Чтение онлайн

— Кол-лек! — окликает занятого своей рукой приятеля. — Пошли отседа… Ну его… — бурчит он пьяно, косясь в мою сторону.

Я спокойно докуриваю сигарету, с интересом наблюдая за ними. Колек сдался и, молча баюкая руку, дает себя увести.

Ну вот, развлечения кончились. Посмотрев внимательней на спящего мужика на дороге и убедившись в том, что тот действительно крепко спит, а не отошел в мир иной, возвращаюсь к себе в машину. Полчасика прошло, и то хорошо. Можно допить «колу» и послушать еще часок музыку.

Подгоняю «опель» к дальней от ворот высокой стене, сложенной из кирпича и ограждающей территорию коттеджа.

Проверив оружие, выхожу и, осмотревшись, забираюсь на багажник машины, а оттуда на крышу.

С крыши я без проблем быстро оказываюсь на верху ограды и, замерев, прислушиваюсь, осматривая сад.

Шавок здесь вроде не имеется и народ не бродит.

В доме во всех окнах и на террасе горит свет. Дорожки в саду и вокруг коттеджа также освещены фонарями на невысоких, стилизованных под старину столбах.

Мягко спрыгнув вниз, осторожно приближаюсь к дому. Все пока тихо. Ничьих голосов не слышно.

Прохожу к открытой террасе и быстро поднимаюсь наверх по лестнице. Сюда же, на террасу, выступает и застекленный каркас зимнего сада. Через стекло и приоткрытую створку дверей гостиной вижу сквозь зелень растений спящего на диване толстяка. Тот успел, видимо, только снять пиджак. Похоже, Марина все сделала правильно.

Прохожу в гостиную, держа пистолет наготове. Здесь только толстяк, и больше никого нет. В углу помещения вверху замечаю замаскированную под панель следящую камеру. Иду дальше. На первом этаже никого. Отступив за тяжелую портьеру в холле, затаившись, жду, так как слышал шаги. Идущего я не вижу, но уверен, что это идет Марина. Цоканье каблучков по паркету на мужские шаги никак не похоже.

Марина появляется во всем своем блеске. От ее красоты даже я мог бы зажмуриться. Разумеется, этого не делаю, а выхожу ей навстречу. Девушка в первый момент вздрагивает, резко остановившись, и отшатывается.

— Я похож на Дракулу? — улыбаюсь ее реакции.

— Уф! — выдыхает она с облегчением. — Ты меня напугал… Я думала, ты остался в гостиной…

— Как здесь?

Марина кивает:

— Охрана спит, я только что от них. Этот — там, ты видел…

— Мониторы отключила?

Марина улыбается:

— Никто нас не опознает. Не волнуйся…

— Пошли, — приглашаю ее и прохожу первым.

Чтобы привести в чувство толстяка, приходится затратить минут двадцать, применив медицинские средства. Мужик приходит в себя долго, но уверенно. Снотворное, что подсыпала здесь всем Марина, может продержать человека сутки.

Наконец тот смотрит на нас вполне осознанным взглядом. Некоторое время даю ему полностью оклематься и окончательно уяснить сложившуюся ситуацию.

— Вы кто? — спрашивает толстяк недоуменно. — Врач?

— Почти… — соглашаюсь с ним. — Моя задача с некоторых пор лечить общество…

Мужик смотрит на Марину.

— Я ведь приехал сюда вместе с вами? — интересуется он у нее.

Девушка молча подтверждает, продолжая стоять перед креслом.

Мужчина устраивается поудобней на диване и замечает в моей руке пистолет, который я держал внизу. Он тут же испуганно поднимает на меня глаза.

— Кто вы?! Что вы собираетесь делать?!! — хрипит он.

Пожимаю плечами:

— Все зависит от вас самих… — объясняю спокойно. — Для начала представьтесь сами, — приказываю ему.

— Воронов Михаил Константинович.

— Вот и хорошо, Михаил Константинович. Сейчас вы мне должны будете честно, очень правдиво ответить на все вопросы…

Мужик все еще косится на пистолет у меня в руке. Убираю оружие в кобуру под мышку, дабы не отвлекать клиента.

— Вопросы для вас будут просты и не сложны, так как вы превосходно владеете всей темой, — успокаиваю его. — Итак. Кто поставляет оружие, как оно идет, куда? Вы слышите — насколько все для вас будет просто? — усмехаюсь я. — И все точно так же, но о наркотиках… Ну-с, господин Воронов, поехали?

Выкладываю на столик диктофон.

— Я… — тянет он. — Я не могу…

— Что ты не можешь? Ублюдок! — шиплю я на него, мгновенно преобразившись из вежливого незнакомца в матерого хищника. — Не можешь — сходи в сортир, сука! А на мои вопросы, дятел, ты будешь стучать, как пишущая машинка в опытных руках… Усек?!

Мужик нервно сглатывает, и на его лбу выступает испарина. Чтобы он подсуетился в своих мыслях, вытаскиваю вновь пистолет наружу.

— Как только почувствую фальшь, — предупреждаю его, — для начала ты лишишься своей правой коленной чашечки…

Воронов непроизвольно отдергивает жирную ногу в сторону от ствола пистолета.

— Я все расскажу! — быстро произносит он, не в силах отвести взгляда от оружия.

Ему ли, торговцу стволами, не знать, как оно действует…

Молча, не отрывая взгляда от его переносицы, ободряюще киваю:

— Давай…

— У нас договора… — торопится он высказаться, и через минуту его уже не остановить. — Оружие идет из Гонконга через польскую фирму «Импорт Польска», находящуюся в Гдыне. Это порт в Гданьской бухте. Оттуда через Гродно его перегоняют в Гомельскую область. Затем, также железной дорогой, до Клинцов в России, где весь груз поступает на склад бывшей воинской части, теперь уже расформированной, но территория части взята одной из моих подставных фирм в аренду…

— Каким образом Министерство обороны России сдало вам в аренду свою территорию, и кто в этом участвует?

Толстяк слегка мнется, но все же говорит:

— Там есть заинтересованные лица…

— Звания, фамилии, должности! — тороплю его.

Воронов называет. Мне остается только удивиться про себя коррупции в нашем министерстве, но вида не показываю.

— Там на территории имеется вертолетная площадка, — продолжает делец. — Оттуда небольшими партиями, но постоянно груз перебрасывается в Ростов и после уже на Кавказ…

— Ваши компаньоны в Ростове?!

— Общество с ограниченной ответственностью «Милер».

— Насколько я понимаю, там также задействованы люди из военных? — интересуюсь я, хотя знаю заранее ответ.

— Да… Иначе нам не использовать армейские аэродромы… А это самое основное звено в движении груза…

— На польской территории также работают армейские?

Воронов кивает.

— Чем их армия отличается от нашей? — бубнит он, почти оправдываясь.

— Кто покупатели?

Воронов усмехается: