Чтение онлайн

– Как много!
– поразился Ваня, перебирая туго перетянутые резинками пачки.
– Ну, я вам скажу, что теперь план с фактом сошлись. И все-таки, Алиса, откуда это? Ты что, банк ограбила?

– Скорее, местный обменный пункт, - беззаботно отозвалась Безумная.
– Ямаданское золото по курсу рубля как раз один к двадцати.

У студентов вытянулись лица.

– Ямаданское... золото?
– охрипшим тоном переспросил Дима.

– Ну, да. Здесь то, что мы заработали за охрану свадьбы, то, что одинаковые заработали за охрану герцога, и, вдобавок, небольшое вознаграждение за убийство Такуми, чтоб он горел в аду десять вечностей. Вложим все в праздник, а что останется, разделите между собой поровну, - Алиса вдруг посерьезнела.
– Кстати, если вы вдруг случайно окажетесь в Градоне, и встретите Садима с перевязанной рукой, то знайте, что это он сам с лестницы упал, а не я его толкнула.

Дима ошеломленно провел рукой по волосам, у Луизы был такой вид, будто она случайно предсказала конец света, один только Зяблик ничуть не удивился.

– Алиса, я тебя обожаю!
– простонал Валера, запуская руки в сумку.

– Вот только не надо при этом смотреть на мою задницу, извращенец!
– возмутилась студентка.
– Хотя, твоя ничего так, пойдет.... О чем это я? А, точно, о долях. Я свою честно заработанную часть уже взяла, так что меня из дележа можете исключить. И не забудьте про уговор насчет плинтуса. Да, и еще, вам от Хайсе и ее ребят очень большой привет.

– Неплохо, - пробормотал Остап.
– Совсем неплохо. Я так понимаю, Рахни поспособствовал?

– Есть такое, - не стала отрицать Алиса.

Дима обвел друзей пристальным взглядом. В груди лесным пожаром разрасталась эйфория с примесью предвкушения. Теперь он не сомневался, что они возьмут верх над зарвавшимися старшекурсниками, и покажут им, кто в Академии самая крутая группа.

– Тогда могу сказать только одно. За дело!

– Сказанул, прям как Ленин перед революцией, - Безумная подняла ладони.
– Молчу, молчу.

Сидя на узкой, тюремной койке, Светозар Евлампиевич окинул грустным взглядом свое временное пристанище. Как особо опасного хулигана с извращенными наклонностями его запихнули в одиночку, и теперь директор БАМа вынужден был признать, что крошечная клетка никак не могла удовлетворить его обширные потребности.

В частности вопросы, касающиеся нависшего брюха и раздувшейся из-за сидячего образа жизни кормы.

За окном быстро набирал обороты вечер, пришпиленный к стене отрывной календарь с похабными картинками показывал первое декабря. Поерзав на месте, пытаясь устроиться поудобнее, директор подложил ладонь под щеку, и решил немного вздремнуть. Но помешали ему лязг замка и веселые голоса.

– Николаев, принимай гостей, - сказал дежурный, вталкивая в комнату развязного мужичка с хитрыми глазами и сигаретой в зубах.

– Сколько раз повторять, что моя фамилия звучит по-другому, - сонно пробормотал Светозар Евлампиевич, пытаясь отодвинуться, чтобы дать гостю место рядом с собой.

– Сиди-сиди, - оценив габариты хозяина, напоминающего выброшенного на берег молодого кашалота, гость встал возле крошечного окошка, и продолжил дымить, задумчиво глядя на темное небо.

Докурив, и поразмышляв о чем-то своем, он затушил сигарету, сплюнул на пол, и вытащил из подошвы сапога широкий мясницкий нож.

– Ну-ка, папаша, подставляй брюхо. Сейчас будем тебя на сало кромсать.

– Что-что?
– испуганно охнул боевой маг.

– Что слышал, - мужичок начал неторопливо приближаться, взглядом мастера отмечая наиболее аппетитные места на туше директора.
– Про Потапыча когда-нибудь слышал, что людей кушает?

– Нет...

