Кровососы её гонят и на неё же подсаживают своих рабов, дабы те охотнее им служили.

— Я слышал, что первый десяток раз особого вреда от неё не будет, только появится способность по несколько суток не спать, бодрость духа, да и магия станет более подвластной. — Поддакнул ему еще один боец родом примерно из тех же краев, только на сей раз темнокожий. — Да и потом вроде бы можно бросить, если не слишком злоупотреблять...

— Я тебе как медик говорю, что это дурная затея, которая может привести только в раннюю могилу. — Нахмурился Олег, которому очень не понравилось то направление, в котором начинал двигаться разговор. Скрепя сердце целитель признавал, что в определенном смысле его подчиненный был прав. Но в то же время потворствовать наркомании не собирался! — Во-первых, эта штука, конечно, заставит тебя забыть о боли и усталости, но процесс-то будет идти за счет ресурсов организма, тех самых, которые использованные алхимические стимуляторы основательно подточили. В результате выхлоп получится на десять копеек, а ущерб на рубль. Во-вторых, психологическое привыкание может оказаться сложнее сломать, чем физиологическое, и человек сам не заметит, как станет рабом удовольствия, даруемого порошком. Ну и, в-третьих, вы чего, вампиров не знаете? Когда эти дохлые ублюдки делали для смертных ну хоть чего-то хорошее без двойного, а то и тройного дна?

— Действительно, добра от этой богомерзкой нежити ни одному честному христианину ждать не приходится... — Скривился ирландец, с брезгливой миной рассматривая сосуд, в котором было плотно упаковано не меньше сотни грамм чистого кокаина. Ну или не очень чистого, если те кто изготовил ему столь оригинальную и броскую упаковку заодно разбодяжили товар. — И от той, с которой проклятые католики сдружились, тоже вообще-то...Мда, ну и находочка! Уж лучше бы в том тайнике соль была...

— А что, кто-то нашел мясо, чтобы его пожарить? — Заинтересовался Стефан, чей организм потихоньку отходил от действия посмертного проклятия. И очень хотел есть. Но увы, к огромному сожалению толстяка, способного хоть свежей корой питаться, ни коры ни чего-то более калорийного в небе добыть было нельзя. Птицы на такой высоте не летали, а воздушные элементали, во-первых, представляли из себя слишком большую угрозу, а во-вторых, как по большей части энергетическая форма жизни в плане питательности уступали даже кожаным ремням и сапогам, использование которых в качестве хоть какого-то пищезаменителя Олег последнее время рассматривал в своих мыслях все чаще и чаще. Воду для отваривания ведь он наколдует в практически любых количествах, за огнем тем более дело не станет. Да и шансы нарваться на синтетику в этом мире были минимальные — подобные материалы как бы есть, но их еще поди найди...– Учтите, я осман жрать не намерен! Даже пока они относительно свежие!

— Ничего, на таком холоде им все равно не испортиться... — Пожал плечами Браун, а когда на нем скрестились ошеломленные и малость шокированные взгляды мгновенно поправился. — Ну, в смысле вонять не будут! А еда...Ну что еда...Потерпим, раз уж кухня с её запасами осталась где-то на ныне уничтоженных палубах. А как совсем оголодаем — снизимся и поохотимся. Бомбу может какую в реку скинем, бомбы же у нас есть в отличии от пайка...Да и еды нам надо не сказать, чтобы много, не так уж и много нас и осталось...