Близняшки
Шрифт:
Алена, в свою очередь, тоже думала об их отношениях, вернее о том, что все стало заходить слишком далеко. Она стала все реже оставаться на ночь дома и чаще врать родным. Только с Мариной Леля могла говорить откровенно. Подруга всегда понимала и принимала любые ее решения, и это не стало исключением. Конечно, Соболева была не в восторге от того, что приходилось врать Ярославу, но против Алены идти тоже не могла. Леля все чаще ловила себя на том, что когда рассказывает подруге о Косте и делится своими переживаниями об их отношениях, то совсем не воспринимает Князева, как что-то временное. За этот месяц он стал родным, простое физическое влечение с примесью симпатии превратилось во что-то иное, чему она не могла пока дать названия. Вот это и пугало, а порой даже приводило в ужас.
Алена поняла, что они скоро будут на месте и поэтому, повернувшись к парню, попросила:
— Не заезжай во двор, я здесь выйду.
— Что за глупости? — нахмурился Костя, но машину остановил.
— До встречи на работе, Константин Михайлович, — быстро выпалила Леля и, легонько коснувшись его губ, выпорхнула из машины и быстрыми шагами направилась к дому.
Костя, не успев ничего ответить, удивленно хлопал глазами ей в след. Так быстро она еще никогда не уходила. Он видел, что с ней творится какая-то ерунда. Сердцем чувствовал неладное.
Подкурив сигарету, Костя развернул машину к своему дому. В голове был полный кавардак.
***
Алена, стуча каблучками по асфальту, забежала во двор и увидела на лавке у подъезда Ярослава. Парень крутил в руках телефон.
— Привет, — бодро поздоровалась Алена с братом.
— Привет, — ответил он и поднял глаза к ее лицу.
Девушка почувствовала неладное.
— Что-то случилось?
— Не знаю, — пожал плечами Яр.
— А чего такой хмурый?
— Присядь, — попросил брат, похлопав ладонью по лавке рядом с собой.
Алена послушно опустилась рядом, скованная липким страхом.
— Тебя же Князев сейчас привез, — Яр не спрашивал, он утверждал. — Я видел его машину. Поначалу подумал, может у вас встреча деловая была, и он подвозил тебя, потому что уже поздно. Но когда увидел, как ты его целуешь, просто афигел.
Алена пристыженно опустила голову. Она прекрасно знала, что брат все понял. Сейчас девушка боялась осуждения.
Яр легонько приподнял ее лицо пальцами, заставляя смотреть прямо ему в глаза.
— Почему вы ничего мне не рассказали? — без злости и не повышая голоса спросил брат.
— Я не хотела, чтоб кто-то знал.
— Предполагаю, Соболева в курсе? — Алена только слабо кивнула. — Ладно, с ней я еще поговорю. Почему скрывали?
— Он же Машин парень…
Ярослав понял все без слов.
— Но ее больше нет, — повторил слова Князева Яр. — В том, что у вас появились чувства, нет ничего постыдного.
С души девушки свалился огромный камень, но он там был не единственным, поэтому легче, конечно, стало, но не совсем.
— Мы не встречаемся, мы…
— Что?! — удивленно воскликнул Яр.
— Ничего.
Сказать, что они просто спят, язык не поворачивался, ведь уже было ясно, что между ними не просто секс.
— Алена, — рыкнул брат, — рассказывай. Иначе мне придется ехать к Князеву и выбивать правду из него.
— Не трогай его, — чуть не плача пролепетала девушка, хватая Яра за руку.
— Леля, — ласково позвал он. — Что же ты делаешь?
— Я уйду от него, — тихо ответила девушка, роняя слезы из глаз.
— Он обидел тебя? Да я ему яйца нахрен оторву! — взревел Ярослав.
— Яр, — продолжая всхлипывать, ответила сестра. — Я во всем сама виновата. Перед Машей, перед ним да и перед самой собой.
— Дурочка, — присаживаясь на корточки возле сестры, проговорил он. — Ты просто влюбилась.
— Нет, — отрицательно качнула она головой. — Нет, нет, нет. Это неправда.
— Алена, пора жить своей жизнью. Двигайся дальше, отпусти прошлое.
— Я так запуталась. Думала, что смогу доказать и себе, и ему, что у нас не может быть отношений.
— Но вышло иначе? — догадался брат.
— Выходит, что да. Только вот не могу я с ним быть. Маша бы не поняла.
— Она бы как раз поняла, — вздохнул Яр. — Мы все ее любили, как и она нас. Ее нет, а мы еще здесь. Да ты ожила рядом с Костей, посмотри. Стала чаще улыбаться, встречаться с друзьями. И он с тобой будто вернулся. И ты просто так все это растопчешь?
— Так будет лучше, — вытирая слезы, ответила Алена и, поднявшись с лавки, пошла к подъезду.
Ярослав лишь смотрел ей в след. Если уж его сестра что-то задумала, то отговорить ее не сможет никто. А он бы хотел изменить ее решение, видел же, что Алена влюбилась, и снова неудачно. Но кого в этом винить? Костю? Так за что? В итоге он тоже останется жертвой. Видимо, этот призрачный треугольник Маша-Костя-Алена не разорвать. Леля слишком предана памяти сестры и упряма. Поэтому Ярославу остается только не дать сестре снова погрузится в черную глубину боли и отчаянья, в которую она так легко себя загоняет.
***
Ночь полностью окутала город. Звезды ярко мерцали на небе, но три человека так и не смогли уснуть.
Ярослав, переживая о сестре, обдумывал, как отвлечь ее от боли, которую она сама себе причиняет.
Костя курил у окна и размышлял над поведением девушки. Сегодня все было не так, как прежде. Алена в одно мгновение стала чужой и холодной, будто они вернулись к первоначальной точке. То, чего он добился за месяц, словно и не было. Зря он надеялся, что смог ее приручить. Сейчас это стало понятно, как никогда.
Алена смотрела в потолок, и из уголков ее глаз время от времени стекали тихие слезы. Решение принято. Заигралась она, хотела доказать, что ничего не выйдет, что все неправильно и никому не нужно. А вышло, что увязла в этих отношениях по самую макушку. Надо обрывать эту связь. Дальше тянуть смысла нет.
Алена взяла телефон и быстро, пока не передумала, набрала сообщение.
***
Утром Леля приехала в офис раньше обычного. Разобрав бумаги и выполнив все, что должна была, она стала ждать прихода Кости. Мысленно она уже составила план разговора. С чего начнет, какие аргументы будут более убедительны. Девушка боялась показать ему истинные чувства, лучше пусть думает, что она наигралась. За спиной открылась дверь в приемную, Алена сразу поняла, кто вошел.
— Ты сегодня рано, — сказал Костя.
— Плохо спалось, — как можно спокойней ответила Леля и медленно повернулась к нему лицом.
Костя сразу заметил перемену в ее поведении и внутренне весь напрягся словно пружина, хотя внешне оставался спокойным. Он склонил голову чуть вправо, пристально рассматривая девушку.
— Ты хочешь мне что-то сказать?
— Давай поговорим у тебя в кабинете.
— Хорошо, — спокойно ответил он и, развернувшись, зашагал к себе.
Алена на мгновение прикрыла глаза, внутренности сжимало от страха и отвращения к самой себе. Она еще раз мысленно повторила, что так будет лучше и проследовала за Князевым. Девушка с тихим щелчком закрыла дверь, по-прежнему стоя к нему спиной. Ей было страшно начинать разговор.