– Ну вот, я он и есть. Вы, жирняги, вообще оборзели, ни в автобусе рядом не сесть, ни в очереди перед вами не постоять. Везде задавите. Вот, я и стараясь, как могу, уменьшаю вашу популяцию.

Светозар Евлампиевич кое-как вскочил с койки, и начал быстро отступать в угол, поглядывая на нож.

– Но вы же не будете меня кушать?

– Сейчас не буду, - согласился Потапыч.
– Но мне же тоже надо зимой что-то есть. Сейчас я тебя разделаю, пофасую, и к себе в подпол, в морозильник. А когда снег повалит, буду отбивные жарить и тебя добрым словом вспоминать.

– Но так же нельзя!

– Почему?

– Это негуманно!
– директор привел, как ему казалось, убойный аргумент.

Потапыч немного подумал, и кивнул, соглашаясь с мнением жертвы. Директор уже было вздохнул с облегчением, когда мужичок, устав точить лясы почем зря, активно перешел в наступление, и ринулся на жертву с азартом охотника, забывшего дома ружье.

Тоненько завизжав, Светозар Евлампиевич, видя, что отступать ему некуда, качнулся вперед, намереваясь выйти из угла. В этот миг Потапыч поскользнулся, и с криком Твою мать! врезался точно в брюхо директора. Вспомнив свою бурную молодость, Светозар Евлампиевич замахнулся, чтобы ударить врага кулаком по голове, и по инерции просто смел охотника своей массой. Потапыч отлетел, ударился головой об угол койки, и затих.

– А вот нечего на боевого мага лезть, - с достоинством сказал директор, пряча нож под подушку.

Вернув свою тушу обратно на койку, он снова загрустил, представляя, что сейчас творится в Боевой Академии пока его нет на месте.

****************

Несмотря на то, что Зяблик в одиночку уложил гномом штабелями, чувствовали они себя прекрасно. Поэтому и пришли на вечеринку, как всегда, всей толпой.

– Добрый вечер, Даэррин, - поприветствовал Ярослав преподавателя по обращению с холодным оружием.
– Вижу, вам тоже не чужды студенческие развлечения.

– Я знаю правила, - успокоил куратор БГ-2-0.
– Все, что произошло в общежитии, останется в общежитии. Можете не волноваться.

– Тогда проходите.

Первым препятствием стали разноцветные занавески, отгородившие блок от двери небольшим участком на манер прихожей.

– Чтобы попасть на вечеринку, для начала вам придется принять соответствующий облик, - объяснил Ярослав, беря один из мешков, сложенных у стены.
– Поэтому каждый должен надеть вот такие шаровары, а голову обвязать куском ткани, как чалму. Грудь можете оставлять открытой, ноги тоже, у нас везде ковры.

– Вот это креатив!
– одобрительно сказал Веллем. Гвеллин только вздохнул.

– Значит, вечеринка в восточном стиле?
– угрюмо спросил он.

– Совершенно верно, мой друг, - Ярослав поправил свою собственную чалму, и похлопал по висевшей на поясе сабле.
– Переодевайтесь, и я представлю вас гостям.

Между тем в самом блоке уже царила непринужденная атмосфера.

Подрагивая на девяносто процентов обнаженными грудями, изображающие рабынь девушки расхаживали по залу, подливая гостям чай с малой примесью алкоголя, пока те восседали прямо на полу, на коврах, наслаждаясь музыкой и видом полуобнаженных женских тел. Большинство студентов были второкурсниками из группы БМ-17-2, но присутствовали и несколько неопределенных личностей, в частности некто, с ног до головы обернутый в бинты, и одноглазое существо с двумя треугольными крыльями за спиной, напоминающее гигантского махаона. Присутствовал также и Рахни, он сидел на почетном месте, подобрав под себя все восемь ног, держа в каждой из восьми рук по чашке, и отпивая из каждой чашки по очереди. Многочисленные лампы и светильники создавали восточный уют, а несколько экранов, расположенных в разных местах блока, показывали классические фильмы о любви и танцах, присущих индийскому кинематографу.