Чтение онлайн

– Глупости доктор, мы предохранялись. Я всегда очень осторожна в сексе!

Клосс был разочарован. А может, и нет. Может это просто ловкая авантюристка, таким ответом отметающая возможность разоблачения? Да нет, ведь Крис Джордан действительно очень похож на пациента. А раз Джордан существует, то, почему ему не иметь и невесту? Глупый вопрос. И только сейчас врач вспомнил о красавице Джине сидевшей в его кабинете. Вот черт! Запутаешься с этими невестами!

Клосс быстро, почти бегом направился в кабинет. Он ожидал, что уставшая от ожидания модель уже ушла, однако его разочарованию не было придела. Мало того, что в кабинете сидела мисс Хекман, так еще на против нее

сидел инспектор Пирс. Они о чем-то оживленно разговаривали и, видно было, что предмет разговора интересовал обоих. При появлении Клосса

они оба замолчали и раздраженно посмотрели на него.

– Я вам не помешаю?
– Спросил он.
– Вообще-то это мой кабинет.

Он прошел к своему месту.

– А вы не забыли, что я вас здесь жду!
– Разозленная всем происходящим, а особенно тем, что ей вообще здесь приходится находится Джина нашла повод для возмущения!

– И нет ни чего:

– Так вы утверждаете, что тот, человек, которого вы видели, это не кто иной, как Стив Сазерленд?
– Стефан не стал дослушивать Джину. Как она похожа на Марию Залески! Чем же? Нет не внешне. Выражением лица, уверенностью в своей неотразимости: Нет, что то есть в обеих хищное.

Да точно. Именно этим.

– Да, - Ответил Пирс.
– Утверждаю!

– И я утверждаю!
– Добавила Мисс Хекман.

Клосс включил терминал и, войдя на уже знакомую страничку, повернул дисплей так, что бы изображение было видно обоим.
– А на это вы что скажете? Джина и Дэвид молча уставились на фотографию.

– Стив: - Сказала мисс Хекман. За тем она посмотрела на сопровождающие надписи.

– Крис Джордан: - Растерянно прочитала она вслух.
– Какой еще Джордан? Вы что здесь устраиваете! Что за дурацкие шутки?

– Так, только без истерик!
– Прикрикнул Клосс.
– Я ничего не устраиваю. Вы видите то, что и я! И показываю я не вам, а инспектору. Что вы можете сказать на это?

Пирс достал карманный коммуникатор и, посмотрев на дисплей Клосс, набрал адрес на своем. Получил аналогичную картинку, он покачал головой и молча показал ее Джине.

– А может это подделка?
– Предположила она.

Инспектор, а вслед за ним доктор заулыбались. Подделка? Не серьезно! Легче подделать кредитки. Нет, это не возможно.

– Чему вы улыбаетесь?
– Зло проговорила модель.
– Я вам не верю!

– Хорошо.
– Кивнул головой Стефан.
– Вот история болезни.

Он вывел на дисплей информацию.

– Вот сидит инспектор полиции. Он с самого начала знаком с делом и знает, что пациент был инфицирован опасным вирусом. Вирус, конечно,

мы убили, но раз вы утверждаете, что вы его невеста... Не согласились бы вы пройти тест на вирус?

– Я: Но мы же современные люди!
– Мисс Хекман, возмущенно вздернула голову.
– Мы всегда предохранялись!

Стефан почему-то заранее знал, что ответ будет именно таким. Он даже знал, что произойдет дальше. А как на эти слова отреагирует Пирс? Но у того лицо было непроницаемым.

– Может, все-таки дадим мисс Хекман, увидится с вашим пациентом?
– Вдруг произнес Пирс. Стефан вздрогнул. Этот чертов инспектор как будто мысли его читает.

– Хорошо.
– Согласился он.
– Но только пообещайте мне, что не будете заговаривать с больным. Его память еще не восстановилась, и вы можете навредить тому, про которого вы говорите, что любите.

Глаза Джины молнией сверкнули в сторону Клосса, но тот спокойно переглянулся с инспектором, и направился к выходу.

– Значит, вы убеждены, что он ничего не помнит?
– Спросил Пирс после возвращения в кабинет. Наконец они остались одни. Джина, убедившись, что ее не помнят, в гневе забыв о вежливости, покинула клинику.

– А вы?
– Ответил вопросом Клосс.
– Вы же тоже уверенны в этом.

– Я?
– Пирс задумался.
– А вы знаете, возможно, я соглашусь с вами. Но вам от этого легче не станет.

– Это почему.
– Удивился Стефан.

– Мое мнение не дает вам одного. Ответа на вопрос. Кто же ваш пациент?

– Тут уж вам карты в руки.
– Клосс пожал плечами.
– Мы то как можем ответить на ваш вопрос? Обычно, в таких случаях полиция находит:

– Это после регенерации кожи? У него же отпечатки пальцев другие! Теперь только по карте ДНК.

– Вы это всерьез? После перекодировки?

Пирс похолодел.

– Да вы, что, перед перекодировкой карту не снимали?

– Нет, конечно! Зачем нам код ДНК с инфекцией? Их у нас и так хватает:

Он не договорил. До Стефана тоже дошло. Пациент потерян!

* * *

Прошла неделя. Стефан все это время отбивался от попыток невест, прозванных в клинике "гаремом", прорваться к Крису-Стиву. Попытки "наложниц" не блистали оригинальностью, и были пресечены бдительной службой безопасности. В инфекционной клинике, секъюрити была не

хуже чем на других объектах обеспечения жизнедеятельности, и с этой стороны беспокойств особых не было. А вот коммуникатор, по образному выражению Клосса, перегревался. Сам виновник волнений занимался тем, что с помощью Джулии, проверял, на, сколько его новые способности точно отображают эмоциональное состояние человека. Медсестра даже и не подозревала, что коммуникатор установленный в палате для постепенной адаптации пациента к реальной жизни, на самом деле использовался Крисом-Стивом, для калибровки своего цветового видения. Он просил ее комментировать сериалы, фильмы новости и даже анимационные фильмы для детей, под видом того, что ему не очень ясно происходящее. Джулия, старательно и очень эмоционально рассказывала ему об увиденном, а сам он в это время фиксировал реакцию ее пятна. Теперь Крис-Стив, а именно так его стали звать Стефан и Джулия, уже точно знал, что красный это

гнев, ненависть, сильное раздражение. А вот розовый, как ни удивительно, соответствовал удовлетворению и даже эйфории. Видимо не зря говорят, что от любви до ненависти один шаг! Оранжевый с розовым выражал сексуальное удовлетворение, а вот влечение было чисто оранжевым. И

от его силы зависела интенсивностью свечения. Коричневый отвечал за ложь, обман: А черный, за зависть, месть и прочие чувства. Похоже было, что часть красных чувств, при слабой эмоциональности переходил в черный: Не понятно было с синим и зеленым. Очень похожие реакции, но синий скорее подходил удивлению, тогда как зеленый любопытству.