Чтение онлайн

После собственного обустройства, в феврале и марте строительные батальоны и спецлагеря приступили к заготовке стройматериалов. В апреле после схода снега началось ударное строительство полевых укреплений.

В марте наркомат обороны и Генштаб, проанализировав выводы войсковой разведки об отсутствии немецких войск в оперативной приграничной зоне, пришли к выводу, что в ближайшие два месяца нападения немецких войск не произойдет. Ворошилов и Шапошников обратились к Сталину с просьбой отодвинуть срок боевой готовности войск на главном рубеже с конца апреля на конец мая. Обсудив просьбу наркомата обороны, учитывая, что передислокация немецкой армии к нашей границе займет никак не меньше двух месяцев, Политбюро санкционировало перенос сроков.

В результате передислокация войск была осуществлена в апреле месяце при плюсовых температурах воздуха, что сразу облегчило размещение войск в новых местах расквартирования и резко снизило затраты времени и денег на обустройство. Части перемещались по железным дорогам, автотранспортом и своим (пешим) ходом.

По мере прибытия частей и размещения на новом месте личный состав приступал к строительству полевых укреплений. Согласно проекта штаба Главкома, вся линия обороны представляла собой совокупность автономных опорных пунктов взводного, ротного, батальонного и дивизионного уровня. Опорные пункты каждого подразделения позволяли вести круговую оборону. Все промежутки между УРами, приходящиеся на труднопроходимые участки местности, также занимались стрелковыми дивизиями, хотя их оборона в этом случае строилась в одну линию и растягивалась по фронту на 20 - 50 км. За линией укрепрайонов развернулось интенсивное строительство аэродромов и военных городков для танковых и механизированных дивизий.

Январь и март Жуков и его заместители провели в разъездах по всей линии главного рубежа, проверяя сначала формирование строительных частей, затем строительство оборонительных сооружений и передислокацию соединений. В январе и феврале все части и соединения переформировались по новым штатам и приступили к освоению новых уставов и наставлений. С марта месяца в части начало поступать новое вооружение. В мае, по мере выполнения первоочередных строительных работ, части приступили к освоению нового оружия и боевой учебе. Во второй половине мая во всех частях прошли учения батальонного уровня с боевыми стрельбами.

Георгий Константинович считал важнейшей задачей и постоянно контролировал поступление в войска новых видов оружия и регулярно докладывал ситуацию лично Сталину. К 30 апреля удалось полностью укомплектовать новым вооружением (за исключением зенитных пушек калибра 25 мм) только корпуса обороны предполья. Войска главного рубежа получили нового оружия (в процентах от штатного количества):

Наименование Тип %

Самозарядные винтовки СВТ 100

Противотанковые ружья ПТР 20

Пистолет-пулеметы ППД 85

Пулеметы ДШК 30

Минометы всех типов 70

Боеприпасы к минометам 30

Зенитные пушки 37-мм 35

Зенитные пушки 25-мм 0

Мины противотанковые 55

Мины противопехотные 95

Бронебойные боеприпасы к артиллерии всех калибров поступили в достаточном количестве. Вооружениями старых типов войска обеспечены полностью.

Во второй декаде мая Главком объехал корпуса обороны предполья и погранвойска во всех трех округах. Оборонительными позициями пограничников он остался доволен, за прошедшие полгода все погранзаставы обустроили границу на своих участках и оборудовали себе вполне приличные опорные пункты. Жуков отметил для себя, что заставы нужно обеспечить тяжелым пехотным оружием: минометами, пулеметами ДШК, противотанковыми ружьями и минами. Для этого нужно ввести в штат погранзаставы опорный взвод, аналогичный стрелковому опорному взводу. Иначе погранзаставы будут раздавлены немцами безо всяких потерь для них и с минимальной затратой времени. Возвратившись в Москву, Георгий Константинович подготовил об этом докладные в наркомат обороны и в НКВД и сообщил Сталину при личной встрече.

Из всех корпусов обороны предполья наиболее благоприятное впечатление произвел корпус Серпилина. Другие командиры корпусов, в отличие от Серпилина, сделали основной упор на ротные и батальонные опорные пункты, а не на взводные, что сократило общее количество опорных пунктов почти в три раза. В результате большая часть мостов на малых реках остались без прикрытия и минирования. Конечно, ротный опорный пункт был значительно мощнее взводного и мог задержать продвижение противника на больший срок и нанести ему большие потери. Однако, за счет беспрепятственного прохождения противником малых мостов, общая задержка времени его продвижения была бы намного меньше. Понравилась, также, продуманная организация связи опорных пунктов со штабами и дублированная система подрыва мостов.

