Чтение онлайн

— А потом уже обратилась к Милке. — Ладно умник, я совершенно не расположена сегодня разгадывать ребусы. Просто скажи, что не так с профессором Адамом Смитом.

— Элементарно, Ватсон, — в очередной раз продемонстрировал свое знание крылатых Земных высказываний Демон Голубого Хамелеона. Выпендрежник, и, главное, перед кем рисуется. Передо мной. При том, что Все перлы, которыми он так лихо бравирует вытащены из моих же воспоминаний. Ну разве что Маришка удвоила число слушателей.

Впрочем, свою теорию, объясняющую странности в поведении профессора Адама Смита, изложил коротко и внятно.

Милка предположил, что профессор осуществляет свои неблаговидные поступки, связанные с продажей Демонам студентов академии, находясь под действием ментального внушения. Причем сам профессоросознает это внушение, пытается с ним боротся, но ничего не может противопоставить ментальному внушению.

Ситуация усугубляется еще и тем фактом, что внушение вступает в конфликт с магической печатью, которая запрещает профессору наносить вред жителям Эдема. Частично это противоречие сглаживается тем, что сам профессор непосредственно не наносит никому вред, а просто выполняет определенные нейтральные действия, как то: создает портал в мир Демонов, собирает и включает портальный маяк. А когда появятся работорговцы, просто заберет непривязанных демонов и вернется на Землю, не предпринимая никаких действий в нашу защиту. Так его магическая печать и не требует никого защитить. Короче, все та же эквилибристика с формулировками.

Ситуация чем-то напоминала случай лорда Лэстера, только на этот раз речь не идет о внедрении стороннего Духа. И тем не менее, даже факт непрямого нанесения нам вреда конфликтует в голове профессора с запрещающей печатью. Отсюда и резкая интеллектуальная деградация. В ситуации, когда в голове бушует настоящая битва за контроль над сознанием между противоречащими друг другу установками, остается совсем немного свободных ресурсов для всего остального.

Все это выглядело достаточно правдоподобно, но врядли несло практический смысл.

Разве что Маришка проникнется жалостью к проблемам профессора и не станет отпиливать у него рога, в чем лично я глубоко сомневаюсь

А вот то, что Демон Голубого Хамелеона твердо заявил, что внушение такого уровня в академии сможет сделать только Сира Уллиса, представляет далеко не праздный интерес.

В отличии от эльфов демоны не имеют врожденного иммунитета к внушению. Более того, поскольку все их развитие основано на поглощении информационных матриц, они легко допускают внедрение к себе в головы чужих приказов. И тем не менее, демон пятого круга, а именно таковым является наш профессор, не тот объект с которым может справиться менталист слабее третьего ранга. В академии только эльфийка владеет нужными навыками.

— Стало быть ты уверен, что Адам Смит такая же жертва эльфийского коварства, как и все здесь присутствующие, — заключила я.

— Тогда еще одно умное выражение в твою корзину. Сказав А, говори Б.

— Это, что значит? — Переспросил Демон.

Вот видишь Блонда, твой советник только прикидывается умным. На самом деле, он просто нахватался чужих мыслей. Он не может сообразить, что мои слова предлагают сделать выводы из озвученных предпосылок, не преминула я рассчитаться с Демоном Голубого Хамелеона за недавнее его сравнение моих мозгов с соломой. А потом уже вполне серьезно спросила

— Как ты думаешь, если профессор Адам Смит действует под внушением, то что и кто мешает Сире Улиссе поступить подобным образом и с другими преподавателями. Как-то я слабо представляю, что все они настолько прониклись великой идеей финансового благополучия Академии, что тут же записались в устойчивую преступную группировку, осуществляющую незаконную деятельность, которая потенциально чревата повешением.

Неужели никто из них не выступил против, хотя бы из чувства самосохранения. Да тот же профессор Тэтчер, ну никак не тянет на злодея. Он и без Академии неплохо проживет. Всегда может рассчитывать на теплое место в любом Королевстве а то и при дворе Императора.

— Совершенно исключено, — категорически возразил Милка. — Это почему, — даже как то растерялась я. — Вроде все логично.

Все преподаватели — дворяне. На Эдеме дворян не вешают, а подвергают усекновению головы. А в остальном ты, конечно, права.

Ага, значит возражения по форме, а не по содержанию. Тогда идем дальше. А зачем это нужно самой Сире Улиссе?

— Ну-у, задумчиво протянул Демон у меня в голове. — Если подумать, то по большому счету и не к чему. Вот разве, что ректор попросил. И то весьма сомнительно.

— Вот и я о том же. Как-то цель мелковата для средств на нее затраченных Это даже не из пушки по воробьям. Это как атомной бомбой по таракану. Что бы и кто бы не говорил, но передача Демонам для проведения ритуалов десятка потенциальных магов, студентов престижной академии, не сможет долго остаться тайной. И это событие всколыхнет всю Империи не меньше, чем то, которое совсем недавно ее потрясло.

— Да. Блонда ты — гений. Не побоюсь этого слова, — пришел в восторг Демон Голубого Хамелеона. — Беру свои слова про солому назад. Духи сбежавшие из вивария академии совершенно не при чем. Мы — часть оплаты Демонам за вторжение, пусть даже и не удавшееся.

Теперь осталось ответить на главный вопрос, — продолжала я свою мысль. Кто на самом деле за всем этим стоит? Кто заказчик вторжения демонов в империю и зачем ему это нужно?

В детстве я обожала детективы. Зачитывалась Конон Дойлем и Жоржем Сименоном. Представляла, как я стану расследовать самые запутанные преступления. К сожалению, ни бабуля, ни Маришка моего интереса не разделяли. А поверхностное знакомство с органами правопорядка напрочь отшибло всякое желание иметь с ними что-то общее.

И вот, наконец-то, свершилось. Прямо сейчас сбывается мечта моего детства. Я обнаружила заговор планетарного масштаба. Пусть и планета немного не та, зато накал страстей и интрига просто зашкаливают. Казалось, еще чуть чуть и все тайное станет явным. Мысли приобрели кристальную ясность, ум — остроту бритвы.

К сожалению, в нашу беседу с Демоном Голубого Хамелеона вмешалась Мариша.

— Послушай, Блонда, — а давай ка мы сестренку станем называть поручиком Ржевским, предложил мне внутренний голос. — Так, любя. И только среди своих.

Это почему? — тут же заинтересовался Милка.

Это из анекдота, ты его все равно не знаешь, — отмахнулась я. — Там главное концовка: — «А потом пришел поручик Ржевский и все опошлил».

— Между прочим, — продолжила Мариша. — Пока вы дурью маетесь и травите анекдоты, наши спутники вот вот друг друга поубивают. Блонда, может, стоит вмешаться и навести порядок. Мне, в принципе, все равно. Но кто в таком случае понесет наш с тобой рюкзак, станет добывать пищу охотой и обустраивать ночлег? Нет, я, конечно, и сама справлюсь, но зачем же лишать себя мелких жизненных радостей. Опять же, если дело дойдет до драки, то может пострадать вон та прикольная футболка, надетая на красавчика. А я ее для себя уже присмотрела.