Чтение онлайн

– Что такого смешного я сказала?

– Ничего.

Двадцатая ущипнула меня.

– Ты не улыбайся, Вжик, - сказала она. – И не обольщайся. Твоя варварская натура тоже дает о себе знать. Часто! И в разговорах и в поведении. И пусть мне это нравится: люблю сильных дикарей – есть в вас то, что сводит женщин с ума. Но клановые сборища тебе лучше не посещать.

– Это ещё почему? – спросил я.

– Там будут над тобой потешаться, Вжик. Твоя главная проблема в том, что ты слишком эмоционален. И все твои эмоции легко читаются на твоём лице. Столичные снобы будут всячески показывать, что ты недостоин их общества. Попытаются тебя унизить, чтобы полюбоваться твоей реакцией. А ты им этого не простишь. Сломаешь руки. И угодишь в тюрьму. А преступления против клановых у нас караются только двумя способами: рабством или казнью. Впрочем, тебе это уже не грозит. Мы с тобой и так рабы, время жизни которых неумолимо истекает. Но… знаешь, Вжик, если захочешь, я могу поработать над твоими манерами. И пусть они тебе не пригодятся, но ты умрешь на Арене, умея говорить, как настоящая столичная штучка. И отучу тебя выставлять мысли и эмоции напоказ. Эту науку я сама освоила с большим трудом. Но тебя обучу. Хочешь?

– Конечно.

– Хорошо, - сказала Двадцатая. – Ну а теперь давай спать, мой мужчина. У нас еще есть на это время. Хоть немного вздремнём до сигнала на завтрак. Обними меня.

Никто из нашего отряда ни во второй, ни в третий, ни в пятый день тренировок огонь не нашел.

Сколько я ни сидел с закрытыми глазами, но даже не представлял, что нужно делать, чтобы его отыскать. Мне стало казаться, что командир и наставник подшучивают над нами - скрывают некий секрет. Ждут, когда мы догадаемся: самостоятельно найти огонь невозможно.

Но представление о тщетности тренировок развеялось утром, в начале моего девятого дня пребывания в лагере огоньков. Когда я вернулся в свою комнату от Двадцатой, с которой проводил ночь, и увидел Гора.

Тот сидел на кровати, скрестив ноги, рассматривал крохотный язычок пламени, что плясал на его пальце.

– Знаешь, друг Вжик, я теперь могу прикуривать сигарету без помощи спичек, - сказал Гор. – От пальца. Забавно. Жаль только, что сигареты я пока так и не нашел.

В тот же день у Гора получилось создать и летающий огненный шарик. Небольшой – с кулак размером. Он уронил его в воду у самого берега и сказал:

– Друг Вжик, а выжимать из себя огонь совсем несложно. Это как плюнуть: собрал во рту слюну и отправил её в полет. Мы в детстве соревновались, кто плюнет дальше. Я часто побеждал. Просыпался утром и уже думал, с кем бы поплеваться. Вот и сейчас мне страсть как хочется что-нибудь поджечь!

Весь день бойцы отряда поглядывали на Гора с завистью.

И я тоже, хотя и радовался за него.

Но тот факт, что кто-то снова оказался лучше меня, не давал покоя. И заставил меня утроить усилия на тренировках. Ведь это я должен был стать огоньком раньше всех! Ненавижу проигрывать!

Я смог создать огонь даже не вторым.

На следующий день, утром, это сумели сделать Двадцатая (в нашей группе) и Седьмая (в первой).

– Не расстраивайся, Вжик, - сказала Двадцатая.

– Я не расстроился.

– Ты говоришь неправду. Опять выставил свои эмоции напоказ. Забыл, чему я тебя учила? Дыши глубоко. Расслабь лицо, приподними подбородок. Стой ровно. Не нужно переминаться с ноги на ногу! Вспомни о своей семье. Вот так. Молодец. У тебя тоже скоро получится подчинить внутренний огонь. Поверь. Оказывается, управлять им совсем не сложно.

Я представил, как сестра водит по моему лбу мягким перышком. Мы с Двадцатой выяснили, что именно эта фантазия помогала мне расслабить мышцы на лице, делала мой взгляд серьезным, спокойным.

– Конечно, получится, - сказал я.

– Так и говори себе. Вот! Совсем другой вид!

И не ошибся.

В тот же день на вечерней тренировке я зажег свой первый огонёк.

Со всех участков моего тела тепло вдруг устремилось в руку. Не само по себе. А потому что я так захотел. Собралось на кончике пальца и вышло за пределы тела в виде крохотного огонька.

Так я сумел создать огонь в первый раз.

Потом стало проще.

Я понял, что тепла во мне много – оно и есть огонь. И сколько я его не сгоняю в руку или в пространство над рукой, оставляя между ним и моим телом невидимый глазу канал, оно всё не заканчивается. Могу собрать его сколько угодно, хватило бы времени и терпения. И то количество огня, которое еще вчера накапливал в течение ста ударов сердца (так подсчитывал время), сегодня собирал всего за восемьдесят. А если смогу «прогрессировать» (очередное умное словечко Двадцатой), как Гор, уверен: завтра управлюсь за шестьдесят.

Ощутив внутри себя огонь, я словно впервые вдохнул полной грудью.

И что бы ни говорила Двадцатая, свои новые умения я считал магией.

Наставник (он с нами давно уже не занимался) не обманул. К тридцатому дню тренировок ни один боец из нашего отряда уже не спускался по степеням на берег пруда, не сидел с закрытыми глазами на деревянном чурбане.

А на тридцать первый день после начала тренировок вар Брен выстроил нас в шеренгу на первом этаже корпуса. Прохаживался перед нами, поглаживал усы. И рассказывал о тактиках работы отряда огоньков.

С его слов, существовало восемь основных тактик ведения огневого боя. Каждая из которых имела от двух до пяти вариантов. Выбор конкретной тактики зависел от численности огоньков, площади цели и тех задач, которые стояли перед отрядом.

Командир сообщил, что в ближайшие дни мы изучим все эти тактики на «теоретических» занятиях. А потом опробуем их «на практике». Теперь наша цель состоит в том, чтобы добиться слаженной работы во время выполнения боевой задачи - каждой группы и всего отряда.

Перечисляя пока ни о чем мне не говорившие названия тактик (я сейчас даже не пытался их запомнить), вар Брен вновь посмотрел на Двадцатую. Сделал паузу в своей речи, о чем-то задумался. Потом дернул себя за ус, улыбнулся и продолжил рассказ.

Я представлял, как щекочет мой лоб кончик пера.

И думал о том, что не могу убить вар Брена.

Нельзя убивать тех, на ком эмблема клана Лизран! А на теле командира она тоже есть. Я видел.

Но как бы я хотел, чтобы ее на нём не было!

Вар Брен впервые окликнул Двадцатую в тот день, когда я сумел зажечь огонь, во время вечернего построения. Даже не взглянув на меня, сказал:

– Хм. Двадцатая, сегодня после вечерней тренировки помойся. С мылом! И приходи в мою комнату. Тебе понятно?

– Да, командир вар Брен!

– Хорошо. А ты, Семнадцатый, даже не вздумай ночью ко мне явиться. Понял?

– Да, командир вар Брен!

Слова командира озадачили меня. Зачем бы я пошел к нему ночью?