Чтение онлайн

Патрик — суперджентльмен. Я совершенно недвусмысленно предупредила его о беспочвенности ожидания поездок в Бразилию ввиду его брачного статуса и тонко намекнула, что, будь он ближе к разводу, меня, пожалуй, можно было бы убедить отправиться с ним в Южную Америку. Огромное преимущество ультрацеломудренной позиции состоит в том, что джентльмен волей-неволей вынужден снять вам отдельный номер. Исключительно между нами: ужасно, если Патрик обнаружит, что иметь собственный номер куда приятнее и, вне всякого сомнения, удобнее, чем делить комнату с незнакомым мужчиной, который к тому же пытается уговорами проложить дорогу к твоему личному пляжу Ипанема всю ночь напролет.

Я проснулась в одиннадцать, чувствуя себя безумно разбитой, и кое-как доковыляла до окна, чтобы открыть жалюзи. И охнула. Так вот почему все останавливаются здесь! Мили и мили безупречно зеленого газона простирались к Средиземному морю, сверкавшему, как антикварные голубые бриллианты, продающиеся у Фреда Лейтона на Мэдисон! И плевать, если здесь вообще не едят! Можно питаться одними видами. Экс-жених, обзаведшийся новой невестой, вдруг показался чем-то совершенно незначительным.

В дверь постучали, и вошел коридорный с серебряным подносом, на котором лежали багет, апельсиновый сок и записка:

«Встречи весь день. Отдыхайте у бассейна. В семь заеду за Вами. Бал в честь закрытия фестиваля. Так рад, что Вы здесь. Патрик».

Помните то бикини от «Ирис», который я так мечтала купить для несостоявшегося круиза на яхте короля Испании? Ну так вот, не стоило и жалеть об этом, поскольку теперь представилась куда более заманчивая возможность надеть его. «Дю Кап» — это одна гигантская выставка мод. Идеальное место для белого раздельного купальника с серебряными пряжками на бедрах.

Я проплыла через бар и вышла к бассейну на самом краю обрыва, выходящего на океан. И как раз придвигала шезлонг, когда чей-то голос крикнул:

— Эй, там!

Это оказалась Джаз Конесси. Ну конечно! Я подошла к тому месту, где лежала она, распростертая, как поджаристый кренделек на белой циновке.

— Привет! — сказала я.

— Еще один повод для расстройства! — протянула Джаз, глядя на мое бикини.

— Что? — не поняла я.

— Я ужасно огорчена, — вздохнула Джаззи.

— Но почему?

— Ваше бикини.

— С ним что-то не так?

— Нет! Нет-е-е-т!!! Я огорчена в хорошем смысле! Потрясающее бикини. Я делаю вам комплимент.

— Спасибо большое. Я тоже потрясена вашим видом. Джаззи была в купальнике с батиковым рисунком, а на шее у нее висело больше бриллиантов, чем на десятке голливудских старлеток, вместе взятых. Думаю, таково представление ДПР о хиппи-шике.

— Жан-Жак, — окликнула Джаз рассыльного, — принесите моей подруге циновку! — И, повернувшись ко мне, добавила: — Не хотите же вы сидеть на шезлонге именно у этого бассейна! Вся штука в белых циновках.

— Я подумывала взять кабинку, — призналась я.

— Не стоит! — возразила Джаз. — Эти кабинки, типа, такие уединенные. Нельзя же, чтобы вас не видели. Вы хотите, чтобы вас увидели?

Я последовала совету Джаз и легла рядом на белую циновку. Здешний этикет мог бы вдохновить Эмили Пост [63] на новые подвиги.

— Я ужасно голодна, — призналась я. — Наверное, закажу двойной сандвич. Вы ничего не хотите?

— Нет. Я на диете «Дю Кап».

Диета, как оказалось, состояла из персикового «Беллини», арахиса и печенья «Ритц». Как справедливо заметила Джаз, арахис гораздо вкуснее сандвичей, которые, говоря откровенно, в «Холидей инн» куда лучше.

— Так вы уже написали историю обо мне? — спросила Джаз.

— Да, — солгала я.

Редактор действительно требовала прислать статью немедленно, но мысль о том, что нужно запереться и работать, когда можно получить загар мирового класса, была невыносима.

— А что вы здесь делаете? — осведомилась я.

— Делаю? Я никогда ничего не делаю. Приехала сюда с другом, у которого вышло, типа, шесть фильмов.

— Видели что-то классное?

— Пока нет, но сегодня днем показ того сногсшибательного фильма, о котором все говорят. Вроде снимался в ЛА. Я слышала, режиссер — это что-то. Хотите поехать со мной?

— Еще бы! А как он называется?

— «Дневник». Утверждают, что он такой же забавный, как картины Вуди Аллена, когда он еще был забавным.

Мы уехали из отеля в четыре. Джаз каким-то образом удалось нанять единственного во всем Антибе водителя, владельца «джипа» с открытым верхом. Мы промчались по подъездной дорожке отеля и выехали на шоссе, идущее вдоль берега.

— Так что вы наденете сегодня на бал? — крикнула Джаз, сражаясь с развевавшимися по ветру волосами.

— «Маккуин». Патрик подарил.

— Потрясно! Вы здесь с Патриком Сакстоном, и он подарил вам платье? Bay! Поразительно!

— Я не с Патриком. То есть у нас не те отношения. Просто он пригласил меня в Канны. Я почти не знаю его.

— Смотрите, тут информация о фильме, — оживилась Джаз.

Я пробежала глазами протянутый листок бумаги:

«Дневник».

Комедия

Сценарий и постановка Чарли Данлейна.

Чарли? Чарли не ставил успешных комедий. Он ставил угнетающие, мрачные, низкобюджетные, интеллектуальные фильмы, которые никто не смотрел. Довольно обидно, если тебя обнаружит мертвой безнадежный неудачник-режиссер, не говоря уже о любимчике Каннского фестиваля.

— Джаз, я не могу ехать. Нужно дописать статью, — объявила я и, тронув водителя за плечо, попросила:

— Не могли бы вы высадить меня здесь? Он остановился. Я выпрыгнула из машины.

— Но вы же вроде все закончили, — удивилась Джаз.

— Увидимся вечером, — бросила я и пошла к отелю. Как раз в тот момент, когда мне стало немного легче, перед глазами всплыло суровое порицающее лицо Чарли, а вместе с ним вернулось и крайне негативное, «адвильное» настроение. Хуже всего, что история с Эдуарде уже широко известна, поскольку прошла все круги сплетен, поэтому впечатление Чарли обо мне еще ухудшилось. Но так или иначе, а я должна сдать статью в срок. Крайне важно быть супер-пупер надежной, если хочешь сделать карьеру, тем более что в последние несколько недель надежностью ты не отличалась.