Чтение онлайн

– Накопали много, но явно не достаточно!
– ответил Иванов.

– Да куда уж больше?
– удивился начштаба.

Пока Вася шел через поле он успел привести мысли в порядок, и подготовился к докладу командованию.

– Первое. Между первой и второй линиями большой зазор. Когда немцы прорвутся через первую линию, то они разойдутся по флангам и ударят по первой линии с тыла. Вокруг центрального дзота каждой роты нужно сделать один, а лучше два кольцевых окопа, и подготовиться к круговой обороне.

Во второй линии нужно сделать тоже самое. Нам самим нужно окружить двумя кольцевыми окопами всю позицию опорной роты. В каждой роте нужно переоборудовать по два блиндажа в дзоты с амбразурами на тыловой стороне. Хорошо бы и "колючку" сделать кольцом, если есть еще проволока. Минные поля тоже нужно сделать кольцевыми.

– Стоп - стоп!
– перебил начштаба.
– А почему это ты думаешь, что немцы прорвут нашу оборону? Не для того мы столько накопали, чтобы они прорвались!

– Немцы, товарищ старший лейтенант, будут атаковать только значительно превосходящими силами при поддержке большого количества танков. После мощной артподготовки, а может и бомбежка будет. Без подготовки и равными силами немцы не атакуют. Танки первую полосу прорвут по любому, а за ними и пехота может просочиться. Поэтому, нашим подразделениям в первой линии придется или занимать круговую оборону, или отступать. Отступать мы, я думаю, не хотим. Значит, нужно готовить круговую оборону в каждой роте.

– Ладно, Василий. Это мы поняли, надо обдумать и посоветоваться. Давай дальше, - вступил комбат.

– Второе. Все тяжелые средства и пулеметы нужно пристрелять по 4 - 5 рубежам. Заодно и расчеты попрактикуются. На рубежах поставить четкие ориентиры. Например - деревянные столбы. Это намного сократит время пристрелки и расход боеприпасов. Практически, можно будет накрывать цели с первого выстрела. У меня перед опорным пунктом шла вдоль дороги телеграфная линия - отличная шкала дальности. Надо бы и нам здесь такую сделать.

– Тут, ты, очевидно, прав. Получим разрешение у комполка и проведем пристрелку, - согласился комбат с доводами Иванова.

– Третье. Минные поля надо рассредоточить в глубину. Часть мин перенести в промежуток между первой и второй линиями. Когда немцы проведут артподготовку по переднему краю, то многие мины сдетонируют. А еще больше мин засыплет выброшенным грунтом, и они потом не сработают. У меня именно так и случилось.

– Это тоже принято. Пойду с этим к командиру полка, - комбат осознал ситуацию сразу.

– Четвертое. Трава. Местами трава по пояс. Ее срочно нужно скосить. В деревнях все косы реквизировать и срочно косить. В такой траве, как в лесу, немцев не видно будет. Если они в полный рост не пойдут. А немцы не дураки. Траву оставить только там, где она нужна для маскировки наших позиций. Это абсолютно срочно.

– Тут ты Вася прав на все сто. Это мы сглупили. Всё! Я пошел к командиру полка.

На этом доклад закончился. Комбат ушел. Василий остался с начштаба.

– Вот ведь, что значит запасники! Уж насчет травы то должны были сами сообразить, - укорял себя Петр Никитич.
– Ты, Василий, не переживай. Наш комбат - голова! До призыва он начальником цеха на электрозаводе был. Комполка его уважает. Все твои советы до командования наш Борис Алексеевич доведет и всех убедит. Вот посмотришь. Ну, да время еще есть, даже если Гёпнер вчера прорвался, у нас еще минимум два дня имеется.

У них было еще три с половиной дня. Командование бросило навстречу 4-ой танковой группе резервы и задержало ее на плацдарме у Риги на двое суток.

К вечеру этого же дня в стрелковые роты батальона проследовало последнее пополнение - 70 человек. Все в черных робах. Позднее выяснилось, что это заключенные из лагеря, которые занимались строительством укреплений. Им обещали условно-досрочное освобождение, в случае добровольного призыва на передовую. Их всех распределили по два - три человека по стрелковым отделениям. Теперь батальон был укомплектован личным составом по штату.

На следующий день с утра до обеда проводили пристрелку по рубежам батальонными и ротными тяжелыми средствами. Потом пристреливались полковые артиллеристы и минометчики, потом - дивизионные. Рота Василия после обеда рыла кольцевые окопы. Стрелковая рота начала переоборудовать два блиндажа в дзоты с тыловыми амбразурами.

Очевидно, комбат убедил командование принять предложения Василия. Да и другие прибывшие из 133-ей дивизии командиры, видимо, довели до командования свои соображения. Командование решило усилить оборону.

6 июля весь личный состав с утра и до позднего вечера косил траву, рыл окопы, рубил деревья и кусты, строил дзоты, ставил фальшивую линию телеграфных столбов до Пылендмаа. Шестого с утра с северо-запада донеслись раскаты мощных взрывов. Над горизонтом показались облака дыма. Все переполошились. Но, через полчаса из дивизии поступило разъяснение - саперы взрывают капитальные здания на левом берегу реки Пярну.

7 числа с утра еще раз провели стрельбы по мишеням по рубежам. Стреляли все, включая рядовых стрелков. С обеда саперы переставляли минные поля, причем сразу ставили мины на боевой взвод. Из этого Иванов сделал вывод, что немцы уже совсем рядом.

Все это время, принимая роту, занимаясь навалившимися делами, Василий "летал" по расположению, не чувствуя под собой ног. Больше чем высокая награда Родины, больше чем новое звание и новая ответственная должность, его окрыляло переполнявшее душу чувство к Леночке. Лейтенант Иванов очень надеялся, что взаимное. Он вполне отчетливо понял, что его единственное до сих пор чувство к однокласснице Варе было не более чем простой подростковой влюбленностью. Вася выкроил после ужина полчаса времени и единым духом настрочил длинное, на шести страницах письмо Леночке, где расписал в красках свое новое назначение, своих новых командиров и подчиненных.

В половине восьмого вечера со стороны Пярну Иванов услышал знакомые звуки артиллерийской канонады. Из дивизии сообщили, что передовой отряд немцев попытался сходу форсировать реку, но был отбит. В полку объявили полную боевую готовность.

Ясным утром 8 июля в 08-15 на дороге из Пылендмаа показались 10 мотоциклов с колясками. Подъехав к проволочному заграждению, они попали под сосредоточенный огонь пулеметов двух стрелковых батальонов. Не ушел ни один. Через час из дивизии сообщили, что это была разведка из моторизованной дивизии СС "Мертвая голова".

Около 12 часов сообщили, что по донесению разведки, к Пылендмаа подходит колонна мотопехоты с артиллерией. Через 20 минут голову колонны увидели с наблюдательного пункта батальона. НП размещался попросту в окопе рядом с блиндажом командного пункта. Место Василия было рядом с комбатом. Иванов мог по телефону и посыльными руководить своими минометчиками, расчетами двух ДШК, и через командиров рот - шестью ротными минометами. Противотанковые пушки и "максимы" стояли в дзотах, расчеты должны были самостоятельно вести огонь по мере появления противника в их секторах обстрела.