Чтение онлайн

Командир 3-го корпуса в 22 ч. 20 м. 19 августа отдал приказ: «Ввиду утомления войск и необходимости подтянуть тыловые учреждения и пополнить запасы, командарм приказал продвинуться вперед лишь настолько, насколько это возможно при условии не вступать в упорный бой с неприятелем. 20 августа корпусу занять фронт Пусперн — Ширгупенен — Матишкемен — Зоденен.

а) 25-й дивизии к 5 часам утра занять район Пусперн — Ширгупенен.

б) 27-й дивизии к 5 часам утра занять район Матишкемен — Варшлеген.

в) 40-й дивизии к 5 часам утра занять район у Зоденен.

Районы, указанные в п. «а», «б» и «в», должны быть заняты главными силами. Охранение оставить на месте».

Приказ этот не был получен в дивизиях своевременно.

В 25-й дивизии ночь на 20 августа прошла в общем спокойно, но немцы освещали всю ночь расположение правого авангарда прожекторами и от времени до времени открывали огонь.

Части 25-й дивизии в 5 часов утра начали движение, чтобы занять указанный им район. Около 6 часов утра перед сторожевым охранением 100-го полка (левого авангарда) и перед соседней 27-й дивизией появились передовые части наступающей 35-й германской дивизии (17-го корпуса), под давлением которых охранение стало отходить. Вскоре влево в 27-й дивизии начался артиллерийский огонь, а с 7 часов утра неприятельская артиллерия стала обстреливать район Зодинелена, занятый сторожевыми частями 100-го полка.

Затем при содействии сильного огня артиллерии (12 полевых батарей, в том числе 9 пушечных и 3 гаубичных) немцы начали атаку подходившей к району Пусперн — Ширгупенен по частям 25-й дивизии, в составе которой имелось лишь 8 полевых батарей (в том числе 6 пушечных и 2 гаубичных). Бой разгорелся между 10 и 12 часами. Наступавшая на д. Ширгупенен 87-я бригада германской 35-й дивизии потеснила центр русской 25-й дивизии, отошедшей в район Ионасталь. Одновременно немцы, атаковавшие в направлении на Зодинелен, заставили отойти несколько назад левофланговые части 25-й дивизии и правофланговые части 27-й соседней дивизии, причем последние образовали новый фронт в северо-западном направлении. Атаковавшая 87-я пехотная бригада германцев оказалась в мешке.

Русская артиллерия не замедлила этим воспользоваться и по своей инициативе стала простреливать оказавшуюся в мешке немецкую пехоту, наступавшую густыми цепями и даже колоннами, с двух сторон: двумя батареями 25-й артиллерийской бригады с севера и двумя батареями 27-й артиллерийской бригады с юга, причем последним пришлось переменить для этого фронт почти на 60°. Около 15 часов немецкая пехота, понеся огромные потери, в том числе почти всех офицеров и унтер-офицеров, сначала залегла, а затем, не выдержав убийственного огня русских батарей и пулеметов, дрогнула и стала в беспорядке отходить назад, очищая поле сражения.

Начальник 25-й дивизии отдал приказ о переходе дивизии в решительное наступление. Но полки дивизии, сильно пострадавшие в бою (100-й полк потерял в утреннем бою около 2 000 человек и командира полка), уже почти не представляли реальной боевой силы. Только два батальона 99-го полка, не пострадавшие в бою, продвигались вперед за отходящими и бегущими немцами. Германская артиллерия, превосходящая русскую числом и калибром орудий, прикрывавшая отступление своей пехоты, развила такой сильный огонь, что преследование и контрнаступление русской пехоты приостановилось.

При выходе из боя 20 августа немцы понесли огромные потери и главным образом вследствие смелого и отличного действия русской артиллерии. Батареи 2-го дивизиона 25-й артиллерийской бригады два раза переезжали вперед за своей пехотой и работали в сфере ружейного огня неприятеля. В Гумбиненском сражении 20 августа артиллерии 25-й дивизии приходилось действовать большей частью по собственной инициативе, так как общевойсковое командование не давало ей определенных задач. Так, например, о действии того же дивизиона в начале сражения командир 25-й артиллерийской бригады говорит в своей реляции: «Ввиду неопределенности обстановки дивизион долго не мог занять определенную позицию и, переменив их три, наконец, занял четвертую позицию к востоку от д. Шпиргунен, где и открыл огонь в 10 ч. 30 м. утра по неприятельским батареям».

