Чтение онлайн

Маргарет выждала, явно намеренно, когда я займу руки поклажей, и лишь затем протянула мне поступившие на мое имя сообщения. Прижав листки подбородком к груди, я подошла к лифту, нажала костяшками пальцев нужную кнопку, и когда двери наконец открылись и я смогла шагнуть внутрь, то едва не расплакалась от счастья.

За столом восседала одна-единственная секретарша. Она даже не подняла головы, когда я прошаркала по коридору к своему кабинету. Войдя к себе, я бросила — за исключением сумочки и ноутбука — свою поклажу на стул, после чего достала из-под подбородка сообщения.

Я быстренько их рассортировала и включила кофейник. Мне позвонили семеро из девяти присяжных по делу Холла. Интересно, почему они не оставили мне сообщения по голосовой почте?

Потому что — это я обнаружила спустя считанные минуты, когда попробовала проверить поступившие сообщения, — мой почтовый ящик был заблокирован. Явно постарался кто-то из своих. Нет, вряд ли это дело рук начальства, скорее кого-то из их прихлебателей. Я представила себе, как Маргарет на радостях отплясывает за своей стойкой, довольная тем, что все звонки моих клиентов будут проходить через ее дряблые руки.

Девять часов. Пошло все к черту, заявила я про себя, по крайней мере, мои мысли никто услышит. Кто-то, не помню, кто именно, как-то раз сказал, что лучшая оборона — это нападение, и я решила, пока у меня есть такая возможность, развернуть наступление по широкому фронту.

Начала я со Стейси Эванс. Старушка пришла в ужас, узнав, что я пострадала во имя истины, занимаясь сбором улик. Согласна, я несколько преувеличила масштабы моей травмы, но мне нужно было убедиться, что Стейси все еще на моей стороне.

— Скажите, из-за этого случая в гараже вас могут уволить? — поинтересовалась она.

«Спроси что-нибудь полегче».

— Пока не знаю.

— Хотите, я поговорю с Виктором? Он как раз позвонил мне, пока я была в душе, так что у меня все равно состоится с ним разговор. Я скажу ему, что довольна вашим добросовестным отношением к порученному делу. Он должен знать, что вы ценный работник и истинная находка для его фирмы.

— Прошу вас, не надо ничего ему говорить, — перебила я Стейси. — По крайней мере пока. Давайте дождемся той минуты, когда у меня на руках будут результаты анализов. Вот тогда можно будет разговаривать с мистером Дейном. Думаю, к тому времени все утрясется.

— Вот увидите, Финли, он будет вами доволен. Подумать только, и он еще намеревался перепоручить это дело своей племяннице!

— Простите?

— Своей племяннице. Запамятовала ее имя — Карли, Кэнди, что-то вроде этого.

— Ками? — спросила я.

— Да-да. Милая такая девушка, но я сказала Виктору, что мне не нужен стажер, даже если она ему родственница. Не хотелось бы отдавать это дело в чужие руки.

Ну и ну. Теперь мне понятно, почему всю последнюю неделю Камилла увивалась за мной. Надеялась перехватить мою добычу. Нахалка!

Я повесила трубку, налила себе кофе и задумалась. Вскоре на губах у меня вновь заиграла улыбка, а рука потянулась к телефонной трубке. Стейси, сама того не подозревая, ответила на давно мучивший меня вопрос.

— Камилла Ханникат.

— Как я рада, что застала вас на месте! — «Ты предательница и шпионка!» — Мне нужен человек, кому я могла бы доверять. — «И ты явно не годишься на эту роль».

— Да, — ответила она, и я буквально кожей чувствовала ее любопытство. — Чем могу вам помочь?

— Вы не могли бы заглянуть ко мне в кабинет? Не хотелось бы обсуждать такие вещи по телефону.

— Разумеется. Минут через десять вас устроит?

— Отлично.

Я провела эти десять минут с пользой для себя. Пропустив через сканер телефонные послания от присяжных, я сделала их копии и, сложив вчетверо, спрятала в сумочку. После чего перегрузила результаты моего расследования по делу Эванса на флэшку, которую опять-таки спрятала в одном из потайных отделений сумочки. Мне даже хватило времени на то, чтобы быстро сбегать в копировальную и загрузить в машину медицинские файлы. Пока я буду копаться в мозгах у Ками, машина сама сделает за меня все необходимое.

Когда Камилла наконец явилась ко мне в кабинет, я восседала за рабочим столом, на котором лежала запаянная в полиэтиленовый пакет записка с угрозами, полученная в пятницу вечером. Камилла посмотрела на записку, я — на ее лицо.

— Боже, Финли, что это такое? Когда вы такое получили?

Я быстро ввела ее в курс дела.

— Тот же самый человек прислал мне электронное письмо, в котором выразил те же самые чувства.

— И что, по-вашему, это значит?

— Я надеялась услышать это от тебя.

— От меня?

По-прежнему глядя ей в глаза, я медленно сделала глоток кофе.

— Стейси Эванс дала твоей кандидатуре от ворот поворот.

Щеки моей собеседницы вспыхнули. Правда, следует отдать ей должное: поняв, что я в курсе закулисных интриг, отпираться она не стала.

— Это не моя идея. Дядя Виктор велел мне контролировать вас. И что мне оставалось делать? Сказать ему «нет»?

— Могла бы предупредить меня.

— Финли, если не ошибаюсь, дядя открытым текстом предупредил вас, чтобы вы не брали в голову пустые подозрения Стейси Эванс. Вы же не прислушались к его совету.

— Это его или твоя идея пугнуть меня?

Моя собеседница испуганно посмотрела на меня.

— Что за бред! Мой дядя не способен на такое. Ему, как, впрочем, и мне, и в голову не пришло бы угрожать вам.

— Но ведь кроме вас о расследовании не знает никто.

— Видимо, кто-то все-таки знает, — возразила Камилла.

Мне кажется, я вижу людей насквозь. Если чутье меня не подводит, ни Камилла, ни ее дядя не годились на роль шантажиста.

— Почему доктор Холл был здесь на прошлой неделе?

— Вы знаете, я не имею права разглашать подобные вещи.

— За тобой должок. С твоей стороны не слишком красиво ходить за мной по пятам, а потом докладывать своему любимому дядюшке, во сколько я ушла, во сколько пришла, куда ходила. И не важно, родной он тебе дядя или дядя с улицы.

Ками вздохнула.

— Ну хорошо. Это была рядовая встреча. Их дочери несколько месяцев назад исполнилось восемнадцать. Поскольку она теперь совершеннолетняя, потребовалось обновить информацию по наследникам и внести изменение в завещание.