Чтение онлайн

– Калеб, – отчитала его мать, невольно обратив на себя внимание мужчины.

Он искоса взглянул на лицо матери, скрытое от солнечных лучей широкополой шляпкой, создававшей метровый круг тени.

Мать цокнула языком и покачала головой.

– Тебе не следовало так задерживаться прошлой ночью. Ты готов уснуть, а это все-таки пикник в честь моего дня рождения.

– Прости, мама. Давай я сделаю тебе еще стакан лимонада?

– Нет, посиди со мной немного, – сказала она, нежно похлопывая по стулу рядом с собой.

Калеб мог вспомнить то время, когда их пикники на одеялах устраивались в грязи, но та жизнь больше не для нее. Сейчас его мать была счастлива. Мужчина не станет ее упрекать за то, что причина ее счастья заставила его извиваться словно жука, загнанного в угол. Мать всегда любила его. Калеб не мог сказать того же ни об одной другой живой душе.

– Какой прекрасный день, – вздохнула женщина.

– Точно.

Ливень смыл всю пыль и облака с неба. Теперь оно было ясным, ярко-синим и резало глаза.

– Ты видел Милдред с ее внуком? Не могу поверить, что ее сын стал отцом. Разве вы не друзья?

Калеб нахмурился, пытаясь сосредоточиться на этих людях, ничего не значивших для него.

– Томми? – спросил он. – Томми Шроп?

– Да, Томми! Сейчас все, конечно же, зовут его Томом. Он – адвокат. Они уезжают в Канзас в следующем месяце.

Это казалось правильным. Томми был одним из мальчиков, ухаживавших за Джессикой. Одним из мальчуганов, глумившихся над Калебом. Сузив глаза, мужчина оглянулся в поисках Томми Шропа, но не увидел его.

– Тебе тоже придется скоро обосноваться, ты так не думаешь, Калеб? Ты мог бы вернуться сюда. Побыть рядом некоторое время. Найти себе жену. Калифорния так далеко.

«Найти себе жену». Он не мог представить себе женщину, которую хотел бы достаточно сильно, чтобы провести с ней остаток своей жизни. Работать. Болтать. Лежать ночью в постели. Джессика была исключительной, подходившей ему по всем параметрам. Единственной, кого он мог представить рядом с собой на всю жизнь. Не только из-за ее красоты. Из-за смеха, слов и кругозора. Уникальная девушка, наделенная богатым складом ума для того, чтобы заставить его чувствовать себя умным.

– Можешь ли ты представить себе звезды, Калеб? – спросила однажды Джесс, глядя в ночное небо. – Можешь ли вообразить, что каждая из них – это солнце, такое же, как наше?

– Сияющее для других миров? – спросил он, вытягивая шею, чтобы увидеть то, что видела она.

– Да. Для миллиона других миров.

И Калеб смог это увидеть. Просто, как Джессика и описала.

Калеб посмотрел на свою мать.

– О, – она всем своим видом выражала неодобрение, будто громадная дождевая капля омрачила ее солнечный день рождения своим падением. – Ты должен забыть о ней.

– Я должен? Ты когда-то души в ней не чаяла. Любила как дочь. Ты писала мне, что Джесс приходила на ужин раз в неделю, чтобы поддержать вас с Теодором.

Ее лицо перекосилось и нахмурилось, мать уставилась на свои руки в перчатках.

– Приходила. Случившееся стало несчастьем.

– Ты пыталась ей помочь?

– Как я могу помочь такой женщине? Как ты можешь даже просить меня говорить о подобных вещах? Тебе необходимо забыть ее, Калеб. Найти хорошую, достойную девушку.

Славную, порядочную женщину. Не девушку, стоявшую на четвереньках. Не ту, которой бы это нравилось.

– Калеб, – произнес отчим так близко от него, что мужчина подскочил. Он так быстро провалился в воспоминания о Джессике, что не услышал, как подошел Теодор.

– Сэр.

Калеб встал, чтобы предложить стул рядом с матерью, но отчим махнул на него рукой.

– Ты поздно пришел, – хрипло произнес он.

– Да, сэр.

Калеб подавил желание рявкнуть ему, что это не его дело.

– Надеюсь, что с тобой ничего плохого не случилось?

Мать прочистила горло.

– Он ездил на ранчо Смитов.

– Это правда? – спросил Теодор. – Ты хочешь устроиться там на старую работу?

Калеб встретился взглядом с мужчиной.

– Просто навещал старых друзей.

– Некоторые из этих ковбоев настоящие хулиганы. Учти это, наведываясь туда. Однажды твоя репутация уже опозорила эту семью.

Мать Калеба встала, шелестя юбками.

– Давайте просто забудем об этом, мистер Дарст. Я бы хотела прогуляться, Калеб. У ручья сейчас должно быть прохладно.

– Да, мэм, – сказал он, предлагая свою руку и борясь с желанием зарычать на своего отчима. Мужчина отвернулся от Теодора и пошел с матерью к ручью.

Он мог изображать вежливое терпение. Был в силах переждать этот день. Сегодня Калеб снова увидит Джессику, и его сердце сжалось от этой мысли.

Вчера девушке все очень понравилось. Она боготворила его. Возможно, разговоры о любви входили в ее платные услуги, но, когда Джессика прошептала это в подушку, признание казалось чистым и правдивым, пока мужчина делал грубые и удивительные вещи с ее телом.

Калеб думал, что эта сделка доставит ему некоторое удовлетворение. Вместо этого ему хотелось еще больше. Больше Джессики разными способами. Он провел все утро, ломая голову, пытаясь вспомнить все грязные вещи, о которых когда-либо слышал. Мужчина почти не имел собственного опыта. Калеб потратил несколько монет на женщину здесь и там лишь однажды, чтобы один раз потрахаться, и никогда не совершал того, что он вытворял с Джессикой прошлой ночью. Он хотел, чтобы она трогала его член. Рассчитывал увидеть, как она объезжает его. Потом планировал встать на колени над ней и…

Калеб расправил плечи и заставил себя перестать думать. Он сопровождал свою мать весь день рождения, но даже это не помогло ему стряхнуть мысли о Джессике.

– О-о, Калеб, – проворковала мать, сжимая его руку, – это та самая, милая мисс Аннабель. Она была еще девочкой, когда ты ушел, но посмотри на нее сейчас. Созрела для замужества, я бы сказала.

Мужчина послушно взглянул на сладкую, пышную блондинку и представил себе, что ухаживает за ней. От этого Калеб почувствовал себя еще отвратительней, чем от того, что он проделал с Джессикой.

Его взгляд скользнул мимо девушки к группе лиц, стоявших с ней, потом к людям позади нее. Высший социальный класс этого города. Люди, у которых было время на пикник во вторник. Кто-нибудь из этих мужчин трахал Джесс? Кто-нибудь из них обижал ее?

Калеб ненавидел их всех. Не мог оставаться здесь, в этом городе. Не в состоянии жить тут и постоянно задавать себе эти вопросы. Но когда эта неделя закончится, как же он сможет уехать?

Глава 10

Джессика чувствовала себя странно весь день. Грустно. Тревожно. Словно ждала чего-то, но чего?