Чтение онлайн

Представляете, как им сейчас обоим нелегко. Болезнь развилась буквально на глазах, а страховая компания утверждает, что рак был у нее и раньше, что она уже болела, когда была застрахована в другой компании.

— Это как понять — «буквально на глазах»? — уточнила я.

— Диагноз ей поставили в прошлом году, в начале ноября. Лечиться она начала сразу после Нового года.

Когда чуть раньше назначенного времени я приехала к Патрику домой, настроение у меня было прескверное. Я размышляла о том, есть ли некая ирония судьбы в том, что Дейв Райс был присяжным по делу о медицинских злоупотреблениях, а теперь у него на глазах умирает его собственная жена, и лишь потому, что страховая компания решила сэкономить энное количество денег.

Патрик нежно поцеловал меня и заключил в объятия. Я тотчас ощутила себя на седьмом небе. Понежившись с минуту, я взяла его за руку и подвела к дивану.

— Я хочу тебе кое-что рассказать.

Мы почти два часа обсуждали с ним все за и против моей теории. Патрик высказал озабоченность по поводу моей безопасности, однако с уважением отнесся к моей решимости довести начатое дело до конца. В этом весь Патрик — внимательный и чуткий. Вот кто никогда не стал бы спать со своей бывшей половиной или же приглашать ее к себе домой для массажа. И вообще, насколько я его знаю, он еще ни разу мне не изменил.

— Думаю, ты честно заработала свой подарок, — произнес он, легонько коснувшись губами моего лба.

Он прошел в ванную и вернулся оттуда, неся симпатичную голубую с золотом коробку, купленную в «Антверп-Спа». Мы с ним ездили туда в самом начале нашего романа.

Хотя прошло уже немало времени, Патрик помнил, что я мечтала об увлажняющем лосьоне и старомодных перчатках, которыми так знаменит курорт.

— Спасибо, — поблагодарила я и провела кончиком пальца по его подбородку. — Это так мило с твоей стороны.

— Зато сейчас ты испытываешь боль, — произнес он, и в его голосе слышалась неподдельная печаль.

— Мы могли бы что-нибудь предпринять, чтобы ее снять.

— Вот как?

В его глазах блеснул огонек.

Патрик расстегнул две верхние пуговицы на моей блузке и принялся нежно-нежно, как будто прикасаясь перышком, целовать мне шею. В следующее мгновение зазвонил мой мобильный. В иной ситуации я бы оставила звонок без внимания, но сейчас, когда дала свой номер всем присяжным, сочла своим долгом ответить.

Патрик легонько покусывал мочку моего свободного уха, пока я прижимала телефон к другому.

— Алло.

— Что это вы, запыхались?

— Нет, просто уже поздно.

— Я нашел Дейва Райса.

Не отдавая себе отчета, я довольно бесцеремонно оттолкнула от себя Патрика, отчего бедняга навзничь повалился на кровать.

— Отлично, Лайам. И где же он?

— В медицинском центре Святой Девы Марии.

Я почувствовала, как у меня по спине пробежал холодок.

— Он мертв?

— Нет. Мертва его жена.

Утро являло собой топографическую карту: горы и долины, заваленные кучами дерьма выше моего понимания. Патрик, моя надежда и опора, мое надежное плечо, столп утешения и сострадания, объявил, что специально сбегал в магазин, чтобы купить мой любимый сорт кофе, а вообще-то он собирается провести день в море на веслах. После чего совершил типично мужской ход.

То есть с несчастным, прямо-таки собачьим выражением лица добавил:

— Но если ты хочешь, я могу остаться с тобой.

На такое имеются лишь два варианта ответа.

Вариант первый:

«Черт, ну конечно, отменяй все к чертовой бабушке. Ты ведь не знал, что я по уши в дерьме, что я пытаюсь расследовать убийство, так что останься со мной. Правда, это весьма эгоистичный, а кроме того, прозрачный намек на то, что я не способна самостоятельно решать собственные проблемы. Которые, если уж на то пошло, частично я сама накликала на свою голову».

Так что я остановилась на варианте номер два:

«Ничего страшного. Ты вот уже целый месяц вкалываешь без выходных. Тебе нужно немного проветриться. Не имею ничего против».

Я не покривила душой в том, что касалось половины сказанного: Патрик действительно заслужил отдых. Однако я искренне оскорбилась по поводу того, что он собрался развлечься, когда моя жизнь висит буквально на волоске.

Я приняла душ, высушила голову, после чего решила вернуться домой и переодеться. Ходить два дня подряд в одном и том же, причем почти без косметики, — это не для меня. Это даже страшнее, чем постоянно жить с мыслью о том, что меня где-то подстерегает убийца. Так, ну или почти так.

В общем, я решила проделать путь длиной в три мили и вернуться домой. По дороге я через каждые тридцать секунд проверяла в зеркало заднего обзора, не преследует ли меня черный седан.

Меня так и подмывало позвонить Лайаму, хотя сейчас было лишь начало десятого. Противная, вредная часть моего существа норовила прервать его посткоитальную негу, потому что где ему сейчас быть, как не в постели со своей бывшей женушкой.

Повод у меня был, причем вполне обоснованный: мне требовалась информация по подозрительной машине. Я почти убедила себя в том, что именно так и поступлю, когда, повернув к моему жилому комплексу, неожиданно заметила машину Лайама. Вернее, Лайама собственной персоной. Он стоял, облокотившись на свою тачку, которую, осмелюсь заметить, поставил на моей личной парковке.

В одной руке он держал видеокассету и газеты, за доставку которых я заплатила из собственного кармана, в другой — стакан колы. По крайней мере, я могу дать ему сто очков вперед по части кофе.

Пока я шла к нему, он окинул меня придирчивым взглядом с головы до ног и криво ухмыльнулся.

— Ну-ну, первый раз вижу такое. Финли Таннер в естественном виде.

«Что еще хорошего ты мне скажешь?» — подумала я и указала на его машину.

— Между прочим, вы нарушили правила парковки нашего жилого комплекса. Хотела бы я посмотреть, в каком виде будете вы сами, когда сюда приедет эвакуатор.

— Бессонная ночь? Или, погодите, нас не интересуют подробности интимной жизни друг друга. Если не ошибаюсь, вы сами так заявили.

Ну и поганец! Это надо же так уметь испортить настроение! Меня раздирали на части два желания. Желание первое — залепить ему пощечину, и желание второе — просто желание. Или же у меня поехала крыша и я сама этого даже не заметила?

Горы, долины, горы, долины. Черт, мне в срочном порядке нужно выпить кофе.

— Что на кассете?

— «Старбакс» в то утро, когда погиб Маркус Эванс.