Весьма благоприятное впечатления произвело на Жукова задуманное Серпилиным размещение четырех батарей дивизионной артиллерии в казематах фортов крепости Бреста. Батареи имели возможность простреливать берега реки Буг на 15 км в обе стороны от Бреста и срывать все попытки наведения переправ противником. Казематы крепости делали батареи неуязвимыми для всех огневых средств противника, за исключением крупнокалиберных авиабомб. Усиленный стрелковый батальон, оборонявший крепость, защищал батареи от пехоты и танков. Тем самым противник надолго лишался возможности использовать все автомобильные и железные дороги, проходящие через Брест и рядом с ним.

Главком порекомендовал Серпилину на важнейших мостах применить еще один дублирующий заряд с подрывом от радиовзрывателя, управляемого из вышестоящего штаба. По возвращении в свой штаб, Жуков издал приказ, обязывающий все корпуса обороны предполья перенять опыт корпуса Серпилина.

Напоследок он побывал в корпусах, готовых к броску через Латвию на Ригу и нашел их в достаточной степени боеготовыми.

30 мая Жуков доложил Хозяину, что войска предполья и главного оборонительного рубежа подготовили оборонительные позиции, освоили новое вооружение и готовы к выполнению боевой задачи. Докладывая, Георгий Константинович, несомненно, имел в виду, что германских войска заняты во Франции, и как минимум еще три месяца на подготовку своих войск у него есть. Одновременно, штаб западного направления подал докладную в наркомат и в Политбюро о неудовлетворительном положении с обеспечением войск пулеметами ДШК, ПТР, боеприпасами к минометам, противотанковыми минами, зенитными 37-мм пушками и полном отсутствии 25-мм полковых зениток.

6.0. 1940 год.

В марте месяце гнетущее чувство беспокойства, не оставлявшее Иосифа Виссарионовича с октября прошлого года, наконец, ослабло. Армейская разведка упорно доносила, что на территории Польши боевых частей Вермахта нет. Зимой из Польши были выведены все танковые, моторизованные и даже пехотные соединения. Остались только охранные дивизии и учебные части. Агентурная разведка НКВД сообщала о концентрации немецких войск в западной части Германии. Следовал вывод, что Германия выполняет положения пакта, и, по крайней мере, до второй половины июня на СССР Германия не нападет.

Тем не менее, Сталин продолжал требовать от военного и гражданского руководства неукоснительного выполнения ноябрьских решений Политбюро. Единственное послабление, которое он сделал - разрешил Жукову перенести передислокацию соединений на главный стратегический рубеж с марта на апрель. Поскольку в западной Украине и Белоруссии в апреле уже достаточно тепло, перенос срока позволял радикально облегчить и удешевить расквартирование соединений в новых пунктах дислокации.

Нападение Германии на Бельгию, Голландию и Францию, начавшееся 10 мая, отодвинуло перспективу войны с Германией, по крайней мере, до весны следующего года. При удачном стечении обстоятельств, война на Западе вообще могла принять затяжной позиционный характер. В этом случае СССР оказался бы в выгоднейшем положении "над схваткой" и мог вмешаться в войну в самый удобный момент, когда силы противоборствующих сторон истощатся. Но это было бы слишком хорошо, а Вождь решил действовать, исходя из наихудшего возможного варианта развития событий. В этом самом худшем варианте, Гитлер мог напасть на СССР в мае 1941 года. Теперь у СССР появилось достаточное время для обстоятельной подготовки к достойной встрече агрессора.

30 мая Жуков доложил о готовности войск главного рубежа и предполья к отражению возможной агрессии. Сталин понимал, что войска успели построить лишь простейшие полевые укрепления, что освоение нового вооружения только началось, что взаимодействие родов войск на новом месте еще не отработано. Сообщение Жукова о неполном обеспечении войск новым вооружением и боеприпасами к нему серьезно обеспокоило Вождя. Он решил провести во второй декаде июня серию заседаний Политбюро, на которых заслушать отчеты ведомств о выполнении ноябрьских решений, а также принять программу дальнейших действий.