Чтение онлайн

Положением о кадетских корпусах требовалось, чтобы система обучения в них была согласована с основными требованиями физического и нравственного воспитания, чтобы путем обучения постепенно развивались умственные способности учащихся и сообщались им «основные знания истины веры и общеобразовательных предметов», необходимых как для дальнейшего специального военного образования, так и для «предстоящей впоследствии служебной и житейской деятельности».

Воспитание в кадетских корпусах имеет главной целью, указывалось законоположением, «…подготовление воспитывающихся юношей к будущей службе государю и отечеству посредством постепенной, с детского возраста, выработки в воспитанниках тех верных понятий и стремлений, кои служат прочною основою искренней преданности престолу, сознательного повиновения власти и закону и чувств чести, добра и правды. Соответственно такой цели, корпусное воспитание должно в каждом из кадет всесторонне развить физические и душевные способности, правильно образовать характер, глубоко укоренить благочестие и верноподданнейший долг и твердо упрочить те нравственные качества, кои имеют первенствующее значение для офицера».

«Совокупные усилия всех преподавателей и воспитателей должны быть постоянно направлены к тому, — говорилось в законе, — чтобы поддержать в каждом воспитаннике здоровье, силу и бодрость тела и духа, строгую дисциплину ума и воли, любознательность и склонность к умственному труду».

В кадетских корпусах преподавались: закон божий, русский, французский и немецкий языки, математика (арифметика, алгебра, геометрия, тригонометрия, начала аналитической геометрии), природоведение и естествознание, физика, химия, космография, география, история, законоведение, рисование и чистописание; кроме того, велись внеклассные занятия: строевое обучение, гимнастика, фехтование, плавание, танцы, музыка и пение.

В кадетских корпусах воспитанники получали достаточно хорошее общее среднее образование, особенно в отношении математики; преподавание истории и всех языков было поставлено не совсем удовлетворительно. Юноши, заканчивающие кадетские корпуса, были в общем хорошо подготовлены для прохождения курса военных училищ в отношении как общего образования, так и основных начал строевой подготовки, воспитания в духе воинской дисциплины (но недостаточно сознательной), в духе повиновения власти и закону. Они были воспитаны более или менее удовлетворительно в духе тех нравственных качеств, которые по понятиям того времени имели «первенствующее значение для офицера». Но они были круглыми невеждами в отношении понимания долга гражданина в общественно-политическом отношении, так как всякое, самое малейшее проявление интереса к вопросам экономики, политики, гражданского долга не допускалось среди военных, считалось преступным и каралось законом. В них мало развивалась «любознательность и склонность к умственному труду», почти не развивались душевные способности, обеспечивающие воспитание дисциплины ума и воли, воспитание необходимого воину твердого характера, обеспечивающего безбоязненное проявление инициативы и самодеятельности, особенно остро требующееся в условиях современной боевой обстановки.

В «Своде военных постановлений» 1869 г., изд. 4 (ст. 1020, 1048) указывалось, что военные училища «имеют целью доставить молодым людям, получившим общее образование, военно-воспитательную, строевую и научную подготовку, необходимую для службы в соответствующем роде войск».

Цель военного воспитания юнкеров военных училищ согласно тому же «Своду военных постановлений» заключалась: 1) в глубоком укоренении чувства долга верноподданнического и воинского; 2) в образовании честного, строго исполнительного и мужественного характера; 3) в развитии и упрочении сознания о высоком значении воина, призванного к защите престола и отечества; 4) в прочном усвоении воинской дисциплины и чинопочитания; 5) в поддержании между совоспитывающимися юнкерами духа доброго товарищества, с должною в порядке службы подчиненностью старшим из них по званию.

Обучение в военных училищах согласно общему о них положению должно было сообщать юнкерам основательные знания, теоретические и практические, обладая которыми, выпускаемые из училищ офицеры могли бы не только выполнять с должным успехом предстоящие им служебные обязанности, но и продолжать на службе свое военно-научное образование.

