Близкий враг
Шрифт:
– Привет. Как у тебя дела?
– У меня-то хорошо, ты сама как? Раньше ты так сильно не болела…
– Раньше я и не выбегала на мороз в платье, - засмеялась я.
– Да уж…Я принесла тебе одежду и твой телефон.
– Спасибо, большое… Скажи, как там дома? Нет никаких новостей от Рената?
– Дома у вас суета и паника. Несколько газет и журналов уже выпустили статьи о «скандальном похищении невесты» - изобразила она пальцами кавычки.
– Представляю, в каком папа бешенстве…
– И не говори, твоя мама даже осталась у нас на ночёвку, потому что, как она сказала, не могла больше слышать крики по всему дому. Досталось даже Рустаму, но и он уехал к друзьям. Так что, папаня твой бушует в одиночку.
– Ну и пусть бушует, - равнодушно ответила я, - ему полезно. Пусть не думает, что может контролировать всё и всех вокруг.
Мы ещё немного поговорили с Зариной, но потом она сказала, что ей пора на работу, и быстро попрощавшись, ушла. Оказавшись снова в своей палате, я подключила телефон к зарядке и обнаружила целую кучу пропущенных звонков. Ночью в день свадьбы мне несколько раз звонил Амир и мама. За вчерашний день было 11 пропущенных от Тимура и несколько сообщений. А сегодня он звонил в 7 утра. Переведя дух, я решилась и перезвонила ему.
– Ну, наконец-то, я уже собирался подавать в розыск, - услышала я его шутливый, но обеспокоенный голос.
– Я была занята…
– Целый день? У тебя всё нормально? Видел вчера в офисе Амира, он был зол и несколько раз пытался вывести меня из себя во время собрания.
– Он всё узнал, - призналась я.
На том конце повисла тишина.
– И что? – наконец, заговорил он, - он что-то сделал?
Теперь я замолчала, подбирая слова.
– Ответь мне? Что он сделал? Ударил тебя?
– Нет…то есть, да, но не сильно, честно, - начала я оправдываться, не зная, что он сделает или скажет.
– Я убью его…
– Нет, - закричала я, и быстро, так, чтобы он не смог меня перебить, заговорила, - прошу тебя, не нужно. Он будет молчать и никому не расскажет про нас, но если ты сделаешь что-то, все могут узнать. Он съехал с квартиры, и мы больше не будем жить вместе. Просто будем, как и раньше изображать мужа и жену, когда потребуется.
– Ты в своём уме? – повысил он голос, - где ты сейчас?
– Я... Завтра вечером, или послезавтра, я снова тебе позвоню. Мы пока не можем увидеться.
– Почему? – недовольно спроси он.
– Пожалуйста, не спрашивай. Пообещай, что ничего не предпримешь, пока мы снова не поговорим. Не трогай Амира, ладно?
– Я постараюсь, - после недолгого молчания ответил он.
– Спасибо…Мне пора.
После разговора с Тимуром, я почувствовала небольшое облегчение. Но потом вспомнила, что проблемы на этом не заканчиваются и нам ещё многое предстоит обсудить. Я до сих пор не могу смириться с тем, что в положении. Я совсем не ощущала каких-то изменений в организме, меня не мучали токсикозы и меня не тянуло на какие-то продукты. Неужели, внутри меня была маленькая жизнь? Разве, я не должна была испытать мгновенную любовь к своему ребёнку, как только узнала о его существовании? Конечно, я буду беречь его, а любовь придёт со временем, я просто ещё не совсем осознала всю ситуацию. Но вот что делать с Тимуром? Вдруг, он не захочет этого ребёнка, и заставит сделать аборт? Он ведь говорил, что ему не нужна семья… Но, в то же время, если я оставлю этого ребёнка, моя жизнь будет полностью разрушена. Амир никогда не согласится принять его и воспитывать. Да и будет это полным свинством по отношению к нему. Я итак виновата перед ним, и о прощении могу даже не думать. Я задела его мужскую гордость, когда предпочла ему Тимура – человека, которого он ненавидел. А отец откажется от меня, и я останусь ни с чем. Как же всё запуталось…
На 2 часа дня у меня был приём у гинеколога. Ею оказалась женщина под 40, грузная и серьёзная.
– Здравствуйте, - поздоровалась я.
– Разденьтесь за ширмой и возьмите халат, - вместо приветствия указала она в сторону, где стояла ширма.
