Чтение онлайн

Мне так плохо. Так страшно за сына, что у меня дрожат руки и подкашиваются ноги.

Малыш издаёт слабый стон.

Что? Что, мой хороший? Как тебе помочь?

Он не открывает глазки…

Но то, что он издал звук, мне придаёт веру, надежду, что мы справимся.

Должны справиться!..

Я не поняла, когда они прибыли. Пришла в себя, осознавая, что в комнате появились люди в белых халатах.

Врачи.

Тяжело вздыхаю. Меня о чём – то спрашивают. Я не могу расслышать их слов. Но я вижу, что губы женщины – врача шевелятся.

Встряхиваюсь.

Полина, соберись! Приди в себя. Решается жизнь твоего мальчика. Ты не имеешь право на слабость!

– Простите, - лепечу я. – Я не расслышала, о чём вы спросили?

– Когда у ребёнка поднялась температура?..

– Сегодня ночью. Но беспокойный сон и дневная вялость появились накануне, - машинально отвечаю врачу.

Обернувшись через плечо, вижу, что мужчина – доктор сумел разбудить ребёнка.

Слава богу! Сын не без сознания…

Доктор осматривает ребёнка. Я залипаю взглядом на Мишеньку.

– Мама! Мама! – слышу голос проснувшегося Паши.

Сын проснулся на шум и возню в комнате. Напугался малыш, увидев столько посторонних людей в белых халатах.

Бросаюсь к Паше.

– Всё хорошо, сыночек! Это врачи приехали. У нас Мишенька заболел. Сильно…

– У ребёнка тяжёлая форма ангины. Мы забираем его в стационар, - констатирует доктор.

Стою в растерянности около Пашеньки. Держу его за руку.

– А куда они его забирают? – с тревогой восклицает Паша, дёргая мою руку. Он плачет.
– Мама! Не отдавай им братика. Пожалуйста, мама!

– Успокойся, малыш, – глажу я его.
– Они забирают Мишу в больницу.

Беспомощно оглядываюсь назад.

Как быть? Сердце моё разрывается на куски. С кем оставить Пашу?

Ведь моё место сейчас рядом с Мишей. С тем, кому сейчас хуже всего.

Хлопает входная дверь. В комнату врывается Макар.

Оценивающим взглядом окидывает происходящее. Глаза его лихорадочно блестят. Он хмуро смотрит на врачей.

– Что с сыном?! – хрипло спрашивает Макар.

– Вы папа? – интересуется доктор, сканируя пристальным взглядом сквозь очки ночного визитёра. Видимо, не до конца понимает, откуда тот вдруг появился в доме.

– Да, - коротко кивает Макар.

– У ребёнка ангина. Хорошо, что вы приехали. Потому что кто - то из вас должен поехать с ребёнком в больницу.

– Я поеду! – ожесточённо выкрикиваю я.

– Почему ты?
– рвано спрашивает Макар.

– Потому что я мать! – твёрдо произношу я.

Отпустив руку Паши, иду за врачами и Мишенькой, которые покидают дом.

Мы едем в скорой. Миша пришёл в себя. Врачи ему сделали какие- то уколы ещё дома. И жаропонижающие в том числе. Я наблюдала за этим.

Сейчас держу руку сына в своей руке. Трогаю прохладными руками его лобик, щёчки.

Мне кажется, температура спала. Но ещё далека от идеальной.

Малыш в сознании. Временами он открывает глазки. Ищет меня. Смотрит на меня затуманенным взглядом.

Успокаивается.

Снова закрывает глаза. Он слаб и хочет спать. Думаю, ему очень плохо.

– Мама здесь, мой хороший, – шепчу я, склонившись над сыном. – Я с тобой. Не бойся, я тебя не оставлю!

***

Макар

Протяжный звонок мобильника будит меня среди ночи.

Какого чёрта!

Снова что – то случилось на металлургическом комбинате? Должны были новые доменные печи запустить.

Не удалось?.. Твою… ж!

– Алло, - сиплю спросонья в трубку.

– Макар! – врезается дрожащий голос Полины в мой мозг.
– У Мишеньки температура под сорок… Я будила. Он не просыпается, - голос срывается. Она плачет.

Её слова звучат в ночи, словно выстрел в висок.

Температура под сорок?! Это же хана такому крохе…

– Сейчас… сейчас я приеду!
– рвано говорю я.

Пытаюсь держать себя в руках. Но даётся мне это с большим трудом. Но я должен! Должен не терять самообладание.

 – Ты скорую вызвала? – спрашиваю я, одеваясь на ходу.

– Да, они едут…, - еле выдавливает она, нажимает отбой.

Быстро выскакиваю из квартиры. Спускаюсь в лифте на подземную парковку под домом. По дороге набираю отца.

– Папа, Миша заболел. Температура высокая почти сорок. Я еду к ним, - торопливо сообщаю я.

– Понял, - говорит он таким бодрым голосом, словно я и не будил его среди ночи.

Хотя такое известие разбудит в одно мгновение любого.

– Я тоже сейчас подъеду, - бросает отец.

Я не стал уточнять у отца, что значит «сейчас»? Дорога до Москвы у него только займёт полтора часа времени.

Через двадцать минут я уже подъезжал к дому Полины. Москва спит. Дорога без пробок. Конечно, летел я на максимальной скорости, ловя по пути все видеокамеры.

Плевать на штрафы! Сейчас важно, что с сыном? Остальное по фигу.

В квартире, увидев раскрасневшегося Мишу на руках доктора, я заскрипел зубами от собственного бессилия.

Сейчас моему сынишке могут помочь только врачи.

Когда стал вопрос, кто из родителей поедет в больницу, я нервно дёрнулся.

Непреодолимым желанием было быть рядом с больным ребёнком!

Поддержать его. Подключить врачей при необходимости. У меня больше возможностей.

Но Полина жёстко отчеканила:

– Я поеду!

Горло пересохло. Сглотнул.

Ошеломлённо смотрю на неё. Тоненькая хрупкая нежная. А такая сильная и решительная.

– Почему ты?!
– выплескиваю, не выдержав, я.

Эмоции на грани.

– Потому что я мать! – твёрдо говорит Полина. Чеканит каждое слово, словно режет ножом.

Меня топит протест. Я тоже должен быть там!

– Папа! – доносится до меня тоненький голосок Павлуши. – А ты останешься со мной? Я боюсь один.

Мгновенно это возвращает меня в действительность.

– Конечно, сынок. Я никуда не уйду…

***

Проходит полчаса. Я весь на нервах. Ребёнок долго не может успокоиться после случившегося.

– Папа, а они (врачи) не заберут нашего Мишу насовсем к себе? – с тревогой спрашивал сын.