В военных училищах (пехотных и кавалерийских) проходились: 1) военные науки — тактика, военная история, артиллерия, фортификация, военная топография, законоведение и военная администрация; 2) общеобразовательные предметы — русский, французский и немецкий языки, механика и химия (последние два в виде сокращенных курсов); кроме того, закон божий; 3) все отрасли военно-служебной подготовки.

Артиллерийские училища приготовляли молодых людей «для службы в строевых частях артиллерии» и являлись «подготовительными заведениями для Михайловской артиллерийской академии».

Учебный курс военных училищ — двухгодичный, артиллерийских — трехгодичный, т. е. значительно расширенный в отношении математики, химии и в особенности специальных знаний артиллерии. По учебному полному курсу проходимых предметов артиллерийские училища возможно было отнести к высшим учебным техническим заведениям.

В артиллерийских училищах сверх общих военных и общеобразовательных предметов, проходимых в военных училищах, и специального курса артиллерии проходились еще дополнительные предметы по математике: аналитическая геометрия, диференциальное и начала интегрального исчисления, физика, элементарная механика и обстоятельный теоретический и практический курс химии с уклоном производства пороха и взрывчатых веществ.

В общем в артиллерийских училищах юнкера получали основательную общеобразовательную теоретическую подготовку по физико-математическим предметам и по химии, отличную теоретическую и хорошую практическую специальную военно-научную подготовку, особенно в области знаний артиллерии. Подготовка офицеров, выпускаемых из артиллерийских училищ, справедливо признавалась достаточной для того, чтобы эти офицеры были в полной мере полезными для службы в артиллерии на младших командных должностях.

Однако младший офицерский состав русской артиллерии комплектовался путем производства в офицеры юнкеров не только артиллерийских училищ, но за недостатком последних и других военных училищ (главным образом пехотных, редко кавалерийских).

Офицеры, выпускаемые в артиллерию из военных училищ, были вообще слабо подготовлены для службы в артиллерии, так как теоретический курс артиллерии проходился в военных училищах в ограниченном размере, на практике специальная артиллерийская служба не проходилась, командирование же выпускаемых в артиллерию юнкеров накануне производства в офицеры на несколько дней в ближайшие расположенные лагерем батареи для ознакомления со строевой артиллерийской службой не приносило почти никакой пользы.

Первое время службы в артиллерии положение молодых офицеров, выпущенных из военных училищ, бывало до некоторой степени довольно тягостным. Им приходилось учиться не только у своих товарищей офицеров, старших по выпуску или произведенных одновременно с ними из артиллерийских училищ, но нередко учиться практически и у подчиненных им фейерверкеров (теперь сержантов) или даже присматриваться к искусной работе при орудии старослужащих бомбардиров (ефрейторов) и канониров (рядовых), чтобы перенимать некоторые приемы их работы и потом обучать этим приемам.

Благодаря тому только, что в артиллерию выпускались из военных училищ наилучшие по успеваемости в науках, более способные юнкера и что в артиллерии исторически сложились хорошие взаимные отношения между офицерами и солдатами, офицеры из окончивших военные училища выходили из неловкого положения довольно скоро и легко. Впоследствии они в общем не уступали в знании строевой артиллерийской службы и практической стрельбы своим товарищам, выпущенным из артиллерийских училищ. Но все же эти последние, за некоторыми исключениями, иногда давали первым чувствовать свое превосходство, по крайней мере в полученном более широком специальном образовании.

Характерной чертой в воспитании и военной подготовке юношества, предназначаемого к тому, чтобы стать в ряды офицерства старой русской армии с ее артиллерией, являлось то, что воспитанников кадетских корпусов и затем юнкеров военных училищ (всех специальностей) в силу классовой розни держали далеко в стороне от солдат. В результате выпускаемые из училищ молодые офицеры не знали, как подступить к солдатам, как их учить, как найти с ними общий тон, побороть их недоверие к офицеру, боязнь его, как держать себя, чтобы пользоваться добрым к себе расположением и уважением со стороны солдат, чтобы они желали и могли поделиться своими интересами с офицером, видели в офицере не только строгого, карающего начальника, но и «отца-командира».