Пройдя туда, я стянула с себя одежду и надела медицинский халат, который завязывался сзади. Женщина жестом указала на кресло, в которое нужно было сесть. Смущаясь, я всё-таки села, и врач начала осмотр. Все её движения были пропитаны грубостью. Конечно, подумала я, денег-то не было предложено. Я просидела весь осмотр не произнося ни звука.
– Плод развивается нормально, - заключила она, - вставайте.
– Есть какие-то указания или ещё что-то?
– Ещё что-то, - усмехнулась она, повторяя мои слова, - нет никаких указаний. Приходите каждый месяц на обследование и в случае чего, будем давать вам знать.
– Значит, я могу возвращаться домой? Не нужно оставаться ещё и сегодня?
– Если доктор даёт добро, то не вижу причин держать вас здесь и занимать палату.
– Хорошо, - сказала я, и быстро переодевшись и попрощавшись, ушла.
Я нашла своего лечащего врача, и после недолгих уговоров, получила разрешение вернуться домой. Вызвала такси и уехала прочь из этого места, насквозь пропахшего болезнями и лекарствами.
Уже дома, я решила сначала зайти к той самой соседке. Она открыла почти сразу.
– Диана? – улыбнулась она, - Рада видеть тебя. Как ты себя чувствуешь?
– Спасибо вам большое, что помогли мне. Я не знаю, что бы я делала, если не вы.
– Это пустяки, любой бы на моём месте поступил также…Не стой на пороге, проходи внутрь, - предложила она.
– Спасибо за приглашение, но я хочу немного отдохнуть. Но я обязательно ещё зайду.
– Подожди, я отдам тебе ключи, - начала она рыться в карманах, - вот, возьми. После того, как тебя забрали, я вошла к тебе в квартиру и убрала там, а потом закрыла.
– Я очень вам признательна, но не стоило утруждать себя. Не знаю, смогу ли отблагодарить вас.
– Всё нормально, - улыбнулась она.
Оказавшись в квартире, я вздохнула с облегчением. Даже и не подозревала, что я так сильно привыкла к ней.
Я прошла в ванную и смыла с себя все запахи больницы, а потом легла в кровать.
Я подумаю обо всём завтра.
Глава 12
Следующие два дня я провела дома в одиночестве. Звонить Тимуру я не стала, так как была уверена, что он захочет увидеться, а я не хотела злить его ещё больше, если он вдруг заметит синяк на моей скуле. Вышла из дома только один раз, чтоб заполнить холодильник едой. В первый раз в жизни, я не стала бросать в тележку всё что нравилось, а подошла к выбору продуктов с ответственностью, так как теперь должна была питаться правильно. На третий день моего пребывания дома, я уже сходила с ума от скуки, так как выключила телефон, чтоб никто не звонил, а фильмы смотреть уже надоело. Танцы теперь точно были под запретом, и я с грустью смотрела на закрытую дверь своей комнаты. С домашнего телефона я связалась с Ренатом, и узнала, что он уехал с Аминой в Москву и возвращаться, не намерен. Он поговорил с родителями Амины, и они, на удивление, оказались более податливыми и мягкими людьми, по сравнению с нашим отцом. Конечно, они не были в восторге от мысли, что теперь им придётся объясняться со своими родственниками, но счастье дочери оказалось для них намного важнее людских мнений. Я порадовалась за брата, и поздравила Амину. Она была приятной девушкой и самое главное, любила моего брата. Больше мне и не нужно было. Пообещав звонить им почаще, я отключилась.
Приняв душ, я уже собиралась ложиться спать, когда услышала звонок в дверь. Испугавшись, что это Амир, я, стараясь не шуметь, на цыпочках подошла к двери и заглянула в глазок.
Это был Тимур. Моё сердце замерло при виде него. Он был в деловом костюме, наверняка, только с работы. Галстук был слегка расслаблен, а верхние пуговицы расстёгнуты. Волосы растрепались, будто бы он часто проводил по ним рукой. Я вздрогнула, когда он снова потянулся к звонку, и по квартире раздался звон. Я быстро посмотрела на себя в зеркало и руками постаралась пригладить волосы. На мне были джинсы и простая футболка. Менять сейчас что-то не имело смысла, я всегда чувствовала себя рядом с ним как обычный подросток, кем, в прочем, и была.