Чтение онлайн

АААААААА.

Дикий крик из коридора взорвал мои барабанные перепонки. Мы с Александрой одновременно вскочили на ноги. С трудом верилось, что так мог кричать человек, но кто еще мог кричать в школе? Не сговариваясь, мы кинулись к двери и выбежали в коридор. Только хрустнул бантик, которым Александра зацепилась за дверную ручку.

Крик был высокий, истошный, так могла вопить только девчонка или истеричная женщина. Стены сотрясал грохот, как будто их беспорядочно долбили чем-то тяжелым. На миг все затихло. Мы с Александрой остановились, прислушиваясь. Девчоночий визг взвился до потолка, а за ним звонко, дробно брызнуло стекло. Не говоря ни слова, я рванула по коридору. Судя по пыхтению и стуку каблуков, Александра от меня не отставала.

Мы слетели на четвертый этаж, растолкали редкую толпу. Ребят, к счастью, собралось мало, потому что уроки в основном закончились. На пятачке между кабинетом биологии и малым спортивным залом бушевал Никита Бурцев. Несколько стульев стояли вдоль стены. Одним из них Никита размахивал наподобие древней палицы и бил, куда глаза глядят. Точнее, не глядят. Он молотил по стенам, по полу, по подоконникам и окнонным рамам. Окна держались чудом, зато цветной стеклянный витраж на двери, которая вела в соседний коридор, был разбит вдребезги.

На Никиту было страшно смотреть, но все же сейчас как никогда он походил на былинного богатыря: русоволосый, с багровым румянцем во всю щеку, крепкий, широкоплечий, способный и дерево с корнем выдрать, и разгромить школу одним-единственным стулом.

– Дашка, что ж он делает то, – выдохнула Александра у меня над ухом.

Я очнулась. Дым древних сказаний развеялся перед глазами, и я увидела перед собой то, что должна была увидеть. Разъяренного подростка, представляющего опасность для себя, других и школьного имущества.

Взрослых, кроме нас с Александрой, не было. Девчонка, стоявшая к Никите ближе всех, визжала, как заведенная, но назад не отступала и явно получала удовольствие от своего визга и общего хаоса. Впрочем, не она одна. На лицах стоявших вокруг ребят не было заметно страха, только удивление и интерес. Несколько человек снимали Никиту на смартфоны.

– Быстро все убрали телефоны, – рявкнула я и легонько хлопнула орущую девицу по спине. – Саша, сбегай за Игорем. Быстро!

Меня послушались все. Девчонка перестала верещать и отступила за спины подруг, ребята нехотя убрали телефоны, Александра припустила по коридору. Один Никита меня как будто не слышал. С пугающим упорством он попеременно колотил стулом то об пол, то об стену и при этом что-то бормотал себе под нос. Я понятия не имела, что с ним происходит и как к нему подойти. И что мне делать, если он не захочет меня слушать. Но ведь он был обязан меня послушать, разве нет?

Я шагнула вперед, и тут в мою руку кто-то вцепился.

– Не ходите, Дарья Дмитриевна, – зашептала девчонка. Та самая, что орала на всю школу – Ева Савельева из 6 «Б». – Он вас убьет этим стулом. Давайте в полицию позвоним, а?

Но как раз полиция нам была не нужна.

– Все в порядке, Ева. Не волнуйся.

Она вздохнула. Как мне показалось, разочарованно.

Я сделала еще один нелегкий шаг. Среди моих предков не было никого, чья профессия была бы связана с ежеминутным риском: ни дрессировщиков, ни каскадеров, ни школьных учителей. Я была совершенно одна и не могла рассчитывать, что в критический момент во мне заговорят гены.

Я надеялась, что заговорит другое. Мой дар. Никита должен меня послушаться. Они все слушались.

– Никита, отпусти стул, – сказала я громко и спокойно. – Я тебя прошу. Поставь стул на пол.

БУМ. Никита швырнул стул в стену. Не совсем то, что я имела в виду, но хоть что-то. Я сжала руки, пытаясь унять дрожь. Все получилось. Я молодец. Никита молодец–

Он вскинул ногу, долбанул со всей силы по стене. Его массивная кроссовка, черная, с зеленым носком и красными вертикальными полосками врезалась в стену в десяти сантиметрах от моего уха. Я дернулась. Вспухшее пятно краски треснуло, на пол посыпались ошметки, обнажая белую отштукатуренную стену.

– Чтоб тебя… БУРЦЕВ, ТЫ ЧЕГО???

Никита всхлипнул, пошатнулся. Сполз по стене, обхватил руками ноги, уткнул лоб в колени.

Кто-то из зрителей хихикнул.

– Совсем чокнулся…

– Санитаров вызываем?

– Концерт окончен! – рявкнула я. – Все свободны!

Ребята потянулись к выходу, перешептываясь и поглядывая то на меня, то на Никиту. Что они думали, можно было только догадываться. Хотя, возможно, никто ничего не думал, а меня просто подводят нервы. Подумаешь, истерика. С кем не бывает. Все знают, что Бурцев слишком много учился. Вот и доучился.

Только тогда, когда мы остались в коридоре одни, я села на корточки рядом с Никитой. Он тихо всхлипывал. Я молчала, потому что в голове вертелся один бессмысленный вопрос «что случилось», а чем такое спрашивать, уж лучше молчать.

– Если хочешь, пойдем в мой кабинет, – сказала я. – Поговорим.

Никита мотнул головой.

– Там спокойно. Придешь в себя–

– Не хочу я разговаривать! – рявкнул Никита. – Вы все равно ничего не сможете сделать!

Его крик разлетелся по коридору и столкнулся с торопливым цок-цок-цок. Александра возвращалась, и не одна. В цоканье ее каблуков вплетались четкие, уверенные мужские шаги. Игорь. На этот раз я была очень рада видеть его.

Игорь выглядел встревоженным. Не глядя на меня, он подошел к Никите, склонился над ним.

Я встала. В моих услугах здесь больше нужды не было.

– Нет! Я никуда не пойду!

Голос Никиты звучал резко и грубо. Он никогда так ни с кем не разговаривал.

Никита вскочил. Игорь остался сидеть на корточках и теперь смотрел на него снизу вверх. Казалось, Никита сейчас опять схватит стул и запустит им в Игоря – слишком уж страшное у него стало лицо. Но Игорь не шевелился и все так же спокойно, выжидающе смотрел на Никиту.

– Игорь Владимирович, вы отойдите от него, отойдите, – запричитала Александра. – Надо родителям позвонить. И в скорую. А лучше в полицию.

– Вам нужен очередной скандал в школе? – тихо спросил Игорь.

Александра застыла с открытым ртом. Должно быть представила, что с ней сделает директриса, если она оповестит весь мир о поступке Никиты.

– Пусть тогда его родители приедут… Пусть его домой заберут… Надо им позвонить… Как я сразу не сообразила…

– Его родители в командировке, – выпалила я.

– Он сейчас живет один? – удивилась Александра. – Какие люди безответственные. Взяли и бросили ребенка. Тогда понятно, почему он тут–

– Никита переутомился, – перебил Игорь. – Сейчас на нем слишком большая нагрузка. Все эти ваши олимпиды, рейтинги…

Он говорил спокойно, но в его глазах хорошо читалось, что он думает о выводах Александры.

– Ему нужно отдохнуть. Я сам провожу его домой.

Пока мы разговаривали, Никита встал с пола и пересел на подоконник. Он уставился в одну точку на стене и, на первый взгляд, выглядел совершенно мирным. Но я чувствовала, что он в любой момент может взорваться. И я бы очень не хотела оказаться рядом, когда это произойдет.