Довольно значительную роль сыграл в преследовании немцев начальник пулеметной команды 99-го полка, который доносил следующее: «Около 5 (17) часов дня немцы двинулись колонной на наш правый фланг; впереди шли знамена с двумя ассистентами-офицерами. Определив расстояние дальномером, 14 моих пулеметов открыли огонь через головы своих. 2 000 шагов дали недолет, и с прицелом 23 и 24 мы перешли на поражение. Поддержанные батареей 3-го мортирного дивизиона, пулеметы в 5 минут уничтожили эту колонну, положив около 1 500 человек».

Около 18 часов начальник 25-й дивизии получил распоряжение командира корпуса: «ограничить преследование противника огнем». Дивизия отошла на ночлег в район Ионасталь.

В бою 20 августа 25-я дивизия потеряла 35 офицеров и 3 145 солдат.

Бой 20 августа был для 25-й дивизии, кроме 97-го полка, неудачным в тактическом отношении. Основной причиной неудач следует считать отсутствие или запоздание управления со стороны начальника дивизии.

При встречном столкновении с противником начальник обязан, прежде всего, согласовать усилия всех своих частей с целью развития их в одном определенном направлении. Между тем, части 25-й дивизии не только начали бой без всякой связи друг с другом, но и продолжали его так до вечера.

Если бой под Гумбиненом 20 августа не окончился для 25-й дивизии крупной неудачей, то только благодаря устойчивости 97-го полка и существенной поддержке соседней 27-й дивизии, оказанной 25-й дивизии в трудную минуту, а также благодаря отличному согласованному действию артиллерии 25-й и 27-й дивизий.

27-я дивизия. К вечеру 19 августа 27-я пехотная дивизия заняла главными силами район Энцунена, выдвинув авангард к Варшлегену. Сторожевое охранение продвинулось к р. Роминта, где заняло линию от Аугступенена до Вальтеркемена. Продвижение совершалось без сопротивления со стороны противника, но западнее р. Роминта русским разъездам не удалось проникнуть, так как район западного берега р. Роминта кишел немецкими пешими и конными дозорами.

Вечер и ночь прошли спокойно; до 5 ч. 30 м. утра в охранении была лишь редкая перестрелка. Ничто не обнаруживало скорого наступления немцев.

Около 3 часов ночи 20 августа командир 3-го корпуса сообщил начальнику 27-й дивизии, что получено сведение о сосредоточении немцев против 3-го корпуса, и приказал выдвинуть дивизию для прочного занятия района Матишкемен — Варшлеген. Около 7 часов части 27-й дивизии начали занимать указанные им места. Правее разворачивалась 25-я дивизия, левее — 40-я. Но еще ранее, около 6 часов утра, немцы неожиданно напали на левую сторожевую роту со стороны Вальтеркемена и уничтожили две сторожевые заставы (от роты осталось человек 60–70). В то же время замечено было движение колонны противника из-за р. Роминта. Охранение завязало оживленную перестрелку и стало постепенно отходить. К 8 часам сторожевое охранение 27-й дивизии было оттеснено. Немецкая артиллерия непрерывно стреляла из-за р. Роминта.

Около 9 часов началось наступление германской пехоты: правофланговая 70-я бригада 35-й германской дивизии против центра и правого фланга 27-й русской дивизии; 71-я бригада 36-й германской дивизии против левого фланга 27-й дивизии. Сначала немецкая пехота продвигалась перебежками по отделениям, искусно пользуясь холмистой местностью; появлявшиеся же густые цепи немцев несли большие потери от огня 1-го дивизиона 27-й артиллерийской бригады. Подойдя приблизительно на 1 000 шагов к окопавшейся русской пехоте, немцы порывисто бросились вперед, но могли пробежать не более 200–300 шагов и вынуждены были залечь вследствие огромных потерь от ружейного и пулеметного огня русских.