Чтение онлайн

– Потому что ты постоянно с артефактами возишься, вот и натренировала руки. А мы такой тонкой работой сроду не занимались.

– Вот они, современные мужчины, - проворчала Алиса.
– А дальше что, мы за вас ямы копать будем? Блин, блин, блин!
– она топнула ногой, и закусила губу.
– Не выходит нихрена!

– Давайте сделаем перерыв, - предложил Дима, вытаскивая из своей сумки бутылку с водой и бутерброды.

Близнецы и Луиза с радостью согласились, а вот Алиса проигнорировала - схватил учебник, и буквально впилась в него взглядом, выискивая нужную информацию.

– Может, дело в пальцах?
– Ваня посмотрел на свои короткие, толстые сардельки.

– Возможно, - артефакторша подняла свои - длинные, тонкие, ухоженные, как у пианиста.
– А может, дело в старании.

Алиса вдруг со злобным остервенением бросила книгу на пол.

– Так и знала! Вот, послушайте: Прежде, чем сплести заклинания, маг должен внимательно посмотреть на свои руки. Они - его главный инструмент. Уметь разделять прилипшие друг к другу песчинки, ловить в воздухе тонкие пылинки, связать леску в сложный узел - вот, что должны делать его руки. Только с развитой моторикой можно научиться плести магические кружева

– И как этого умения достичь?
– спросил Дима, жуя бутерброд с колбасой.

– Здесь есть несколько простых советов. Например, взять мячик от пинг-понга, и крутить его между пальцев трижды в день в течение получаса. Можно насыпать в тарелку гречку с рисом, и отделить каждую крупинку друг от друга. И о чем это говорит?

– О том, что ты - плохой преподаватель, - буркнул Валера.
– Могла бы это нам сразу сказать, а не через полчаса с момента начала занятий.

– Да я что, вас учить нанималась?
– Алиса опешила.
– Я что, хоть слово сказала, что вы должны меня слушать и во всем за мной повторять? Нет, я сказала только то, что все организую, и принесу книгу, а дальше сами.

– Да что ты за человек, если читаешь книгу не с самого начала, а с середины?
– упорствовал Валера.

– Тихо!
– Ваня вдруг хлопнул ладонью по полу, и поднялся.

Но Алиса уже явно разозлилась.

– Слушай ты, чучело серийного производства, если ты еще раз заткнешь мне рот...

– Да помолчи ты!
– Дима навострил уши.
– Слышите?

Со стороны выхода послышался скрип поворачиваемого в замке ключа. Кто-то отрыл входную дверь, и забормотал, снимая многочисленные охранные заклинания.

– Атас!
– Валера щелкнул выключателем.

Зал погрузился во тьму. Студенты бросились к единственному убежищу - крошечной каморке, где хранился спортивный инвентарь. От волнения Дима не сразу справился с замком, и пока они прятались, неизвестный уже успел открыть вторую входную дверь, и затопать по коридору, ведущему к залу с манекенами.

– Кого там нелегкая принесла?
– пробормотала Алиса.
– Твою же...

– Что?

– Учебник на полу оставила.

От ужаса первокурсники даже дышать перестали. Снова щелкнул выключатель, свет озарил зал. Появившийся на пороге мужчина стянул с головы капюшон, и открыл резкие, будто высеченные на изъеденном морскими волнами камне черты лица. Дима случайно посмотрел на Луизу - та застыла на месте, глядя на неизвестного гостя широко распахнутыми глазами.

– Три недели, - забормотал гость, и захромал к двери в дальнем конце зала.
– Три недели, и никакого покоя! Зачем я вообще уходил, не пойму, такое чувство, будто с каторги вернулся.

– Это физрук!
– зашипела Алиса.

– Ты же говорила, что физрук в отпуске!
– возмутился Валера.

– Должен был быть еще как минимум месяц!

– А это что такое?
– мужчина остановился, и поднял с пола книгу.
– Хм, самоучитель по боевой магии. Странно, это кто же такой расточительный, что такую ценную книгу в спортзале оставил?

Дима выразительно посмотрел на Алису, та отвела взгляд, и пожала плечами.

А далее события начали набирать стремительные обороты.

Луиза вдруг начала медленно оседать на пол, шепча под нос: Ой, мамочки!. Ваня неловко повернулся, и задел ногой баскетбольный мяч, который ударился об стену. Физрук встрепенулся, и начал медленно подходить к каморке, держа наготове пудовые кулаки.

– По моей команде - врассыпную!
– прошептала Алиса, которая единственная не потеряла самообладания.

Но тут, к счастью, снова скрипнула дверь, и послышался знакомый голос. Физрук повернул голову. В зал стремительно вошли двое - Богданов и Казимир, оба донельзя уставшие.

– С возвращением, Виктор Степанович.

– Да уж, как у черта со сковороды, - грустно усмехнулся физрук.
– Как здесь, все спокойно?

– Мои ребята обрадовались, а то им, в виду вашего отсутствия, негатив некуда выплеснуть, - Богданов потер уставшие глаза.
– Вон, намедни даже драку устроили с первокурсниками! Так что, вы теперь их погоняйте, пусть свой жирок стрясут, да и злобу заодно.

– Виктор Степанович, что там по нашему делу?
– намекнул Казимир.
– Удалось что-нибудь разузнать?

Физрук тяжело вздохнул.

– Был я там. Осмотрел все. От старого замка Ванды камня на камне не осталось, все растащили, подчистую. Никто ничего не видел, никто ничего не слышал, да и вообще, про нее уже все давно забыли. Так что, зря вы переживаете.

– Я ему тоже самое говорил, - преподаватель по артефактам посмотрел на преподавателя по заклинаниям.
– А он все заладил: опасность да опасность. Паранойя у тебя, Казимирушка, это тебя надо было в отпуск отправлять, а не Виктора Степановича.

– Я уйду в отпуск только тогда, когда лично поверю, что угрозы нет, - отмахнулся Казимир.
– То, что от замка камня на камне не осталось, еще ничего не доказывает. У Ванды было много убежищ, и мы должны проверить каждое.

– Это уже без меня, - физрук зевнул, прикрыв рот ладонью.
– Я отстал от учебного плана, и теперь года на два могу забыть об отдыхе. Если не возражаете, пойду спать, с ног валюсь.

– А что это у вас там?
– неожиданно спросил Богданов, указывая на учебник в его руках.

Затаившиеся в каморке студенты похолодели.

– А, это мое. Взял на досуге, почитать перед сном. Говорят, когда скучно, лучше засыпаешь.

– Оригинальный вы человек, - улыбнулся Казимир.
– Спокойной ночи.

– И вам.

Преподаватели разошлись, свет погас, двери закрылись. Дима вдруг обнаружил, что у него во рту сухо, как в пустыне, а пальцы непрерывно мнут ремень сумки. Алиса глубоко вздохнула, и переступила с ноги на ногу.

– Кажись, пронесло. Пошли, нам тут больше нечего делать.