Чтение онлайн

Все, что со мной происходит — это мой выбор. Осознанный, взвешенный, ну или так мне казалось. Кажется. Да, от некоторых принципов я готова отступиться, под влиянием обстоятельств, конечно же, но сути это не меняет. Мои ценности остаются моим стержнем, тем, что определяет мои поступки. Поменялись ли они, эти самые ценности? Или я всего лишь взглянула на прошлое с нового ракурса, неуловимо меняющего и мое представление о будущем?

Думала ли я три года назад, что все обернется… так? Что я в здравом уме и твердой памяти буду искать встречи с Топольским? А ведь я именно ради этого заявилась на конференцию до которой мне не было особого дела. Закусив удила, понеслась навстречу потенциальному звездецу, поставив на кон не только карьеру, но и гордость, что имело даже большее значение. И все ради чего?

Только, чтобы не проиграть. Проигрыш обесценит все.

На часах было еще неприлично рано, но дальше валяться не имело смысла, все равно не засну. Лучше использовать время с толком и еще раз просмотреть бумаги, проверить цифры и пройтись по списку предложений. Андрей в принципе дотошный, придирчивый… чудак, а в такой ситуации он не может не проявить свой поганый характер во всей красе. Можно смело ожидать не просто подколок, завуалированных и не очень издевок, а самых настоящих атак. У меня слабая позиция, я проситель, он же… У него на руках все козыри и он об этом прекрасно осведомлен.

Твою мать, он меня просто размажет! Прикрыла глаза, откидывая подальше злополучную выкладку с последними финансовыми показателями. Как не крути, но в выгодном свете их представить не получится. Играть в прятки при таком раскладе можно, но чревато. Только еще сильнее подставлюсь. Весь вопрос в том, к чему он готовится, чего ожидает от меня? Если угадать его настрой, если правильно подобрать тактику, то все еще можно решить.

Возможные сценарии переговоров выстраивались в голове один за другим, но все они оканчивались одинаково хреново — моей капитуляцией, а меня это совершенно не устраивало. Топольский знает меня, просчитает на раз-два, но и я его знаю достаточно хорошо. Между нами есть… прошлое, но мы профессионалы, и, в конце концов, цели у нас тоже схожие — прибыль, стабильность, развитие.

Хм, а это может сработать…

По коридору я шла на немного подрагивающих ногах. Давно у меня не было мандража перед встречей, да и бессонная ночь сказалась. Уж лучше бы это был мой обычный кошмар, к ним я как-то привыкла, а то это эротическое безобразие… Черт, Игнашева, соберись! От сегодняшнего дня зависит слишком многое!

Кнопка вызова лифта решила, что мое утро недостаточно напряженное и упрямо не желала загораться. Также молчаливо меня проигнорировал и соседний лифт. Подождав еще пару минут, добавивших мне нервозности и вновь сбивших с позитивного настроя, я поняла, что еще чуть-чуть и точно профукаю переговоры еще даже не начав их. До встречи оставалось пять минут, опоздание не добавит мне очков, так что единственным выходом были ступеньки. В том, что Топольский и его кукольная блондинка на месте я не сомневалась, «Магнолия» была забронирована за ними на все дни конференции. Все для удобства Его Величества!

А мне подниматься пешком на двадцать третий, то есть — тринадцать этажей. На шпильках. Представив растрепавшуюся прическу и капельки пота, что «украсят» мой образ по завершению подъема, я мысленно застонала, но мужественно сцепила зубы и поперлась покорять вершины.

Туфли были итальянские. Опять. Хотя я в который раз уже клялась больше никогда, вот стопроцентовнезачто! Но именно эти у меня прочно ассоциировались с Топольским, и оказались в багаже сами по себе, под влиянием подсознательного стремления понравиться, не иначе. Ладно, вполне сознательного. Сегодня все средства хороши.

Стоит последовать примеру Андрюши и бегать по утрам, авось после двух сотен ступенек дыхание будет не как у загнанной лошади… Оставался последний пролет, когда что-то кольнуло. Не в боку, не в ногах, а… там, где раньше была Метка. Интуиция завопила дурным голосом одновременно с нагревшимся кулоном и только это меня спасло, заставив резко отшатнуться, пропуская мимо злую вспышку зеленого света.

Это и черная тень, что метнулась сверху, перехватывая поперек груди.

— Осторожно! — сиплый выдох в ухо явно запоздал, все что могло случиться уже случилось.

В том числе сердце, сбившееся с ритма вовсе не из-за испуга, а из-за слишком знакомого тепла, исходящего от рук никак не желавших разжиматься.

— Отпусти, — очень надеюсь, что дрожь в голосе он спишет на неудавшееся покушение.

Как он здесь оказался? Впрочем, неважно, я рада, что он рядом. Чтобы это не значило.

— Леся, во что ты вляпалась? — Топольский резко развернул меня, пытливо вглядываясь в выражение лица.

Что он на нем искал? Признание? Усмешка, которой я научилась у него искривила губы:

— «Слияния и поглощения опасная штука», разве не твои слова?

Андрей хмыкнул, но тут же посерьезнел:

— Не в первый раз?

— Даже не во второй, — пожала я плечами. — Угрозы получаю каждый день и вот…

Достала из-за ворота блузки подвеску.

— Защитный амулет, — констатировал он. — Мощный.

— Я не идиотка, Андрей, понимаю, когда стоит подстраховаться.

— И все же ты можешь недооценивать опасность.

На миг мне показалось, что он имел в виду не совсем то, о чем мы говорили. Будто он знал что-то еще, но ощущение быстро прошло, сбитое запоздалой волной адреналина.

Меня только что пытались убить. На самом деле. Не угрозы по телефону или электронной почте, кои я, действительно, неоднократно получала, а самое настоящее покушение.

Отказала я явно не тем людям. Оборотням. Черт-черт-черт…

— Ты вся дрожишь, — его голос вновь опустился до хрипотцы, той самой, которая совершенно определенным образом действовала на мои колени и… общее состояние организма. — Я провожу тебя в номер и вызову полицию.

— Нет! — поспешила возразить я. — Не нужно полиции.

Хватка на моих предплечьях стала жестче.

— Во что ты вляпалась, Игнашева? — повторил он, но на этот раз в его тоне не было и намека на шутку. — Так, ты поэтому напросилась на встречу?

Челюсти сжались так, что питбуль позавидует — фиг разожмешь без домкрата. Хотелось ляпнуть что-то колкое, в стиле наш былых перепалок, но за три года я все же немного повзрослела. Достаточно, чтобы признать правду, но недостаточно, чтобы заткнуть до конца свою гордость.

— Думаешь, что-нибудь иное кроме крайней необходимости могло заставить меня?

Вопреки ожиданиям Андрей не вспылил, не врезал ответной словесной конструкцией, лишь хмыкнул:

— Ты в своем репертуаре. Пошли.

Одна рука опустилась, а вторая схватила за запястье, давая понять, что приказ не обсуждается, как и последующий.

— Не хочешь полиции, будет моя СБ, но с этим нужно разобраться.

Повел он меня в переговорный зал, хотя часть меня подспудно надеялась, что мы все же окажемся в номере. Его или моем, какая разница? Конференции и подобные отели тоже вызывали стойкую ассоциацию.